Читаем без скачивания Запретная дверь - Олег Синицын

Несмотря на загадки и тайны, к концу дня Элли порядком вымоталась и едва волочила ноги. Поэтому после ужина все мысли были только о том, как добраться до своей комнатки, повалиться на кровать и закрыть глаза. Этот замечательный план был разрушен в самом конце, когда, прижав пластмассовую подружку к сердцу, девочка была готова очутиться в стране волшебных грез.

Кукла ожила.

Пластмасса словно растаяла, обнажив под собой настоящую человеческую кожу. Пальцы девочки ощутили под ней толчок — будто ударилось настоящее сердце.

Сонливость как рукой сняло. Девочка села на кровати, едва сдерживая радость. Тот, кто стоял за куклой, услышал ее мольбу о помощи и пришел! Элли почувствовала к нему прилив нежности, какой бывает только к очень дорогому и близкому человеку.

— Я ждала тебя! — взахлеб заговорила она. — И очень скучала! Очень-очень! Тут такое происходит… Мне страшно!

Кукла дернулась из рук. Какой-то нетерпеливый, нервный рывок в сторону двери. Ангел-хранитель призывал ее покинуть комнату. Но Элли ужасно не хотелось идти куда-то сейчас, когда за окнами наступил вечер. Сейчас ей хотелось остаться в постельке, вытянуть ноющие ноги и не спеша обсудить с куклой, что делать с завтрашним поручением доны Флоресты. Но тот, кто стоял за куклой, считал по-другому.

Девочка вдруг почувствовала внутри себя нечто похожее на вопрос, заданный ей в «Соленом петухе». Тогда ангел-хранитель спросил, как ее зовут, и она написала свое имя на рассыпанном сахаре. В этот раз было немного другое. Постороннее усилие заставило напрячься мысли. Она почувствовала что-то вроде «э-э-э…», которое человек произносит, перед тем как сказать основную фразу. Ангел-хранитель собирался что-то сказать. Элли замерла, прислушиваясь. Но затем ощущение исчезло. Кукла снова дернулась к двери.

«Ты ведь не успокоишься, пока я не сделаю так, как тебе надо!» — устало подумала девочка.

Элли нехотя слезла с кровати, надела сандалии, платьишко и выглянула в коридор.

За окнами синел вечерний сумрак. В коридоре горел каждый третий светильник, никого в нем не было. Элли вышла из комнатки. С кухни раздавался звон кастрюль и посуды. Дона Флореста еще не ужинала, и повар, вероятно, готовил для нее что-то особенное.

Ангел-хранитель заставил Элли покинуть крыло для прислуги. Когда они оказались под лестницей в холле, кукла потянула девочку туда, куда она меньше всего хотела отправиться. В заброшенную часть дома. Поведение куклы было решительным, не терпящим возражений. Элли осталось только тяжко вздохнуть и подчиниться.

По мере того как они шли по коридору, звуки с кухни становились глуше, пока не исчезли совсем. Девочке показалось, что она очутилась на расстоянии многих километров от людей, хотя заброшенная часть дома была ей хорошо знакома: Элли сегодня прошла здесь, наверно, раз двести. Но куда кукла поведет ее? Впереди не было ничего заслуживающего внимания, только запертые двери и несколько окон, выглядывающих на лужайку. И, конечно, старая душевая, но Элли была уверена, что в нее они не пойдут. Ангел-хранитель добрый, он не поведет девочку в это страшное место.

— Куда мы идем? — спросила Элли.

Даже умей кукла разговаривать, она не успела бы ответить, потому что из-за угла вдруг вышел человек.

Подошвы сандалий прилипли к полу.

Прямо на них быстрым шагом шел fiel доны Флоресты. Усталый, ничего не видящий перед собой, возвращавшийся с какого-то дела. Элли он обнаружил в последний момент, когда наткнулся на нее посреди коридора.

— Что ты здесь делаешь? — удивился телохранитель, уставившись на девочку сверху вниз.

Элли подавленно молчала.

— Я с кем разговариваю? Ты куда собралась?

Элли облизала пересохшие губы.

— Я убирала комнаты… там… — Она указала пальчиком в глубь коридора, откуда шел fiel. — Мне велела сеньора Камила.

— Какая уборка? Девять вечера! Возвращайся в крыло для прислуги.

Элли с радостью бы так и сделала… только кукла была против. Она так напряглась, что, казалось, вместо игрушки девочка держится за высоковольтный электрический, провод.

— Я забыла ведро, — пропищала Элли едва слышно.

— Что?

— Я забыла ведро в комнате. Его нужно вернуть сеньоре Камиле.

Телохранитель отстраненно посмотрел на нее. Его занимали другие проблемы, не хватало еще разбираться с этим ведром.

Он нетерпеливо махнул рукой.

