Мой монолог произвёл определённое впечатление, но не на всех. Впрочем, возразить мне было нечего. В конце концов, собравшиеся здесь не зря назывались злодеями, и подобная философия была им понятна.
— Итак. — Ещё раз осмотрел всех Выверт. — Мы договорились? Нельзя позволить АПП продолжать свою деятельность. — Большинство собравшихся выразили одобрение этой идее кивками или согласным гулом. — Тогда я предлагаю объявить перемирие. Не только со всеми здесь присутствующими, но и между нами и законом. Я могу связаться с властями и сообщить им, что до тех пор, пока вопрос с АПП не решён, наши группы ограничат противозаконную деятельность до минимально необходимого для нашего бизнеса уровня, и мы проследим, чтобы то же самое сделали те, кто занимается своими делами на наших территориях. Это позволит полиции и военным сконцентрировать всё своё внимание на АПП. Не должно быть ни насилия, ни стычек между нашими группами из-за территории, воровства или оскорблений. Ради победы мы объединимся с теми, кого можем как-то терпеть, и будем игнорировать тех, с кем не можем сотрудничать.
— Думаю, это приемлемо. — Согласился Кайзер.
— Наша команда не станет под этим подписываться. — Возразила Трещина. — Сами мы ничем таким и не занимаемся, но если нам заплатят, мы сделаем что угодно. Мы даже можем начать работать на Лунга, если посчитаем плату приемлемой.
— Ну что ж, прискорбно. Но мы с вами можем поговорить после того, как эта встреча закончится. Я предпочитаю не создавать сложностей. — Сказал Выверт.
— Я говорил со своей группой о том, что мы поступим примерно в том же духе, как предложил Выверт. — Добавил Мрак. — Да, мы согласны.
— Чёрный Плащ? — Обратился ко мне Выверт, убедившись, что я не тороплюсь соглашаться.
— Забавно, что вы пришли к такому соглашению самостоятельно. — Насмешливо ответил я. — Думаю, мне стоит пояснить свою позицию, в том числе относительно ваших претензий ко мне.
Я обвёл взглядом каждого из лидеров и даже повернулся, чтобы посмотреть на столик Барыг.
— С момента, как я появился в Броктон-Бее, этот город принадлежит мне. — Со стороны Кайзера послышалось обиженное сопение. — Мне нет дела до ваших дел, пока вы соблюдаете мои законы. Вы все о них прекрасно знаете: не продавать наркотики, никакого насилия, воровства, грабежей, вымогательства, рейдерских захватов имущества и мошенничества. Пока вы соблюдаете мои законы, вы в безопасности. Если же вы решите нарушить их, то я приду и уничтожу вас, не считаясь с последствиями.
Кайзер попытался что-то сказать, но я остановил его, подняв руку.
— Те зачистки, что я провожу по ночам — это всего лишь предупреждение. Когда я вырезал сотню барыг, это тоже была лишь показательная казнь. Этот город не видел ещё моего гнева. Не видел, на что я способен, если буду действовать в полную силу. И поэтому, чтобы не быть голословным, я предлагаю небольшой договор. Вы на постоянной основе прекращаете все виды преступной деятельности, а я к завтрашнему утру решу проблему с АПП, Лунгом, Бакудой и их прихвостнями.
В зале повисла тягучая тишина. Никто не рисковал нарушить её, потому что не был готов ни согласиться с моим предложением, ни отвергнуть его.
— Ты предлагаешь мне свернуть весь мой бизнес? — Наконец почти прорычал Кайзер.
— Бизнес? Нет, чистый бизнес ты можешь оставить себе. А вот с криминалом придётся расстаться. Ты же пропагандируешь превосходство белой расы. — Начал я ответный наезд. — И где оно, это превосходство? Твоя сила держится на наркотиках, вымогательствах и воровстве. По сути, ты ничем не лучше Барыг. Ничем не лучше этих грязных нигеров. Ты делаешь ровно то же, что и они. Хочешь показать превосходство белого человека? Тогда займись настоящим бизнесом, наладь производство, подними науку, поддержи культуру. И если ты добьёшься этого, имея в составе своей организации только истинных арийцев, то я первым приду и поздравлю тебя с успехом. А сейчас я вижу только кучку бледнолицых выродков, которых от негров отличает только меньший размер члена и светлый цвет кожи.
