Читаем без скачивания Остров страсти - Карен Робардс

- Я тебя хочу, - придушенно произнес он. Растопыренные пальцы Кэти месили тонкое сукно его брюк. Она прикоснулась к гладкой на ощупь пуговице и высвободила ее из петли, а затем проделала то же самое с ее ближайшей соседкой. Ее холодные пальчики проникли внутрь и начали поглаживать его горячую плоть.

- Боже, - простонал он, опускаясь на постель рядом с нею. Теперь их слиянию препятствовало толстое атласное одеяло, и Джон нетерпеливо отшвырнул его в сторону, одновременно ловя жадным ртом ее губы. По его оплетенному мышцами телу пробегала судорожная дрожь, вызванная ее близостью.

Даже сквозь ткань сорочки его пальцы оставляли огненные следы на ее груди, на бедрах, плечах, животе. Она рванула ворот его рубашки так, что пуговицы, треща, посыпались на пол, открывая доступ к его заросшей темными волосами груди. Она оторвалась от его губ и принялась осыпать жаркими поцелуями мускулистое тело. Дыхание застревало у Джона в горле, словно воздух в спальне внезапно превратился в густую, тягучую субстанцию, наподобие расплавленного свинца.

Вдруг Джон резко выпрямился, и Кэти, чьи руки обнимали теперь пустоту, разочарованно вскрикнула.

- Дорогой? - Она на коленях поползла вслед за ним на край постели.

- Мне надо снять эти чертовы ботинки, - пояснил он, яростно дергая за концы шнурков. Кэти прижалась грудью к стальным мышцам на его спине, и Джон, не выдержав, со стоном оставил шнурки и пригнул к себе ее голову, приникнув к ней обжигающим поцелуем. Ботинки со стуком полетели на пол; Джон, словно подброшенный пружиной, вскочил на ноги, чтобы сорвать с себя оставшуюся одежду.

Кэти отдавалась ему, охваченная бурным экстазом. Она выгибалась дугой под тяжестью его тела, перемалывая свою нежность

в жерновах налитых силой мышц. Он задыхался, его сердце колотилось так сильно, что было похоже, будто между их телами кто-то бьет в барабан. Он взял ее три раза - без передышки. Когда наконец он обессиленно замер, нежно поглаживая рукой ее волосы, Кэти чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Блуждая, ее пальцы коснулась его щеки, и, не успев поделиться с ним своим блаженством, она погрузилась в глубокий сон.

Джон тоже уснул, но не так крепко, как Кэти. Он проснулся с первыми лучами солнца, проникшими в комнату. Он медленно провел рукой по ее шелковистой коже, но, не вызвав у спящей никакого отклика, оперся на локоть и начал пристально изучать нежные, плененные Морфеем черты девичьего лица. Он размышлял о невероятном счастье, дарованном ему этой ночью, и сам удивлялся глубине собственной страсти. Никогда в жизни он не испытывал ничего подобного, хотя бы отдаленно напоминающего эту ночь.

Солнечный блик коснулся завитка ее волос, превратив его в мерцающий золотой слиток. Джон поднес этот локон к губам, он ощущал пальцами его податливую упругость, вдыхал в себя его хрупкий апельсиновый аромат. Вдруг он замер, словно пораженный громом. Он вел себя как какой-то полоумный мальчишка. Ночью он был слеп ко всему, кроме ее красоты и сжигавшего его тело желания. Рассвет принес ему долгожданное отрезвление. Джон возблагодарил Бога за то, что Кэти еще спала. Иначе он бы наверняка, стоя на коленях, излил ей всю свою душу. Черт возьми, она бы получила от этого немалое удовольствие! Ее месть свершилась бы в полной мере.

Джон вскочил с постели и собрал свою одежду, разбросанную по всей спальне. Глубокие складки залегли на его лбу. Ему нужно время, чтобы все хорошенько обдумать, прежде чем снова встретиться с Кэти. Отношениям двух счастливых влюбленных, возникшим между ними прошлой ночью, должен быть положен конец. Он не имеет права забывать ее предательство. Натянув брюки, он не стал утруждать себя возней с прочими деталями туалета и тихо выскользнул из комнаты.

Когда Кэти проснулась, день был в самом разгаре, пели птицы, солнце сияло высоко в небе. Она сонно ворочалась, ощущая досадную утрату теплого тела, гревшего ее в своих объятиях всю ночь. Кэти, моргая, открыла глаза и любовно прижалась лицом к вмятинке на соседней подушке. Джон, должно быть, уже ушел

