— Что ж, это хорошая новость. Спасибо. Вы успокоили нас. Тогда давайте приступим к выяснению тех вопросов, которые нужно решить прямо сейчас, и не будем оттягивать. — Предложил отец. Так как возражений ни от кого не поступило, мы начали отвечать на вопросы октанов и попутно задавать свои. В итоге, время обсуждения затянулось, и уже скоро нужно было собираться на приём. Но, хорошо то, что мы всё-таки договорились, что нам даётся неделя на обустройство, привыкание, ознакомление с планетой, и только потом наше посольство начнёт свою деятельность. Уже практически в конце переговоров в зал влетел Катара. Он, извинившись, сообщил, что все размещены и обустраиваются, потом откланялся, и вышел, но я успел заметить тревожный взгляд, который бросил на него Джэррард, и как недовольно нахмурился, покачав головой. Мне это всё не понравилось, но я решил подождать и присмотреться к этому молодому рустранцу немного лучше. После, довольные достигнутым результатом, мы уселись в аркары и полетели к жилому корпусу, где нас ждали наши женщины.
Где комната, которую выбрала для нас Нита, мне подсказал Кейн. Он же и рассказал про то, что произошло при этом выборе.
— Брат, будь осторожен, и не спускай глаз с Ниты, а я всегда буду рядом. Мне не нравится, как этот Катара смотрит на неё, а его возмущение по поводу того, что вы будете жить вместе, просто бесит, — раздражённо высказывался Кейн, уже полностью одетый для вечера. — Я не доверяю ему. И буду следить. Но и ты тоже ворон не лови.
— Спасибо, братишка, — я пожал его руку, — я буду на чеку.
Войдя в комнату, увидел Ниту, такую красивую, что перехватило дыхание. Подлетел к ней и поцеловал, даже не смотря на её возражения. А моя девочка взяла и попросила застегнуть ей платье. О, с каким бы удовольствием я его не то что не застёгивал, а стянул с неё. Но, пришлось застегнуть и идти в душ. Быстро помывшись и высушив волосы, начал одеваться. А моя маленькая нахалка стала рассматривать меня такими взглядами, что я еле смог застегнуть пуговицы на кителе.
— Нита, если ты и дальше будешь смотреть на меня таким голодным взглядом, то ни на какой приём мы не попадём. — хрипло прошептал, подойдя к ней вплотную. Такого растерянного личика я у неё давно не видел, и рассмеявшись, чмокнул в нос, только ради того чтобы ей не пришлось опять наносить блеск на губы, и повёл на выход. Встретившись с родителем и Кейном в коридоре, мы спустились в гостиную, и присоединились ко всем остальным. Отец дал краткую инструкцию о том, как вести себя на приёме и мы вышли из здания. Усевшись в аркары, полетели на приём. Но тревога меня не покидала, и я решил мало того что не спускать глаз с Ниты, так ещё никуда её от себя не отпускать. Да и Кейн обещал всегда быть рядом.
* * *
Я был весь в предвкушении. Сейчас я увижу свою шийи, смогу быть рядом с ней, и, может быть, мой внутренний огонь хоть немного перестанет меня жечь. Я ждал этого, с того момента, когда узнал, что она летит к нам на Рустран и увидел её по монитору. Но то, что она была рядом с другим мужчиной, и он называл её своей невестой, сильно бесило и нервировало. Она моя! Моя шийи, и я её никому не отдам. Если только у неё не отрицание. «Дух огня, прошу, пусть это будет только отсрочка, а не отрицание!» — мысленно взмолился я. Когда мы оказались на их корабле и вошли в зал, где должна произойти встреча и первоначальное знакомство, я сразу же нашёл её взглядом и уже не сводил с неё глаз. Мои кулаки сжались в слепой ярости, а огонь в крови стал жечь сильнее. Я должен выяснить, что у неё с другим, и что она чувствует ко мне, или я просто сойду с ума. А тут подвернулась такая возможность поговорить с ней один на один. Спасибо дядя и тебе Кросс, вы даже не представляете, какую услугу мне оказываете, оставляя с ней и поручая именно мне помочь с расселением. Я на это даже не надеялся, но, видимо, дядя всё же что-то понял, и решил мне помочь.
И вот я остался с ней наедине. Я видел, что она нервничает и бросает на меня осторожные взгляды. Я молча смотрел на неё и боялся спугнуть. Тогда она взяла инициативу в свои руки, и, представившись, даже разрешила называть её Нитой. Для меня было бы самым большим счастьем, если бы я смог называть её шийи. Но с этим пока не понятно, хотя огонь в моей крови принял её и послал зов. Мы прошли с ней в другую комнату и начали ждать тех, кто решил спуститься на Рустран. Я не мог упустить своего шанса и задал вопрос, который в данный момент волновал меня больше всего.
— Нита, а что у тебя с капитаном Кроссом?
Я видел, как она удивилась, но всё же ответила на вопрос. Я подумал, что раз она отвечает на столь откровенные и личные вопросы, то можно спросить ещё кое-что. Но на вопрос любит ли она его, я получил такую бурю негодования и возмущения, что не знал, что и думать. Однако, мне нужно это знать, очень нужно, поэтому я настаивал, даже от злости приблизился вплотную и навис над ней. Спросив, есть ли у неё хоть какие-то чувства ко мне, увидел на её лице столько недоумения и удивления, что мне уже не нужны были её слова, я и так всё понял, но не смог удержаться, и всё же настоял на ответе. Её тихое и растерянное «нет», вызвало во мне такую боль, что сам не знаю, как удержался, и не начал крушить всё подряд от ярости и огня, взметнувшегося в моей крови. Хорошо, что нас прервали, и я смог немного успокоиться.
Когда все собрались, мы погрузились в шаттл и полетели на Рустран, по дороге я рассказал им немного о нашей планете и предложил задавать вопросе, если им что-то не понятно или интересно. Но лучше бы я этого не делал. Вопрос про шийи, заставил меня задуматься о той ситуации, что происходит у меня с Нитой, отговорившись тем, что это очень личное, я полностью погрузился в себя.
Для нас, рустранцев, шийи — это наша половинка, наша душа, и избранная. Если наша кровь признала её своей, то уже нормально жить без неё мы не сможем. Если она откликается на зов крови, то происходит принятие, и на левой скуле женщины появляется маленькая татуировка в виде молнии. Так, как я житель огненных земель, то татуировка у моей шийи будет красного цвета, для воздушных жителей — белого, для пустынных — жёлтая, а водных — синяя. То, что татуировка не появилась, может иметь две причины: первая — если отклик крови происходит сразу, но по какой-то причине принятие не происходит, и его нужно ждать. Тогда русстранец будет чувствовать дискомфорт и не более, а вот если вторая — вместо принятия идёт отрицание, то рустранцу не жить. Его уничтожит его собственная стихия, но перед полным уничтожением придётся испытать такие муки, что сам не захочешь жить. Конечно, можно избежать смерти, но для этого нужны особые условия, и не всегда они есть. Я надеялся, что у меня с Нитой просто отсрочка, а не отрицание. За такими невесёлыми раздумьями, даже не заметил, как мы прилетели к месту их жительства. Придя в себя, проводил их в жилой корпус, и предложил выбирать себе комнаты.