— Не задерживайся там, — бросил fiel и быстрым шагом скрылся в глубине коридора.

Едва он исчез, кукла немедленно потребовала от Элли возобновить движение.

— Да знаю я, знаю! — ответила девочка.

Они прошли еще шагов пять, повернули за угол и очутились в последнем отрезке коридора, который заканчивался известно чем. Элли прошла мимо двери в комнаты, которые вылизывала на протяжении второй половины дня, и остановились на вершине ступеней, спускавшихся в старую душевую.

Если днем в ней было просто сумрачно, то сейчас пространство между кафельными стенами утонуло во тьме, словно там находилась не комната, а черная дыра. Пробивающийся сквозь окна синий вечерний свет не доставал даже пола.

Кукла потянула ее в эту черную дыру.

— Нет, — решительно ответила Элли. — Я туда не пойду. Ни за что! Делай со мной что хочешь!

Андрей выбился из сил. Сегодня с девочкой было тяжело как никогда. Она хотела спать, упрямилась, канючила, не желала слушаться и упорно тянула назад. Душой он жалел ее. Но если не попытаться бежать сейчас, когда в доме темно и безлюдно, завтра будет поздно.

Проанализировав все варианты, он понял, что выти с виллы незаметно можно лишь через потайной ход. Путь надежен и прост: замаскированный под плитку переключатель в старой душевой и пустой желтый коридор, оканчивающийся дверью с автоматическим запором, за которой свобода. Преимущество данного варианта заключалось в том, что этот путь не сторожили. Чтобы убедиться, Андрею пришлось задержаться в Хозяйке чуть дольше, чем он планировал.

Но теперь, когда он сделал все для спасения девочки, когда подвел ее к выходу, она вдруг заупрямилась. И Андрей разозлился. Он старается изо всех сил, спасает ее, рискуя жизнью, а эта засранка встала в позу, чего-то испугавшись в старой душевой!

Андрей сильно разозлился.

Кукла в руках Элли взбесилась. Затряслась, задергалась, стала рваться из ладоней, словно в нее вселился злой демон. Наэлектризованные волосы стали дыбом, восхищенные глаза уродливо разъехались в стороны. Элли затаив дыхание смотрела на разъяренную игрушку.

И тогда она впервые услышала голос.

Он не был похож на журчание ручья или пение флейты, каким ей представлялся голос ангела-хранителя. Он оказался гневным и беспощадным. От него невозможно спрятаться, потому что он шел прямо из черепной коробки, громыхая в ней, словно огромный колокол.

— ИДИ ВНИЗ!

Элли обуял страх. Она вдруг поняла, что ее сопровождал совсем не ангел-хранитель, а кто-то намного могущественнее.

— Пожалуйста, не гони меня туда! — взмолилась она. — Я сделаю все, что ты прикажешь, только не гони меня в эту страшную комнату! Я маленькая и слабая, а там темно! Там очень темно, я боюсь…

— ИДИ ВНИЗ!!

Колокол раскачался, вошел в ритм и бил со всей мощью. Помощник, которого она считала добрым, показал себя с обратной стороны. В его голосе не было ни жалости, ни сострадания. Элли бессильно заплакала. Она умрет там, в этой старой душевой. Сгинет бесследно — а все из-за голоса, который погнал ее туда!

— ИДИ-И!!!

Трясясь от страха, она спустилась по ступеням навстречу мраку. Каждый шаг давался с превеликим трудом. Девочка боялась, что ноги откажут и она расшибется о кафельный пол так, что не сможет подняться. Боже, только бы не упасть!

Кукла повела чуть в сторону, но девочка и без нее знала направление. Каталка с Манекеником стояла у противоположной стены. Элли двинулась туда и ровно через десять шагов уперлась вытянутой рукой в прохладный, влажный кафель. Глаза, привыкшие к темноте, различили швы между плитками. Кукла потянула направо, они немного прошли вдоль стены и остановились у плитки, разрисованной трещинами словно узорами.

Кукла вздрогнула и пошевелилась из стороны в сторону. Элли, кажется, поняла это указание. Плитка скрывает некий секрет… Она вспомнила о Манекенике, который на этом месте ругал ее на чем свет стоит. Если выполнять указания куклы, то можно с ним столкнуться.

Элли захныкала.

— Пожа-а-алуйста! — стала она умалять невидимого проводника. — Пойдем назад. Я боюсь! Там за стеной очень плохо! Там нехороший человек, он будет кричать на меня!

В ответ в голове раздался сердитый толчок, неслышимый окрик, от которого кожа покрылось мурашками. Перед мысленным взором вспыхнула картинка — коридор, освещенный желтым светом. Он заканчивался массивной железной дверью. Рядом кнопка на стене. Чей-то палец нажимает на нее, механизм отодвигает задвижку, дверь открывается, впуская свет…