– Значит, все равно помирать, – сказал Покревский. – Так я бежал от смерти, даже думал, что любовь встретил…
– Еще не все потеряно, – сказала Кора. – В моем времени, а Всеволод Николаевич подтвердит, – она показала на инженера Тоя, – можно произвести оживление практически мертвых людей. Вы не представляете, какая у нас медицина.
– Какая бы ни была, – сказал профессор Калнин, – у нее есть свои пределы.
– Поэтому я и сказала всем о том, что с нами случилось. И у меня есть совет.
– Я знаю, – сказал Покревский, – покончить с собой здесь, и тогда им некого будет посылать. Я согласен.
– Может, это и красивая идея, – ответила Кора, – но учтите, что двое зараженных, Парра и Журба, вернее всего, уже находятся на Земле. И они ничего не знают. Каждый их шаг увеличивает опасность.
– Что же тогда надо сделать? – спросил инженер.
– Я думаю, что каждый из нас должен помнить: если он окажется в нашем времени…
– Если бы да кабы… – зло заметила Нинеля.
– В нашем времени вы должны тут же сообщить тем, кто нас встретит, что вы опасно больны. И потребовать, чтобы вас немедленно отправили в госпиталь.
– А они сразу начнут нас отстреливать, – сказала Нинеля.
– Вряд ли, – сказал инженер, – я могу подтвердить, что там нас должны ждать…
– Нас пока не ждут, – сказала Кора. – Поэтому от нас зависит, насколько быстро нас изолируют.
– Хватит этой изоляции! – воскликнула Нинеля. – Я лучше останусь здесь. Меня полковник любит.
– Вот чего не советую, – отозвалась Кора. – Ты для полковника – смертельная опасность. Пока, первые сутки, ты еще не так опасна, а после ты будешь буквально излучать заразу.
– Когда это случится? – взвыла в ужасе Нинеля.
– Будем думать, что завтра утром.
– У нас много времени в запасе, – сказал профессор. – Это меня тревожит.
– Почему? – удивилась Кора.
– Представь себе – зачем посылать нас на Землю, если они подозревают, что мы можем догадаться, и тогда все идет прахом.
– А почему они должны нас заподозрить? Никто нам не говорил о вирусе.
– Значит, врала? – обрадовалась Нинеля. – Значит, это все липа? Ну, признайся!
– Нет, это правда, – сказала Кора.
Полковник Рай-Райи стоял в дверях.
– Хорошо, что я решил послушать, о чем вы беседуете. Вы чуть не сорвали нам всю операцию.
– Почему? – спросил Покревский.
– Мы и на самом деле думали, что вы ни о чем не догадались. Теперь же на Земле вы тут же сдадитесь, чтобы вас расстреляли. И вас благополучно расстреляют и сожгут трупы. И мы не сможем выполнить наших планов.
– Я же говорила! – воскликнула Нинеля.
– Не подходи, – предупредил ее полковник. – У тебя такой бурный организм, что, может, ты уже заразная.
– Миленький, ты что несешь?
– Отойди, стреляю!
Нинеля отпрянула и начала рыдать.
– Что же будем делать? – спросил доктор.
– Будь моя воля, – сказал полковник, – я бы расстрелял вас тут же. Но у руководства может быть другая точка зрения. Так что я оставляю вас здесь, и мы немного подумаем.
– Погодите! – окликнула полковника Кора. – А нельзя нам чего-нибудь поесть?
– Вы же завтракали!
– Мы с профессором не завтракали!
– Поглядите на кухне, она не заперта, – отмахнулся полковник и быстро ушел из столовой.
– Ну, вот, – сказал инженер, – такие взрослые и такие неосторожные. Я вам и одного шанса из ста теперь не дам.
– Боюсь, что вы правы, – согласилась Кора. – Мы следы, и нас надо замести.
– Нет, – заявила Нинеля, – Райчик что-то придумает. Вы не представляете, какой он умный. Он нас убивать не будет, потому что он меня любит.
– Мы сами себя убьем, – сказал Покревский. – Я думаю, что чем скорее, тем лучше.
Кора пошла на кухню. Там лежало несколько хлебов, в баке была вода.
Кора поставила бак, который заменял чайник. Нашла коробку с травяным настоем. Из столовой слышались голоса, но она их не слышала. Она устала и хотела спать.
И когда они напились чаю, Кора улеглась на скамейке в столовой и заснула.
* * *
Проснулась Кора от того, что в комнате появились чужие люди – сквозь смеженные веки она видела, как солдаты уводили пришельцев – не грубо, а деловито и равнодушно. И так как в том не было ничего страшного, а времени прошло немало – за окном уже темнело и голод опять был первым чувством, посетившим Кору, когда она проснулась, – и всем надоело ждать, то люди прощались и расходились.
– Может, до встречи? – сказал Покревский.
– Если чего, не сердитесь, – ответила Нинеля, – хоть вы мне, конечно, классово чуждый элемент.
– Смотря где встретимся, – равнодушно ответил Покревский. – Или ты меня к стенке, или я тебя.
Никто не говорил о смерти, болезни, вирусе – словно это была выдумка Коры.
Кора села на скамейке, чуть не закричала – так онемела нога – и сказала:
– Если увидите людей, предупреждайте, чтобы не подходили!
– Ладно уж, – сердито ответила Нинеля. – Опять ты тут каркаешь!
Конечно, они не хотят об этом думать!
– Сколько времени? – спросила Кора, словно на руке ее не было часов.
– Седьмой час, – сказал профессор. Его тоже не позвали.
Инженер попрощался с Корой и профессором и сказал, криво усмехнувшись:
– До встречи.
– Вы-то знаете, что ничего страшного не будет, – сказала Кора.
– Именно я и опасаюсь больше всего, что нас раздумали посылать туда. На Землю.
– Что вы говорите? – удивился профессор. – Что вас заставляет так думать?
Солдат потянул инженера за рукав.
– Сейчас, – сказал тот миролюбиво, – только два слова скажу… Раз они поняли, что мы догадались о вирусе и их плане, то им нет смысла отправлять нас туда. Зачем? Чтобы мы предупредили всех об опасности и провалили план? Так что теперь все зависит от того, куда нас поведут. Если отправят подальше от виллы «Радуга», значит, решили пустить в расход. И это логично. Им хватит и тех, кого они уже послали. Те же – невинные агнцы. Они сейчас обнимаются с соотечественниками.
– Их всего двое, – сказала Кора, будто это что-то меняло.
– Хватит, – сказал солдат, – пошли. Машина ждет.
– Так что на их месте я бы нас ликвидировал или дал возможность мирно помереть от чумы… – закончил инженер.
И быстро пошел к выходу, не оборачиваясь, словно уже был не знаком с Корой и профессором.
Но Кора не оценила генерала Лея.
Не успела закрыться дверь за инженером, как вошли еще две медсестры.
– Пошли, – сказала первая и показала пальцем на Кору.
Этого надо было ждать, но расставание с профессором, такое окончательное, испугало Кору.
– Не надо, – взмолилась она. – Пожалуйста, можно мы останемся вдвоем?
– Нельзя, – сказала медсестра. – Скорее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
