Читаем без скачивания Остров страсти - Карен Робардс

Когда Джон отправился за ее плащом, Кэти едва ли не бегом устремилась в какой-то угол и там затаилась. Одна мысль о том, что ей придется на протяжении получаса находиться наедине с ним в закрытой карете, возвращаясь в Вудхэм, обескураживала ее. Она предчувствовала, что он замыслил какую-то месть - но какую? Пока она размышляла, Джон вернулся с ее плащом, и возможность для бегства была упущена.

Словно прочитав ее мысли, Джон, пока они, расточая комплименты, прощались с Инграмами, держал ее за руку. Кэти со все возрастающим испугом чувствовала, какой силой налились его мускулы. Вежливая улыбка на лице Джона рассыпалась, словно осколки гипса под ударами молотка как только они вышли из дома. Она была права - он вынашивал какую-то месть. Джон молча подсадил ее в карету, ловко вскочил туда сам и приказал кучеру трогать.

Карета освещалась тусклым масляным фонариком. При его свете Кэти рассматривала мрачное лицо своего мужа, который занял сиденье напротив нее. Он встретил ее взгляд и медленно улыбнулся, сделавшись похожим на злорадствующего сатира.

- Иди-ка сюда, женушка, - сказал он. Кэти, испуганная и настороженная, не пошевелилась, и тогда улыбка на его лице сменилась хмурой гримасой.

- Я сказал, иди сюда!

Этот приказ прозвучал как щелчок хлыста. Кэти нервно облизала губы кончиком языка.

- 3-зачем? - запинаясь, пробормотала она и вжалась в бархатную обивку сиденья.

- Я хочу дать тебе то, чего ты ждала несколько месяцев. Надеюсь, ты не собираешься этого отрицать?

- Я... я... если ты хочешь заняться со мной любовью, я не возражаю. В конце концов, ты мой муж, и у тебя есть определенные права. - Кэти старалась придать своим словам оттенок холодной рассудительности, но вместо этого они прозвучали едва ли не жалобно. Кэти была скована необъяснимым страхом. Он понял это. Она заметила, как его глаза удовлетворенно блеснули.

- Я осведомлен о своих правах. И я намерен ими воспользоваться. Сейчас. - Он вытянул вперед руку и рванул Кэти к себе. Она шлепнулась к нему на колени.

- Джон, пожалуйста... - глухо прошептала Кэти. - Подожди...

- Ты разве отрицаешь, что весь последний месяц пыталась затащить меня в постель?! - прошипел он ей на ухо. - Или ты затеяла шашни с этим юнцом, чтобы заставить меня ревновать? Ну, отвечай!

- Все было совсем не так, - вяло запротестовала Кэти, которая вопреки страху податливо расслабилась, ощущая своими ягодицами его восставшую плоть.

- Не так?

И Джон впился в ее губы, оборвав разговор.

Глава 16

Джон проиграл. Он понял это в тот момент, когда увидел, как Кэти исчезает в темноте веранды вместе с ошалевшим от страсти щенком. Ревность и прочие первобытные инстинкты начали терзать его изнутри, хотя он прекрасно сознавал, что ее представление было устроено именно с этой целью. Что ж, она попала в самое яблочко: против своей воли он пошел вслед за ней и едва удержал себя от шумного скандала. Только мысль о триумфе, который зажегся бы в ее глазах, помогла ему сохранить ледяное самообладание. Он все еще любил эту сучку, черт побери, однако это должно было остаться его тайной, постыдной тайной.

Он терзал ее губы с обдуманной жестокостью, его язык яростно ворочался у нее во рту, нисколько не заботясь об ее удовольствии. Ее маленький ротик был послушно открыт, ее ручки гладили его шею, ее язычок трепетал на его губах - это разжигало его страсть и одновременно усугубляло гнев. Она отвечала на поцелуй, которым он собирался ее унизить! В ярости Джон смекнул, что она чувствует себя победительницей. Этот вечер кончался для нее именно так, как она задумала, - в его объятиях. Ладно, он с ней переспит, потому что не может больше терпеть, но миледи скоро поймет, что она рано восторжествовала... Джон свирепо улыбнулся и стиснул в кулаках обе бретельки ее бального платья, прежде чем изо всей силы рвануть их вниз.

Тонкая ткань поддалась с пронзительным треском. Кэти, затрудненно дыша, уперлась в его грудь руками, стараясь отпрянуть в сторону. Джон позволил ей немножечко отодвинуться, он хотел, чтобы она смогла увидеть его лицо, зная, что застывшее на нем выражение - смесь ненависти, страсти и ярости - вселит в Кэти ужас и стряхнет с ее глаз поволоку блаженной мечтательности. Джон знал, что он выглядит как безумец, и он в самом деле сходил с ума.

Сверля ее взглядом, он грубо запустил руку за вырез ее сорочки и, нащупав пальцами грудь, начал щипать и выкручивать нежные соски. Кэти приглушенно застонала и попыталась вырваться. Крепко обняв ее за талию, он силой удерживал ее на своих коленях.

