Однако не успела эта мысль оформиться в его мозгу, как Реджи понял, что перед ним не Элис. Лежавшая в постели женщина явно уступала ей ростом и была куда полнее. Отвернув одеяло, Дэвенпорт увидел на подушке каштановую головку одной из горничных. Судя по всему, она задремала в ожидании его прихода. Пока Реджи пытался вспомнить, как ее зовут, девушка открыла глаза, и на ее хорошеньком личике отразилось беспокойство.
— Разве вы ночуете не в мансарде, вместе с остальной прислугой? — язвительно поинтересовался Реджи.
— Я… я думала, может, вы будете не против, если я составлю вам компанию, сэр, — проговорила горничная.
У Реджи мелькнула мысль, что, возможно, это Мак решил поднять ему настроение, подсунув в постель женщину. Правда, прежде его камердинер сводничеством не занимался, однако полностью исключать этот вариант было нельзя.
— Кто надоумил вас прийти сюда?
Лицо девушки стало еще более встревоженным.
— Никто, сэр. Вы мне с самого начала очень понравились, и… и я думала, что вы не будете против.
На какой-то момент Реджи почувствовал возбуждение. Лежавшая в его постели девушка была весьма симпатичной, и будь Дэвенпорт навеселе, наверняка не устоял бы перед соблазном. Однако он был трезв, и, кроме того, на лице у девушки было написано отнюдь не желание, а скорее решимость выдержать некое тяжелое испытание — вероятно, с таким выражением Жанна д'Арк смотрела на своих палачей. Возможно, подумал Реджи, горничная пришла к нему в спальню в надежде поправить свое материальное положение. Он невольно поморщился.
— Это не совсем подходящий способ добиваться повышения жалованья. — Голос Дэвенпорта звучал жестко. — Возвращайтесь к себе, и будем считать, что ничего не было.
Разумеется, это был не самый вежливый способ спровадить незваную гостью, но все же Реджи никак не ожидал, что девушка расплачется. Разозлившись, Дэвенпорт рывком откинул в сторону одеяло в надежде, что это заставит ее поскорее отправиться восвояси, и замер в изумлении.
Девушка была обнаженной. При виде ее розового тела Дэвенпорт заколебался. У него уже несколько недель не было женщины, а постоянное присутствие рядом Элис Уэстон подстегивало его возбуждение. Внезапно глаза его округлились. Разумеется, характерные признаки еще не стали очевидными, но Реджи не был неопытным зеленым юнцом.
— Кажется, вы беременны, — произнес он бесцветным голосом.
Девушка в ужасе уставилась на Дэвенпорта, словно перед ней был дьявол во плоти. Натянув на себя одеяло, она зарыдала еще громче.
Реджи вздохнул: избавиться от Джилли — он наконец вспомнил имя горничной — будет невозможно до тех пор, пока она не успокоится. Он накинул халат и принялся искать ее одежду. Платье и белье, аккуратно сложенные, лежали на стуле.
— Оденьтесь, — сказал он, протягивая Джилли ее вещи. Отвернувшись, Реджи принялся рыться в ящиках комода, пытаясь отыскать носовой платок. К тому времени как он его нашел, горничная успела надеть белье и торопливо натягивала платье. Она с благодарностью приняла от Дэвенпорта платок и уткнулась в белоснежную ткань заплаканным, несчастным личиком. Реджи уселся на стул, с любопытством размышляя о том, что могло заставить ее пробраться к нему в спальню.
Когда всхлипывания Джилли стихли и сменились икотой, он, стараясь, чтобы голос звучал как можно мягче, спросил:
— Вы рассчитывали, что… посетив мою спальню, сможете объявить, что ребенок от меня?
По застывшему взгляду синих глаз он понял, что догадка верна.
— Неужели вы не подумали, что я могу обо всем догадаться, сделав простейший подсчет? — поинтересовался Реджи, которому все это происшествие уже начинало казаться забавным. — Сядьте и успокойтесь. Я вас не съем.
Джилли осторожно опустилась на краешек кровати. По всей видимости, она имела весьма смутное представление обо всем, что связано с зачатием, беременностью и родами.
— А что, отец ребенка не хочет на вас жениться? — терпеливо спросил он.
Девушка комкала в руках носовой платок, отводя глаза.
— Мы с ним встречались очень давно, и он говорил, что когда-нибудь мы поженимся. Но когда я рассказала ему о том, что случилось, он сказал, будто не уверен, что это его ребенок. — Горничная снова всхлипнула. — На следующий день он объявил отцу, что отправляется в Бристоль наниматься в моряки, и был таков. А со мной даже не попрощался Джилли закрыла лицо руками, и плечи ее снова затряслись.
Реджи стиснул зубы — в такие минуты ему бывало стыдно за сильную половину человечества. Разумеется, сам он был отнюдь не ангел, но при этом не разбрасывал незаконнорожденных детей по всей стране. Он присел рядом с Джилли на кровать, и успокаивающе похлопал ее по плечу. Девушка, все еще всхлипывая, приникла к нему. Так они и сидели, пока горничная не выплакалась.
Наконец она выпрямилась и вытерла глаза мокрым насквозь платком. Нос у нее покраснел, лицо опухло, голос дрожал:
— Простите меня, мистер Дэвенпорт. Конечно, нехорошо с моей стороны пытаться вас обмануть, но я была в отчаянии и просто не знала, что мне делать. — Джилли с трудом сглотнула и с жаром добавила:
— В работный дом я все равно не пойду. Я скорее рожу ребенка где-нибудь в канаве.
— Неужели в работных домах так плохо? — поинтересовался Реджи.
Джилли кивнула и, опустив глаза, стала смотреть на свои руки. Дэвенпорт подумал, что ему надо будет разобраться в этом вопросе. Одна из функций мировых судов заключалась в реализации закона о бедных, и он решил, что обязательно выяснит, как этот закон применяется в Дорсете.
— Разве вам не помогут родители? Джилли покачала головой:
— Они методисты, и притом очень набожные. Отец сказал, что, если я когда-нибудь совершу недостойный поступок" он выгонит меня из дома и больше на порог не пустит. Даже моя мама… — Голос девушки прервался.
— А миссис Геральд знает о том, что вы беременны?
— Нет, что вы! Кузина Мэй ни за что не наняла бы меня, если бы ей было об этом известно. Как только она узнает, тут же меня уволит.
— И куда же вы пойдете?
— Я… я не знаю, но уж, во всяком случае, не в работный дом. Может, отправлюсь пешком в Лондон и попробую найти работу там.
Реджи нахмурился. Единственное, на что Джилли могла рассчитывать в Лондоне, была работа на панели. Он мог бы направить ее к Чесси, но сомневался, что девушка решится стать проституткой. Быстро обдумав все возможные варианты, он сказал:
— Вот что, вы можете остаться здесь. Я прикажу миссис Геральд, чтобы она вас не увольняла.
В глазах Джилли вспыхнула надежда.
— Вы правда позволите мне остаться до тех пор, пока ребенок не родится? Клянусь, сэр, вам даже не надо будет платить мне жалованье. Я буду работать изо всех сил, только бы у меня была крыша над головой и пропитание.