на плантацию. Он, наверное, считает ее ужасной лентяйкой! Но это не важно. Джон любил ее. Своей хрустальной чистотой эта мысль затмевала все прочие недобрые воспоминания. Могла ли она сомневаться в нем и в его сумасшедшей страсти? Но мало-помалу, более подробно восстановив в своей голове ход вчерашних событий, Кэти нахмурила лоб. Она вспомнила, как они после бала возвращались домой в карете. Жестокое насилие Джона над ее телом всплыло в ее памяти со всеми отвратительными подробностями. Боже, как он мог сделать это? Ведь он ее любил. Любил? Действительно ли он сказал, что любит ее, или она только вообразила это, торопливо подменив реальность желанным вымыслом? Она сосредоточилась, пытаясь вспомнить. Глубокий румянец залил ее лицо до самых корней волос, когда некоторые подробности ее вчерашнего поведения предстали перед ней во всей неприглядной красе. Господи, она вела себя словно сука во время течки, практически умоляя его с ней совокупиться! Она вспомнила, с каким бесстыдством она осыпала каждую частичку его тела жаркими поцелуями, и ей от стыда захотелось провалиться свозь землю.

Он ее не любил. Он недвусмысленно подтвердил это, зверски изнасиловав ее в карете. Шампанское, поглощенное ею, вкупе со взвинченным настроением, в котором она пребывала, заставило ее нафантазировать невесть что. Теперь он, должно быть, смеется над ней! Смеется и презирает! Или, что еще хуже, просто не думает об этом. Такие ночи наверняка были ему не в диковинку, чтобы он лелеял воспоминания о них.

Негромкий стук в дверь прервал самобичевание Кэти. Она вздохнула поглубже, желая выглядеть спокойной.

- Да?

- Пора вам вставать, мисс Кэти, - добродушно проворчала Марта, открывая дверь. - Мастер Джон сказал, чтобы я дала вам выспаться, но всему нужна мера. Мастер Крэй ревет в три ручья, словно его не кормили целую неделю.

- Ты видела Джона этим утром? - спросила Кэти с подчеркнутым равнодушием.

- Да! Ну и встрепенутым же он выглядел! Вы, должно быть, как следует разогнали в нем кровь.

Кэти почувствовала, как на ее щеках выступает предательский румянец. Марта верно подметила - она разогнала в нем кровь! Унижение горьким комком желчи стояло у нее в горле, а

от добродушных шуточек Марты у девушки на душе становилось еще горше.

- Он пошел на плантацию? - Она должна была знать, когда ей предстоит повторная встреча с Джоном, чтобы к ней подготовиться.

Марта удивленно расширила глаза:

- Да нет, голубушка, он сказал, что ему нужно съездить в Атланту. По делам. Он сказал, что его не будет неделю. Разве он вам этого не говорил?

Голос Марты стал участливым, словно она стала подозревать что-то неладное. Кэти приложила все силы, чтобы ответить ей беспечной улыбкой.

- Ах да, конечно, говорил. Я просто забыла, - соврала она. - Так ты говоришь, что Крэй проголодался? Бедный малыш! Неси его сюда, я его накормлю.

Остаток дня Кэти провела как сомнамбула. Она улыбалась, она играла с Крэем, она как ни в чем не бывало беседовала с Мартой, но все это время в ее голове пульсировала только одна мысль: Джон был настолько к ней безразличен, он с таким равнодушием воспринял все происшедшее между ними прошлой ночью, что смог укатить в Атланту, даже не попрощавшись с ней.

Перед ужином, когда Кэти вместе с Крэем прогуливалась по саду, она услышала, как к воротам усадьбы подъехала чья-то карета. "Ну почему именно сейчас?" - уныло подумала она, настраиваясь на обмен светскими любезностями и сплетнями с одной из своих соседок. Покраснев, Кэти поняла, что кое-какие любопытные расспросы будут касаться и ее собственной персоны. И какого черта ей взбрело в голову флиртовать с этим Харрисоном!..

- Вас хотят видеть, мисс Кэти. - Из-за розовых куп показался Петершэм, чей голос звучал явно неодобрительно.

- Кто это? - Кэти была озадачена его тоном.

- Какой-то джентльмен, мисс Кэти. Он не назвался.

Чем и заслужил неодобрение Петершэма, мысленно завершила Кэти этот простенький силлогизм. Она очень надеялась, что этим джентльменом не окажется Пол Харрисон, явившийся с извинениями или, что еще хуже, с намерениями завязать знакомство прочнее. Она подхватила Крэя на руки и прошла в дом вслед за Петершэмом, который указал ей на дверь гостиной.

- Я проводил его сюда, мисс Кэти. В случае чего, я - неподалеку.

Чудак, неужели он думает, что этот человек нападет на нее в ее собственном доме? Нахмурившись, Кэти толкнула дверь. Одетый в дорожное платье седовласый джентльмен стоял посреди комнаты к ней спиной. Услышав, как открывается дверь, он медленно повернулся. Кэти сразу же узнала его. Радостный крик вырвался из ее горла, и она бегом кинулась к нему в объятия.

- Папа! Ах, папа, я так рада, что ты здесь!

Глава 17

- Вы уверены, что поступаете правильно, мисс Кэти? - очень обеспокоенно проговорила Марта, выливая очередной таз с горячей водой в исходящую паром ванну.