и крепкую.
Чуть выше его запястья едва заметно виднелся голубоватый рисунок, прикрытый рукавом. Горечь обожгла язык. Точно… В последнюю нашу встречу я уже приняла решение.
Вместо того, чтобы протянуть свою руку в ответ, я прижала её к груди, словно опасалась его. Только вот страшилась я не его, а своих чувств к нему.
Чем больше узнавала его, тем сильнее понимала, что я должна отпустить… и чувства… и принца. Я — не тот “особенный” человек, который ему нужен, не истинная.
И сейчас я… не могла… не готова была сказать этих слов, что разрывали мою душу. Я совершенно не была готова к этому непростому разговору, что поставил бы всё на свои места!
— Простите, Ваше Высочество, но мы с братом очень заняты. — Я отвернулась от него. Глубокий вдох помог немного прийти в себя, но не смог усмирить слегка подрагивающие руки. Я попыталась незаметно пихнуть с интересом смотрящего на нас Иана, потому что не могла найти нужных слов. — Торопимся…
— А… Мы спешим… к целителю. — Понятливо подхватил брат, вскакивая на ноги и за руку поднимая и меня. Всё-таки даже спустя столько лет, мы не потеряли той связи, что была у нас детстве.
— Принцессе нехорошо? — Обеспокоенность и тревожность отразились на лице Эрика. Мне стало сразу немного совестно.
Я повторно пихнула брата.
— Нет. Конечно нет! Это… — Иоганн подхватил спокойно сидящего Эйни, прижимая к груди. — Волчонку плохо. Съел вчера что-то не то и его тошнит.
— “Ррр, Эй! Почему вы вечно меня используете, как оправдание?” — Разозлился малыш, пытаясь укусить посильнее брата за руку, но тот, как ни в чём не бывало, крепко удерживал фамильяра.
— Я могу пойти с вами. — Нашелся принц.
— Нет! — Категорично заявил брат, беря меня под локоть и уводя за собой. — Эйни очеееень стеснительный! — Иан сказал это таким тоном, что сомнений быть не могло. Он словно ставил точку в разговоре, взглядом говоря “она не хочет тебя видеть”.
Я нервно прикусила губу. Эрик больше ничего не сказал, и я, держа брата за локоть, поспешила спастись от нежелательного разговора.
— “Ррр, а ведь он приходил вчера несколько раз. — Печально выдохнул фамильяр, перестав сопротивляться в руках брата. — А потом до утра прождал тебя под дверью”.
Умеет Эйни вовремя вставить свои замечания!
Я засомневалась и обернулась. Эрик всё ещё стоял на том же месте. Он смотрел не на нас, а куда-то в сторону, словно был заперт в плену собственных мыслей. Его взгляд отражал тревогу и сомнения. Он морщил лоб, словно думал о чём-то, что беспокоило его или тяготило душу.
Его облик мне показался таким одиноким и уязвимым в этот момент. Наша королевство тяготит его…
А значит, я приняла верное решение и не стоит удерживать его здесь.
* * *
Иан ничего не спрашивал об Эрике и наших с ним отношениях. Просто ждал, когда я сама буду готова ему всё рассказать.
— Энни, что бы ни случилось и что бы ты не решила, я всегда буду на твоей стороне. — Он крепко обнял, словно чувствовал, какие эмоции меня охватывали.
— “Ррр… — Эйни с грустью смотрел на меня — Главное, что бы ты сама потом не пожалела о своём решении”.
День в компании брата и фамильяра прошёл слишком быстро. Я очень скучала по проведенному с Ианом времени. Однако мысли об Эрике не желали покидать мою голову. Я всё прокручивала в голове слова, что скажу ему при следующей нашей встрече.
— Прости, мне нужно проследить за приготовлениями к балу. — Вечером оставил меня брат.
Я же решила прогуляться по заснеженному саду академии, чтобы освежить голову и хорошенько всё обдумать.
Нашла безлюдное местечко и присела на скамейку. Взяв фамильяра к себе на колени, я наклонилась к нему.
— Эйни, расскажи мне больше о моём проклятии. Ты ведь был тогда духом, а значит видел многое. — Решила уточнить я. Подумала, что может это как-то мне поможет.
Он нехотя начал рассказывать:
— “Ррр, она поставила метку проклятия в день твоего рождения. Условием снятия проклятия стало пробуждение дара, срок — тот же, что и сейчас. — Почему же она выбрала именно этот день и ждала столько лет? Неужели Эйнар был прав, когда сказал, что она окончательно овладеет этой силой после Новогодья? — У тебя были магические выбросы, но дар продолжал спать. Лишь, когда она изменила условие на смерть принца, твой дар, наконец, начал медленно пробуждаться”.
— Значит, можно изменить условие? — Зацепилась я за его слова.
— “Ррр, изменить условие можно лишь с помощью тёмной магии и жертвы. — Спустил он меня с небес на землю. — В качестве жертвы подойдет лишь чужая жизнь”.
Я в ужасе сжала правую руку с меткой проклятия. Мне стало тошно.
— “Ррр, вот поэтому я и не говорил”.
— Но… Тогда не может же быть так, чтобы передача проклятия была без последствий? Я всё думаю о строчках из гримуара. И мне кажется, что ярких положительных эмоций мало и должно быть что-то ещё. Какой-то подвох. Но я не понимаю какой. — Поделилась я своими мыслями с притихшим Эйни.
Волчонок повесил голову.
— “Ррр, это потому что ты думала передать проклятие принцу тебе одолевают подобные мысли?”
Я промолчала, поглаживая его. Но ему и не нужны были слова подтверждения.
— “Да, ты права. Ррр… Есть и другие условия, о которых там не было сказано. — Всё же не стал скрывать фамильяр. — Проклятье очень прожорливо. Оно мгновенно может убить того, кому ты передашь его. Ты или дракон сможете какое-то время пережить его, потому что ваша магия вступит в борьбу с проклятием, но рано или поздно даже магия отступит. И проклятье будет опустошать жизненные силы человека, убивая гораздо быстрее”.
И здесь не всё так просто! Мне казалось, что времени почти не осталось. Я должна была срочно найти хоть что-то, чтобы противостоять королеве. Но в голове был лишь один способ.
— Скажи мне правду, Эйни. — Я пристально изучала глаза малыша. — Если пожертвовать собой, то можно забрать душу тёмного мага с собой?
Эйни прикрыл мордочку лапками.
— “Ррр, и не смей думать о таком!”
— Значит, это правда… и ты об этом знал…
Записи в тех свитках были правдивы…
Я достала из карманов платья кинжал. Чтобы прекратить ужасы, творимые матерью, мне нужно лишь пожертвовать своей жизнью. Не такая уж и большая цена взамен тому, скольких людей в жертву принесла она ради своей силы.
И сделать я это должна успеть сразу после бала. Иначе может случится
