— Никогда не слышала о такой болезни.
— Мне говорили, что его мать обманывала отца и никто не мог сказать наверняка, законный ли он ребенок. Сознание этого разъедало его душу. На его месте у меня хватило бы сил преодолеть это, но он был слаб. Не можете представить, сколько тысяч он потратил — в основном на взятки, — чтобы добиться разводов. Все эти лорды посмеивались над ним у него за спиной, набивая карманы его же золотом. Теперь вы видели Уильяма. Я хорошо отношусь к Либби, но ее сын — жалкий тип. Из него выйдет отвратительный граф Ланкастер и хозяин Пендрагона.
— Да, я видела Уильяма. И с изумлением увидела сразу двух жен, живущих под одной крышей.
— Почему нет? Старый негодяй оставил нас с детьми и почти без денег. Он был вне себя от злости, когда его младший брат Эдвард приютил меня и Томаса. Либби, естественно, тоже явилась сюда, когда муж выкинул ее на улицу вместе с Уильямом.
— А теперь у Либби начнется роман с лордом Киппером?
— Либби — единственная женщина в этих местах, которая не была любовницей Найлза, — улыбнулась Мэдлин. — Мне так кажется. Хотя с Найлзом ни в чем нельзя быть уверенной. Правда, восхитительный мужчина? Вам, разумеется, хотелось бы взять его в любовники, но вы не глупы. Подождете, пока не подарите моему сыну наследника.
Мегги сокрушенно покачала головой:
— Мэм, как и вы, я предпочту верность своему мужу. Что же до лорда Киппера, так он старше моего отца. Возможно, я свяжу ему пару носков на Рождество, но ничего более.
— Ха! — хмыкнула Мэдлин. — Вы молоды и, хотя многое видели, мало что понимаете в жизни.
— Все это более чем странно, мэм.
— Занимайтесь своими делами и прекратите думать об этом. Почему вы так интересуетесь Либби и Найлзом? Наверняка хотите заполучить лорда Киппера.
— Еще несколько лет, и я стану звать его дедушкой.
— С чего бы это? Он великолепный мужчина.
— Да, ничего не скажешь, красив. В этом вы правы. И все же мне милее ваш сын.
— Ах, уходите же! И прогоните всех женщин обратно в деревню. Я желаю, чтобы вы как можно скорее забеременели. Займитесь лучше этим, может, тогда вам будет так плохо, что оставите пыль в покое!
Мегги величественно поднялась и расправила юбки.
— Знаете, мэм, нам с Томасом хотелось бы иметь ребенка.
Но так ли это? Что думает Томас? Они еще не говорили о детях.
— С вас станется не пустить его в свою постель!
У Мегги снова заболела голова. Выйдя из комнаты, она постояла несколько минут, прислонясь к стене. Угол картины врезался в плечо, и она чуть отодвинулась и закрыла глаза.
Сколько времени она замужем? Четыре дня? И уже ходит с шишкой на голове. Неужели супружеская жизнь должна начинаться подобным образом?
Она вспомнила рассказы об испытаниях, которым подверглась тетя Синджен, когда впервые приехала в замок Вир вместе с дядей Колином. Ах, эти приключения казались столь романтичными, и Мегги буквально впитывала каждое слово, днями и ночами мечтая о чем-то подобном. Какой же она была дурой! Во всем этом нет ничего романтичного. Сейчас ею владел только страх. Боязнь каждого звука и каждой тени.
Глава 26
Мегги спустилась вниз, в контору, маленькую комнату в глубине дома, выходившую в небольшой, сильно запущенный сад, при виде которого Мэри Роуз хватил бы удар. Но сейчас Мегги нужно было отыскать управителя. Еще столько всего предстоит сделать!
Пэдди вошел как раз в ту минуту, как Мегги сдалась и собралась уходить. Ниже ее ростом, круглый, как пушечное ядро, с гривой непокорных огненных волос и синими-синими глазами, он представлял собой довольно забавное зрелище. Мегги была с первого взгляда покорена его белозубой искренней улыбкой.
— Миледи! — приветствовал он, кланяясь. — Наконец-то я вас увидел. Какое удовольствие! Дочь викария, племянница герцога…
— Он граф. Как Томас.
— Да, племянница графа… ах, его сиятельство… как приятно звучит, не правда ли? Он достоин титула и денег. Хороший человек, Томас Малком, хотя еще молод, чтобы обладать такой властью.
— Да, — согласилась Мегги. — Он хороший человек. И не думаю, что возраст тут имеет какое-то значение.
— Я рад, что вы поженились. Кстати, мы с его сиятельством должны сейчас встретиться здесь. Нужно обсудить, что ремонтировать в первую очередь.
— Я хочу, чтобы старую люстру сняли, вычистили и снова повесили, предварительно хорошенько проверив веревки, чтобы она не грохнулась вниз и не разбила кому-то голову. Кроме того, нужно заменить кое-какие ступеньки. Да, и мне нужны садовники, не такие, которые видят сорняк и проходят мимо, а люди, которые умеют ухаживать за садом и газонами.
— Знаете, сам я всегда обхожу то место, над которым висит люстра, — сообщил Пэдди, покачивая головой. — Все будет сделано, миледи, не волнуйтесь. Насчет садовников… у меня есть на примете лучший в округе. Миссис Блэк просто поет от счастья, когда говорит о женщинах, которых вы позвали убирать в замке. А, вот и его сиятельство.
— Пэдди, я должен поговорить с ее сиятельством с глазу на глаз. Пожалуйста, возвращайтесь через полчаса.
Ева дверь за управляющим закрылась, Томас без обиняков заявил:
— Моя мать поймала меня в коридоре, прямо под портретом двоюродного прапрадеда Мортимера, уехавшего в Уэльс сразу после того, как его старший брат получил титул. Бедняга так злился и нервничал, что самолично спустился в угольную шахту. Произошел обвал, и он погиб.
— Она твоя мать и, думаю, имеет право ловить тебя там, где захочет.
— Так и было. Она желала знать, достаточно ли я стараюсь, чтобы наградить тебя ребенком.
Мегги ответила нечестивейшей улыбкой. Ни одной дочери викария не следовало бы так улыбаться!
— И что, Томас? Ты достаточно стараешься?
— Черт возьми, — пробормотал он, хватая ее и припадая к губам. Мегги моментально потеряла голову и, застонав, принялась расстегивать пуговицы на его брюках, но он отстранился. Она закрыла глаза. Томас прислонился к ее лбу своим, тяжело дыша, пытаясь взять себя в руки.
— О Боже, — прошептал он, наклонился, чтобы поцеловать ее, выругался и отступил на четыре шага.
— Почему же ты отпустил Пэдди, если не намеревался поцеловать меня? Ждешь, пока я наброшусь на тебя и повалю на пол?
Томас расхохотался.
— Я отпустил Пэдди, поскольку хотел узнать, что ты наговорила матери. Она так взбесилась, что даже глаза налились кровью.
— Значит, она сердита?
— Еще бы! У тебя очень довольная физиономия.
Мегги немного смутилась.
— Не тревожься ни о чем, Томас. Мы научимся ладить друг с другом. Кстати, она не объяснила, из-за чего злится?
