было трудно поверить, что Ной видит во мне что-то сексуальное.
— Не думаю, что это возможно. И это не входит в нашу договоренность, — сказала я, прикрывая глаза от солнца, проникающего в окно. — И чертовски хорошо, что это так, потому что он разбрасывается словами о разводе, как будто уже ищет причину, чтобы покончить с этим браком.
Джейми поджала губы.
— Хочешь выплеснуть все наружу, пока я слушаю, или хочешь, чтобы я предложила решение?
— Я не знаю, — застонала я. — Меня раздражает все, что произошло прошлой ночью.
— Верно. Полагаться на своего мужа — это как в прошлом веке.
— Он не мой муж.
— Он твой муж, — ответила она. — Может быть, вы и не живете вместе, но он может подвезти тебя домой, когда ты застряла в каком-то сомнительном баре, и это не будет великим актом благотворительности. Даже если бы он не был твоим мужем, он твой друг. Ты можешь и должна ожидать, что он будет рядом с тобой, когда тебе это понадобится. — Она снова встряхнула свой кофе, и у меня в голове запульсировало. — Напомни мне, почему ты не можешь трахнуть его?
— Есть много причин, но я все время возвращаюсь к одной: он вошел, когда я мыла ванну голышом. Никто не может оправиться от этого. Даже если бы он был заинтересован во мне — а он не заинтересован, — он видел мою задницу, Джеймс.
— Знаешь, в некоторых кругах именно так люди узнают друг друга, — ответила она.
— Что? О чем ты говоришь?
Она махнула рукой.
— Я не очень в этом разбираюсь, поэтому не могу рассказать много подробностей, но знаю, что такое бывает.
— Должна ли я беспокоиться о тебе? — спросила я.
— Не больше, чем обычно. — Подруга покачала головой. — Я в порядке. Последние пару недель я ходила на терапию. У меня на неделю вперед планы уроков. Я подружилась с твоей заменой, несмотря на то, что в принципе возмущена ее существованием. Я принимаю витамины, пью воду. У меня много секса с людьми, которых я едва знаю. Все хорошо. Я в порядке. Давай не будем беспокоиться обо мне, когда у нас есть твои проблемы. Ты должна трахнуть своего мужа.
— О, боже, Джеймс, — пробормотала я. — Этого не случится.
— Это лучшее средство от похмелья, которое я знаю, — сказала она. — И я уверена, что в конце концов ты его трахнешь, и когда это произойдет, ты вспомнишь о нашем разговоре и тебе придется признать, что я была права. — Она указала на меня пальцем. — Я собираюсь добавить Грейс к этому звонку, чтобы она могла начать принимать ставки на то, когда это произойдет.
— Я не могу говорить с Грейс сегодня, — проворчала я. — Она скажет мне встать с постели и преодолеть себя, а я не хочу ничего этого слышать.
— Тогда иди и поговори со своим мужем, — сказала она.
— Нет. Я собираюсь избегать его как можно дольше. Я не оценила его напористого поведения прошлой ночью.
— Ты оценишь эту его напористость позже, — пробормотала она. — Если я знаю его тип — а я думаю, что знаю, — то для тебя все сложится хорошо.
Я закрыла глаза рукой.
— Я должна была позвонить Одри. Она бы сказала, что я красивая и совершенная, и рассказала бы мне, как приготовить антипохмельный коктейль, чтобы мой череп перестал так сильно сдавливать мой мозг.
— Она сделала бы это, потому что верит, что может решить большинство проблем с помощью кухонного оборудования, — сказала Джейми. — Я верю, что ты можешь решить свою проблему с помощью оборудования твоего мужа, и думаю, что это безумие, притворятся, что это не так.
— Я ему не нужна, — прошептала я, и мне было больно произносить эти слова. Было так много людей, которые не хотели меня, и мне было больно всякий раз, когда я находила еще одного, чтобы пополнить этот список. — Я знаю, что ты не согласна, и мне нравится, что ты так сильно поддерживаешь меня, но я его не привлекаю. Ему потребовалось много времени, чтобы проникнуться ко мне симпатией, и в большинстве случаев кажется, что я действую ему на нервы или он не может дождаться, когда сможет уйти от меня. Он так много хмурится и сжимает челюсти, что испортит свои зубы, если будет продолжать в том же духе.
— Пусть об этом беспокоится его дантист.
— Когда я ему нравлюсь, это потому, что мы играем роль. Это игра. И неважно, что я чувствую, потому что это никуда не денется. Добавь к этому тот факт, что нелепо называть его моим мужем. Он — парень, за которого я вышла замуж, чтобы унаследовать ферму тюльпанов, которой я даже не умею управлять, а он мог расширить свой бизнес. Между нами ничего нет.
— Возможно, ты права, — сказала подруга через мгновение. — Но почему он так расстроился из-за того, что ты застряла в захудалом баре? Зачем ему вызывать няню, ехать за тобой в тот бар, везти тебя домой, а потом говорить тебе о том, что он не позволит делать своей жене, если ничего не происходит? Разве так ведет себя человек, который не может дождаться, чтобы уйти от тебя?
Я уставилась на нее на минуту, не зная, что ответить. Затем:
— Мне казалось, ты говорила, что это не фильм «Холлмарк».
Подруга пожала плечами.
— Это не будет фильмом «Холлмарк», когда ты его трахнешь. Там никогда не заходят дальше первой базы. Один целомудренный поцелуй, и конец истории. Папочка-хлебопек не остановится, пока тесто не поднимется.
— Ты должна перестать называть его так, — сказала я. — И я не понимаю эту метафору. Я что, тесто в этом деле? Это кажется… нелестным.
— Интересно, — начала она, постукивая пальцем по губам, — проблема реально связана с твоим папочкой-хлебопеком. Или ты отгородилась от всего, что связано с сексуальными отношениями и близостью, и убедила себя, что не готова?
— Конечно, я не готова, — огрызнулась я. — Я только что вышла из длительных отношений, которые закончились тем, что меня бросили у алтаря.
— Да. Он поступил так с тобой, и это было ужасно. Но когда он ушел, то забрал много важных вещей, но не забрал тебя. Не забрал лучшее, что есть в тебе. Я верю, что ты готова больше, чем думаешь, — мягко сказала Джейми.
— Я в этом не уверена, — прошептала я.
— Будешь, — сказала она. — В конце концов.
Глава 18
Ной
Учащиеся смогут научиться распознавать и принимать, когда они проиграли.
— Что за хрень с тобой творится? — ворчал я. — Почему ты, блядь, не можешь
