Читаем без скачивания Великая Отечественная катастрофа-3 - Владислав Гончаров

Теперь, когда мы разобрались с историей появления и развития до начала Великой Отечественной войны немецких и советских танков, можно приступить к их сопоставлению. Чтобы сравнить танки между собой по качеству, необходимо прежде всего установить их главные характеристики, определяющие их силу и слабости. Перечислим их в порядке важности:

1-3. Огневая мощь, броневая защита и подвижность.

4. Боеготовность.

5. Связь.

6. Обзор.

7. Удобство для экипажа.

8. Дальность хода.

9. Заметность.

Анализ каждого из предвоенных советских и немецких танков с точки зрения всех этих характеристик занял бы слишком много времени и места, поэтому мы уделим основное внимание новейшим танкам того периода. Рассмотрим их через призму приведенных выше характеристик.

1-3. Первые три характеристики являются наиболее значимыми, а поскольку они равноценны, то и помещены в одном пункте. Очень важно, чтобы они органично сочетались между собой и были хорошо сбалансированы. Лучше всего этот баланс в описываемое здесь время проявлялся в средних танках. В легких танках, как правило, подвижность преобладала над огневой мощью и броневой защитой, а в тяжелых, наоборот, огневая мощь и броневая защита доминировали над подвижностью.

С точки зрения уровня развития первых трех характеристик и их оптимального баланса несомненным лидером среди и советских, и немецких машин тогда являлась «тридцатьчетверка». У тяжелого танка КВ-1 броневая защита явно перевешивала и его подвижность, и огневую мощь. Более того, Т-34 с марта 1941 года был вооружен 76,2-мм пушкой Ф-34 с длиной ствола 41,6 калибров. На КВ-1 то время устанавливалась пушка Л-11 такого же калибра, но со стволом только в 30,5 калибров и с пониженной вследствие этого начальной скоростью снаряда. Таким образом, средний танк Т-34 превосходил тогда тяжелый КВ-1 по мощи вооружения. Лишь в октябре 1941 года КВ-1 получил на вооружение пушку ЗИС-5 с баллистикой, аналогичной баллистике пушки Ф-34. У КВ-2 огневая мощь оказалась на первом месте за счет еще большего отставания в подвижности. По существу он являлся тяжелым самоходным орудием и даже не мог вести огонь на ходу.

У немецких средних танков огневая мощь в то время оставляла желать лучшего. Впоследствии реалии войны заставили немцев существенно усилить вооружение своих танков и сделать их более сбалансированными. Броневая защита у них была сравнительно надежной только спереди, хотя и там ей не хватало рациональных углов наклона. Но вот бортовая броня оказалась слишком тонка и к тому же ослаблена вырезами под эвакуационные люки. Подвижность немецких танков была неплохой только на дорогах и твердых почвах. Они разрабатывались для использования в обстановке Западной и Средней Европы и имели слишком высокое для Восточного фронта удельное давление на грунт. Это приводило к недостаточной проходимости на бездорожье, особенно в условиях слабых грунтов, топкой местности, распутицы или глубокого снежного покрова. Легкие танки чешского производства, стоявшие на вооружении вермахта, имели отличный баланс первых трех характеристик, особенно это относилось к Pz.38(t). Однако их весовая категория не позволяла им достичь высокого уровня этих характеристик, особенно по части огневой мощи и броневой защиты.

4. Боеготовность представляет собой важнейшую характеристику. Она определяется прежде всего наличием машин, способных к выполнению боевых задач в установленные сроки там, где они необходимы. Самый худший в мире танк, которому удалось попасть в нужное время в нужное место, неизмеримо превосходит самый лучший, которого там не оказалось.

На боеготовность, конечно, влияют и упомянутая ранее подвижность, и искусство военачальников — но определяется она прежде всего числом полностью боеспособных машин, имеющихся в распоряжении войск. А это число, в свою очередь, зависит от производственной технологичности танков и соответствия потребных для их выпуска технологий и материалов возможностям промышленности страны и имеющимся ресурсам.

Но изготовлением максимально возможного количества танков дело далеко не заканчивается. Их еще надо обеспечить подготовленными экипажами, бесперебойно снабжать горюче-смазочными материалами, боеприпасами и запчастями, вовремя проводить их материально-техническое обслуживание, наладить эффективный порядок их эвакуации, ремонта и восстановления после поломок и боевых повреждений, создать быстродействующую транспортную систему переброски боевой техники для экономии ее моторесурсов и времени и т. д. и т. п. Объем необходимых для поддержания боеспособности танков работ во многом зависит от их надежности, долговечности, приспособленности к техобслуживанию, ремонтопригодности и, конечно, от квалификации и добросовестности работающих с танками людей, и прежде всего их экипажей. Одним словом, это все не только технические проблемы, но и организационные, связанные с человеческим фактором.