- В чем дело, женушка? - проскрежетал он, срывая с ее плеч сорочку, чтобы обнажить округлые груди. Приспущенная сорочка прижала ее руки к туловищу, и она не смогла оттолкнуть Джона, когда он, склонив голову, как вампир присосался к ее груди. Он теребил губами сосок, причиняя Кэти жгучую боль.

- Джон, не надо, - простонала она, сознавая свою беспомощность. Продемонстрированная им жестокость изгнала из ее головы все помыслы о плотских утехах.

- Разве ты не этого хотела?

Он был зол, невероятно зол. Кэти дрожала от страха. Было совершенно ясно, что он мстил ей за ее поведение на балу. Болезненно покраснев, Кэти почувствовала, как под его яростно причмокивающими губами начинает течь ее молоко. Он придумал чересчур изощренную месть, подвергнув ее такому унижению!

С искаженным лицом Джон глотал теплую, сладкую жидкость, которая текла в его рот. На мгновение он испытал легкое чувство закрадывающегося стыда за то, что так безжалостно втаптывал в грязь мать своего сына. Но сучка сама заслужила это, так мысленно оправдывался Джон, она напросилась на это, она изнывала от похоти - так пусть получает! Он решительно повалил ее на спину.

- Джон, не надо, пожалуйста, - слабо взмолилась она. Ее локти были до сих пор туго опоясаны сорочкой, и она не могла сопротивляться тяжести навалившегося на нее тела. Кроме того, он был ее мужем. Он имел законное право обладать ею когда и где ему вздумается.

- "Пожалуйста, не надо" чего? Разве ты не этого хотела? - злобно поинтересовался Джон. В мерцающем свете фонарика он был похож на выходца из преисподней.

- Нет, не так!.. - закричала она и сомкнула ресницы, не желая смотреть на страшную маску, в которую превратилось его лицо.

- А как же?

- Я... я хотела твоей любви! - в отчаянии пробормотала Кэти.

- Не буду тебя разочаровывать, - огрызнулся он, вставая на колени между ее вытянутых ног. Он придавил своей тяжестью парчовый подол ее платья, и тонкая ткань, больно врезавшись в ее лодыжки, лишила Кэти возможности шевелиться. Джон потянулся к пуговицам на брюках и начал расстегивать их одну за другой, проделывая это с нарочитой ленцой. Кэти была шокирована. Неужели он собирался обладать ею прямо в карете?! Джон не замедлил подтвердить ее худшие опасения; он извлек наружу свое набухшее орудие, которое на фоне его строгого фрака и белоснежной манишки смотрелось непристойной карикатурой. Парализованная ужасом, Кэти не могла отвести от него глаз. Джон издал отвратительный смешок и наклонился, чтобы задрать ее юбки. Единственной преградой между ним и его целью теперь оставались отороченные кружевной каймой панталоны, и Джон рвал их, пока они клочьями не повисли на ее бедрах. Забыв о своем супружеском долге, Кэти начала бороться, она лягалась и пыталась скатиться с бархатного сиденья. Джон твердой рукой с легкостью усмирил ее бунт и, казалось, нашел в этом особое удовольствие. По-волчьи оскалив зубы, он вернул Кэти на прежнее место и стиснул пальцами ее ягодицы.

Стоя на коленях между трепещущих ног Кэти, он приподымал на себя ее зад и пожирал глазами стыдливую наготу. Кэти, беспомощно всхлипывая, билась затылком о протертую бархатную подушку.

- Джон, пожалуйста, не надо, - отчаянно взмолилась она, зная, что если он овладеет ею сейчас, охваченный гневом и ненавистью, что-то очень важное между ними будет разрушено навсегда. Когда она рисовала в воображении его любовные ласки, она представляла себе Джона, смеющегося и нежного, каким он был на Лае-Пальмасе, а не это жестокое чудовище, которое изо всех сил старалось унизить ее побольнее.

- Почему это, черт побери, не надо? - злобно произнес он, продолжая усердно месить своими пальцами нежную плоть ее ягодиц. - Ты стала моей женой благодаря собственным интрижкам. Ты мне принадлежишь. Я должен признать, что содержать жену много накладнее, чем время от времени платить шлюхам, но я собираюсь вернуть эти денежки хотя бы частично. Прямо сейчас.

С этими словами он грубо встряхнул Кэти и вонзил в нее свое копье. Болезненные стоны жены, казалось, только услаждали его

слух. Он хотел причинить ей боль и делал это с извращенным удовольствием. Он обладал ею, словно она была животным, яростно погружаясь внутрь и выныривая обратно. Ее жалобные повизгивания, будто стручки красного перца, возбуждали его еще больше. Дыхание вырывалось из его горла судорожными толчками. Кэти плотно закрыла глаза, но слезы все равно выбивались из-под ее ресниц тонкими струйками. Прежде она обвиняла его в насилии. Господи, только теперь она поняла, что означает это слово!