появляется заинтересованность. Лена, ты уверена, что желаешь говорить со мной именно об этом? — решил я перевести разговор в иное русло.
Ну вот никогда не понимал всех этих кухонных разговоров. Можешь что-то делать, делай, а переливать из пустого в порожнее бесполезное занятие. К тому же мы не так часто встречались. Елена Митрофановна не могла себе позволить надолго оставаться боярыней Тульевой, ибо в столице нужна княжна Голицына. И она это прекрасно поняла, вновь потянувшись ко мне губами…
Глава 23
В дом посторонним ходу не было. Нечего им тут делать, пока в подвале обитает Терпень, а то мало ли чего они приметят. Как я ни стараюсь, а от характерного запаха зверя, отходов его жизнедеятельности, овечьей крови и потрохов не избавиться. Потом-то, когда его отсюда удалим, оно понятно. Но сейчас без вариантов.
Я спустился по ступеням и посмотрел в глаза лобастого волколака, устремившего на меня преданный взгляд. Странное дело. С одной стороны, вроде как зверь, но человеческие глаза и остатки разума. Впрочем, хорошо понимает он только меня, Хруста уже значительно хуже и именно, что на уровне животного. С другой стороны, вполне возможно, что мозги у него со временем протекут окончательно, и он превратится не совсем в обычного, но волка, остающегося преданным своему хозяину, как те же собаки.
— Ну что, дружище, созрел, — погладив его по гладкой серой шерсти, вздохнул я. — Значит, пора нам выдвигаться в путь. Хруст.
— Здесь я, Пётр Анисимович.
— Покормил уже?
— А как же. Овцу задрал, как положено.
— Вот и ладно. Ещё до рассвета выдвигаемся к Чёртову камню, оно чуть дальше, чем у Глуховки, зато место безлюдное.
— Так туда же хаживают местные парубки, — усомнился Клим.
— Это ничего. Они туда только в полнолуние бегают достоинством меряться, а луна взойдёт в зенит уже сегодня, так что никого там не будет. Собирайся в путь.
— Слушаюсь.
Я вышел на крыльцо и, прищурившись, глянул на солнце, заливающее округу своими лучами. Вот только тепла от этого, считай, никакого, всё же середина января на дворе. Впрочем, нет ветра уже хорошо, правда к утру совсем кисло будет. От одной только мысли о скачке в седле по спине пробежал холодный озноб. Намёрзнусь ведь.
Сбежал по ступеням и направился к будущим цехам. За прошедшие два дня Тихон успел не так чтобы и мало. Начал он с кузницы, потому что тут со строительными магазинами как-то не особо, и даже если понадобится гвоздь, нужно его либо выковать, либо заказать у стороннего кузнеца.
Железо слишком дорогое, а потому впрок ладить их не принято. Ну, мало ли какие размеры понадобятся, не станешь же держать под рукой широкий ассортимент, да ещё и в большом количестве. Эдак выкуешь пару-тройку пудов гвоздей, а они после год пролежат никому не нужные. Так что кузнецы работают сугубо под заказ.
До прибытия оборудования и инструмента я успел подготовить только горн с вытяжкой, остальное предстояло ладить будущему начальнику каретного двора. И с учётом того, сколько всего задумано, управился Тихон довольно быстро. Тут ведь и ленточные приводы, и пара механических молотов, большой и малый, и свой сверлильный станок, и механическая пила по металлу, и точило, и небольшой протяжный стан для проволоки. Да много чего, это уже и не кузня, а целый горячий цех.
Из открытых настежь ворот доносился перестук молотков и перезвон металла. Тихон разрывается, кого-то уму-разуму учит. Может, и кузнеца, тот мало что из подмастерьев и ещё не оперился, так ещё и многое из того, с чем ему предстоит работать, прежде в глаза не видел.
— Тихон, — встав в воротах, позвал я.
На улице, по ощущениям, градусов пятнадцать мороза, но в кузнице не смотри, что помещение просторное. С высокими потолками вполне себе тепло. Настолько, что ворота предпочитают держать открытыми, чтобы не заболеть к нехорошей маме. Вот так взопреешь, а после на улицу высунешься, и здравствуй, попа, Новый год.
К слову, парочку ретивых парнишек мне уже пришлось подлечивать посредством «Лекаря». Оно бы положить их в постель, чтобы помаялись да ума набрались, но некогда, потому что им учиться ремеслу нужно. Вот и задействовал дар.
— Здравия тебе, Пётр Анисимович, — подойдя, поздоровался Тихон.
— Как тут у тебя?
— Да как и думал, намаюсь я с ними.
— Ну, так-то уж сильно на мальцов не наговаривай. За два дня кузницу на ход поставить, это уметь надо.
— А чего мне это стоило? — вздохнул Тихон.
— Ну, я тебе обещал интересную работу и хороший заработок, о том, что будет легко, и слова не проронил, — подмигнул ему я.
— Это точно, не говорил, — вздохнул тот.
— Я должен уехать на несколько дней. Вот прямо завтра поутру вместе с Климом и выезжаю. Ты сторожей-то нашёл на подворье?
— Сыскал, — кивнув, подтвердил он.
— Без меня управишься? Вопросов нет?
— Да пока всё ясно, а как непонятно что будет, так отставлю в сторону и за другое возьмусь, благо дел тут непочатый край.
— Вот и договорились…
Задолго до рассвета Хруст вывел Терпеня через калитку на заднем дворе, и тот порысил в сторону опушки леса. Я велел ему дожидаться нас у дороги, а после следовать параллельным курсом, но не приближаясь. Так оно и другим на глаза не попадётся, и лошадей под нами не испугает, они ведь не боевые, которых специально для драки обучают. Вот тем на волка, хоть и переростка, как-то наплевать, сами на него кинутся. Но чего нет, того нет.
Сам я спустился в подвал и, задействовав по очереди технику воды, воздуха и земли, прибрался за «питомцем». Сначала прошёлся по стенам, черпая воду с содой из принесённых бадей, потом перелопатил земляной пол так, что старый слой ушёл на глубину в пару аршин, а сверху оказался чистый. Утрамбовал всё и наконец проветрил подвал. Просторное, сухое и чистое помещение.
Хорошая всё же штука эта Сила. Вот только чтобы провернуть это, мне пришлось израсходовать почти весь запас в трофейном четырёхкаратнике. Будь я рангом повыше, тогда мне была бы по плечу более совершенная техника. Оно вроде бы для активации плетений нужно больше энергии, зато на круг расход выходит куда скромнее, и по итогу у шестого ранга экономия выходит вдвое против четвёртого. Ну да ничего, за тем и отправляемся…
На то, чтобы