В этой области вермахт в начале войны обладал значительным преимуществом над Красной армией. Конечно, в численности танков РККА имела к началу войны многократный перевес, но он нивелировался превосходством немцев в мобилизации, развертывании, организации, подвижности, управляемости, подготовке и боевом опыте армии вторжения, а также в руководстве ею.

Нельзя не упомянуть и эффективную немецкую систему снабжения, которая сделала возможными удары их подвижных войск на небывалую ранее глубину и сократила необходимые оперативные паузы между этими ударами. Танки вермахта тоже продемонстрировали впечатляющую надежность. Так, к концу октября 1941 года в 6-й танковой дивизии танки Pz.II прошли в среднем 11,5 тыс. километров, Pz.IV — 11 тыс. километров, а чешские Pz.35(t) — 12,5 тыс. километров и сохранили после этого боеспособность. Конечно, за это время их не раз ремонтировали, но в любом случае для танков того времени это выдающиеся показатели. Надо еще учитывать, что к Pz.35(t), давно снятому с производства, отсутствовали запасные части, выпуск которых тоже был прекращен, поэтому немецким ремонтникам приходилось разбирать на запчасти некоторые из этих машин.

Конструкция Т-34 была прекрасно приспособлена к его массовому выпуску, но в эксплуатации он был далеко не столь хорош. Танки первых лет выпуска требовали многочисленных регулировок и частых работ по обслуживанию их узлов и агрегатов. Так, через каждый час работы двигателя было необходимо смазывать валик водяного насоса поворотом на 1–2 оборота рукоятки шприца, расположенного далеко позади от механика-водителя, на моторной перегородке. Через каждые 100 километров пробега требовалось вручную смазать механизмы в 16 местах, через каждые 250–300 километров пробега или 10–12 часов работы двигателя — еще в 6, через каждые 500 километров пробега или 25 часов работы двигателя — еще в 13, а через каждые 1000 километров пробега или 50 часов работы двигателя — в 38. Летом было необходимо промывать воздухоочиститель и менять в нем масло не реже, чем через каждые 10 часов работы двигателя, а зимой — через 20–25.

В реальных боевых условиях регулярно проделывать все эти манипуляции было практически невозможно, особенно учитывая переутомление водителя из-за тяжелого управления танком. В результате двигатель В-2 недодавал мощности и рано выходил из строя. Его паспортный ресурс в то время составлял 100 моточасов, но столько он мог проработать лишь на стенде, а на танке редкий В-2 выдерживал более 60–70 моточасов. Аналогичные проблемы с двигателем испытывали и легкие танки БТ-7М, и тяжелые КВ, на которые тоже устанавливались модификации дизеля В-2.

Отмеченные выше изъяны системы снабжения и ремонта танков РККА, их недостаточная надежность, неудовлетворительная подготовка кадров танкистов во всех звеньях и неумелое использование танков советским командованием в начальный период войны приводили к тому, что они, как правило, не оказывались в нужное время в нужном месте. А те, которым все же удавалось туда дойти, как правило, теряли по дороге свою пехоту и артиллерию, которые должны были их сопровождать, и без их поддержки быстро уничтожались пехотой и артиллерией немцев.

Но значительная часть танков Красной армии в первые недели войны была потеряна не в бою. Характерен пример 8-го мехкорпуса, части которого за 4 первых дня войны, выполняя противоречивые приказы командования, прошли почти 500 километров по дорогам и потеряли при этом около 50 % материальной части еще до вступления в непосредственное соприкосновение с противником. Летом 1941 года многие советские танки были попросту брошены после поломок, которые не удалось устранить из-за отсутствия ремонтников и запчастей, или после выработки горючего, которое не смогли вовремя подвезти, или они где-то застряли и так и не дождались тягачей, которые бы их вытащили. Куда именно пропали необходимые ремонтные «летучки», топливозаправщики, грузовики и тягачи, были ли они отрезаны немецкими частями, разбомблены самолетами Люфтваффе, заблудились где-то на дорогах из-за неумения ориентироваться на местности или просто не существовали в природе с самого начала — сейчас уже установить трудно. Но есть все основания утверждать, что немцы своими грамотными действиями использовали и усугубили пороки советских танковых войск, изначально заложенные в их организацию. Еще опыт Польской кампании 1939 года наглядно продемонстрировал, как командование двух участвующих в ней танковых корпусов Красной армии потеряло управление своими частями и не сумело наладить их снабжение даже в условиях отсутствия организованного сопротивления противника. С тех пор вести маневренные боевые действия РККА так и не научилась… Вырабатывать это непростое умение пришлось ценой большой крови на войне с умелым и опасным врагом, не прощающим чужих ошибок.