Ирен, сидевшей у меня на коленях.
— А что касается отопления дома, то тут Ирен помогла мне разобраться, посоветовавшись с Морганом. Мы этим очень гордимся. Мы выкопали подвал под поместьем и поместили туда огромный камень. Он настолько массивный, что тепла, которое я в него закачиваю, хватает почти на целый день, а в замкнутом пространстве оно рассеивается очень медленно.
— И тепло просто поднимается сквозь половицы? — уточнил я, пытаясь представить конструкцию.
Ирен рассмеялась.
— Нет, конечно. Я позаимствовала кое-какие идеи из того, как люди делают на Земле… — она бросила быстрый взгляд на Лили и изменила фразу, — в системах отопления с подземными камерами.
Она указала на стену, и я аж вздрогнул, узнав вентиляционное отверстие.
— Мы установили целую систему воздуховодов, подключённую к отапливаемому подвалу. А в кладовке прямо над ним у нас стоит ещё один насос, соединённый с вентилятором, который гонит горячий воздух снизу по всему дому. Всё продумано до мелочей!
Я присвистнул, искренне впечатлённый. Вот это инженерная мысль! Я всё ещё бился над оптимальной системой, а они, оказывается, всё сделали, пока отсутствовал всего пару недель.
— Вы обе просто потрясающую работу проделали! Браво, девчонки, я в восторге!
Белла радостно захлопала в ладоши.
— И что самое приятное, всё это связано с новой бильярдной для… — на этот раз она сама оборвала себя на полуслове, не нуждаясь в напоминаниях остальных. Похоже, секрет строго охранялся.
Я усмехнулся.
— Ладно-ладно, я с удовольствием подожду, какой бы там сюрприз вы ни готовили, интриганки.
Мои невесты переглянулись.
— Вообще-то сейчас, похоже, самое подходящее время, — сказала Ирен, выступая вперёд и улыбаясь мне своей особенной, чуть загадочной улыбкой. — Девочки?
С радостным визгом Зара вскочила со стула и метнулась к ближайшему комоду, выдвинула ящик и почти благоговейно извлекла оттуда пачку бумаг. Она поднесла их мне, её глаза сияли так, словно она вручала мне ключи от королевства.
— Что это? — спросил я, наклоняясь, чтобы поцеловать её в щёку, и принимая бумаги. Все вокруг только загадочно ухмылялись, так что я начал читать.
И тут мои глаза расширились от изумления. Я ошарашенно посмотрел на Ирен, уверенный, что сделать такое могла только она. Моя жрица снова выступила вперёд и одарила меня той самой ослепительной улыбкой, от которой у меня всегда становилось тепло на сердце.
— Как⁈ — только и смог выдохнуть я. — Я же думал, что бюрократия в Харалдаре — это безнадёжное дело, и у нас нет ни одного нужного документа! Это же… Это просто невероятно!
Белла подошла и с энтузиазмом стиснула в объятиях нашу рыжую жрицу, истинного гения в бумажных делах.
— Наша Ирен просто удивительная! — с гордостью сказала она. — Хотя, конечно, без помощи Мароны мы бы тоже не справились.
Я разложил бумаги на столе, всё ещё не веря своим глазам. Официальные документы, подтверждающие мой брак с Зарой, Беллой, Лейланной, Самирой и Ирен, и узаконивающие всех наших детей как моих наследников. Подписано баронессой Мароной О’Мэлли из Тераны, действующей от имени герцога Бастиона как представителя короля Харалдара. Всё оформлено по всем правилам.
Пока я перечитывал каждую строчку, не в силах поверить, мои женщины собрались вокруг, сжимая меня в тёплом кругу своих объятий. Меня окружали сияющие улыбки и глаза, блестящие от слёз и любви. Именно в такие мгновения осознаёшь истинный смысл жизни.
— Мы вообще-то собирались подождать до свадьбы, чтобы показать тебе это, — сказала Лейланна, уткнувшись носом мне в макушку. — Но мы все так переволновались, что просто не могли больше сдерживаться!
Лили восторженно захлопала в ладоши, её глаза за большими очками в проволочной оправе светились неподдельным счастьем.
— Ах, это так романтично! Я так счастлива, что оказалась здесь и всё это увидела своими глазами!
Глава 30
Снова пробежался взглядом по этим проклятым бумагам. В голове гудело, словно в ней застрял неисправный паровозный гудок.
— Значит, мы теперь все женаты⁈ — билось в мыслях. Конечно, я искренне радовался за Зару, чьё положение наконец-то обрело официальный статус, и за Глорию, теперь мою законную дочь в глазах всего Харалдара. Да и за остальных тоже, хотя они не в таком зыбком положении. Всё это правильно, логично, даже, мать его, благородно. Но, блин, новость свалилась разом.
Ирен, видимо, прочитала мои мысли или просто почувствовала внутренний ступор, в который я впал. Наклонившись, она поцеловала меня в висок тепло, с лёгким, почти неслышным смешком. От неё пахло чем-то таким знакомым, домашним, что даже в этой ошарашенности накатило мгновенное спокойствие.
— Нам всё равно нужны обе подписи на всех бумагах, заверенные Мароной или кем-то из её людей, — негромко произнесла она, легонько толкнув меня в плечо. Этот жест красноречивее слов говорил «успокойся, Артем, не дёргайся». — Что, собственно, и произойдёт на нашей общей свадьбе.
Вот те на! Ещё одна новость, от которой меня внутренне передернуло, аж зубы свело. Общая свадьба⁈ Ни хрена себе! Это уже не КАМАЗ кирпичей, это целая стена.
Зара, как всегда, не стала тянуть. Спокойно, без лишних эмоций, добавила:
— Мы ещё выбираем дату, но чем раньше, тем лучше, по мне так.
Прагматично до зубовного скрежета. Никаких тебе романтических вздохов, лишь чистый расчёт. И, наверное, это всё-таки правильно.
Я кивнул.
— Оставляю это на вас, девочки. Вы же всё равно основную возню берёте на себя, — буркнул я, листая бумаги дальше. Странное тепло расползалось по груди, пока я читал там имена своих… жён? Своих женщин. Этот вопрос повис в воздухе, не давая покоя. Взгляд скользнул по самому последнему листу, и я замер, увидев одну фамилию. В самом низу. Сердце ёкнуло.
Ирен, судя по всему, почувствовала, как я напрягся. Мои мышцы будто окаменели. Она проследила за моим взглядом и едва заметно вздрогнула.
— Ой! Думала, я её отложила, — прошептала она, в её голосе проскользнула неловкость. Она потянулась за бумагой, но я быстро, чисто инстинктивно перехватил лист в другую руку. Держа бумагу подальше от коротких рук Ирен, торопливо читал. Слова расплывались перед глазами, смысл улавливался нечётко, доходя до мозга постепенно, как бы издалека. Только потом, когда перечитал повторно и всё понял, отдал ей шестое свидетельство. По её лицу, по тому, как она отвела взгляд, понял, поздно. Она уже знала, что́ я там увидел, и что это значило.
— Триса, — произнёс я. Голос