Кайзер встал, и его стул отлетел назад, упав на пол. Он сжимал и разжимал кулаки, гневно сопя и силясь хоть что-то сказать в ответ.
— Ещё раз повторю. Моё предложение — это не фарс, и не игра. Я мог бы убить вас всех за долю секунды. Но это неспортивно. Я не получу от этого никакой выгоды. Никакого морального удовлетворения. Мои законы — это всего лишь плата обществу за то, что оно позволяет мне утолить жажду крови. Я мог бы убивать всех подряд, но предпочитаю делать так, чтобы мои действия приносили пользу не только мне, но и окружающим. Вы можете соглашаться со мной, можете не соглашаться — это ваш выбор. Я лишь объясняю свою позицию, а вам остаётся принять собственное решение и столкнуться с прогнозируемыми последствиями. Мне тоже не нужен хаос в городе. Он мешает бизнесу.
Кайзер постоял ещё несколько секунд, потом пододвинул стоящий рядом стул и уселся на него, не говоря ни слова. Из-за барной стойки вышла девушка, которая подняла упавший стул и поставила его рядом с соседним столом.
— Мы поняли твою позицию и обещаем подумать над ней. — Сообщил мне Выверт.
— Для начала этого хватит. — Согласился я.
— Итак, мы закончили с основной темой нашего собрания. — Обратился ко всем Выверт. — Прежде чем наши пути разойдутся, есть ли ещё какие-то вопросы? Предложения, объявления, жалобы?
— У меня есть предъява. — Раздался грубый голос со стороны группы Кайзера.
Обнажённая по пояс фигура поднялась из-за стола и подошла к нам. Это был Крюковолк. На нём была плоская металлическая маска с «волчьими» ушами. Из одежды присутствовали только чёрные широкие джинсы. А всю верхнюю половину тела усеивали металлические шипы и крючья, растущие прямо из кожи. Он уставился на стол, за которым сидела команда Неформалов.
— Вон та чувырла, Адская Гончая, эта сука напала на моё предприятие. Натравила свою чёртову собаку на моих клиентов. Тебе повезло, что меня там не было, шлюха.
Мрак пристально посмотрел на Суку, потом ответил Крюковолку:
— Это риск, с которым приходится считаться, занимаясь бизнесом в Броктон Бей. На твоём пути могут встать кейпы, не важно, герои они или злодеи.
Крюковолк обжёг его взглядом:
— Это вопрос уважения. Мы не воюем, но вы хотите похерить мой бизнес? Сначала сообщите, в чём ваша проблема. Позвольте мне самому решить, хочу ли я переместить свой бизнес.
— А что за бизнес? — Поинтересовался я.
— …Собачьи бои. — Ответил Крюковолк немного посомневавшись.
— Хм… и ты хочешь предъявить подобную претензию Суке? — Удивился я.
— А в чём проблема? — Крюковолк насупился и с вызовом посмотрел на меня.
— Как бы это тебе сказать… — Протянул я. — Все собравшиеся здесь являются масками. А каждая маска — это псих, имеющий то или иное отклонение в своём поведении. Вот ты, к примеру, любишь насилие. А Сука любит собак. Это отклонение определяет наше поведение, делает нас способным использовать силу. И когда к любой маске приходят, и говорят о том, что она должна действовать наперекор своему сдвигу в мозгах, та впадает в ярость и начинает крушить всё вокруг. Для Суки такой раздражитель — это когда кто-то делает больно собакам. Для тебя — это если кто-то скажет, что ты должен полюбить всех негров на планете. А вот если взять меня, то если бы ты устраивал бои до смерти не собак, а кавайных котиков, я убил бы тебя прямо здесь и сейчас, невзирая ни на какие соглашения и перемирия. Как сказала в своё время вон та особа в чёрном прикиде, когда ей приказали остановиться, — я кивнул на Королеву Зергов, — «Я не могу. Это сильнее меня». Так что если ты устраиваешь собачьи бои, то тебе сразу стоит заложить в расходы вероятность того, что на следующий день к тебе заявится псих вроде Суки и начнёт крушить всё вокруг ради достижения согласия с собственной шизой. Это понятно, или Суке стоит начать пропагандировать секс с неграми под окнами твоей квартиры?
По залу разнеслись сдерживаемые смешки. Крюковолк посопел, как Кайзер несколько минут назад, потом уставился на Суку и заявил.
