честь мундира, э-э... вернее рясы.— Рад что вы присоединились к нам, старший клирик Санс, — улыбнулся я. — Но не сочтите за дерзость, в чем причина вашего решения?— А чему вы удивляетесь? — спросил старик.— Насколько я знаю, вы зоветесь отшельниками не просто так. Вы живете уединенно и обособленно на самом окраине Великого материка. Вы никогда не вмешиваетесь ни в какие распри и войны.— Войны и распри не вмешиваемся, — ответил клирик. — Но если опасность грозит целому миру, мы первые, кто встанет на защиту божьих помыслов. Все мы люди и нам нечего делить. Но грядет более страшное зло. Мервины — не люди, это посланники преисподней. Они призваны покарать людей за их грехи. Если мы их остановим, боги простят человеческий род.— А если не остановим?— Тогда прощать будет некого…***Разведчики донесли, что войско мервинов уже совсем близко. Комтур собрал военный совет. На нем присутствовали я, Каллин, Тион, старший клирик, командующий войсками Таниса, и другие командира разного ранга.— Сколько мы сможем продержаться, — обратился комтур к городскому казначею, — если город возьмут в кольцо?Толстый лысеющий казначей прокашлялся и ответил:— Запасов еды хватит на месяц, если экономить, то на два… Если с нашей стороны будет много убитых, то еще протянем еще дольше.— Да-а, — комтур задумчиво почесал гладко выбритую щеку. — Если мервины разобьют лагерь под стенами Кирона и не будут штурмовать город, они спокойно могут дождаться пока мы умрем от голода.— Что вы предлагаете? — спросил я.— Я предлагаю напасть первыми.— Что? — возмутился Тион. — Вы предлагаете уйти из-под защиты стен?— Мы ударим неожиданно и быстро, — продолжал комтур. — Наша конница сомнет врага, а лучники ее прикроют. Затем в бой вступит пехота. Если ударим слаженно, то победа будет за нами.Я встал:— Вы были бы правы, комтур, если бы мы сражались с людьми. Но мервины — не люди. Наша конница их не сомнет — ударом кулака мервин может повалить лошадь. Наши стрелы причинят лишь царапины, а наша пехота не сможет пробить их доспехи. Разведчики сказали, что кожаные одежды, враг сменил на железные латы.— Я настаиваю на своем плане, — зыркнул на меня комтур. — Если останемся в городе рискуем погибнуть от голода.— Вы не видели мервинов, — процедил я, — а мне довелось с ними сражаться. Вы не знаете с кем имеете дело. При всем уважении комтур, ваше решение отклоняется.— Я не спрашиваю вашего мнения, — повысил голос Элеот. — Решением Военного совета я назначен здесь главным. Я могу самолично принимать любые решения.— Ну тогда, — тихо проговорил я. — Нам придется вас убить.— Что?!— Я не позволю погубить город…***
Уже был поздний вечер когда в дверь моей комнаты кто-то постучал.— Господин командующий, — в комнату вошел Элл, на его лице читалось беспокойство.— Сколько раз тебе говорил, — проворчал я, — для тебя я просто Ловчий, господином командующим будешь называть меня в присутствии народа и солдат, а сейчас мы одни.— Да, Ловчий, я понял…— Что случилось?— По твоему поручению я обследовал туннель городских сточных вод, что проходи под крепостной стеной, и кое-что обнаружил.— Говори!— Это надо тебе самому увидеть…Я пристегнул к поясу меч и вышел вслед Эллом. Мы направились к подземным коммуникациям города, что отводили дождевую воду с улиц и площадей. Узкий туннель находился на окраине в безлюдном месте и никем не охранялся. Он был наглухо запечатан толстенной решеткой со стороны города. Это стратегически слабое место в обороне — через него может пройти враг, во время битвы я планировал выставить туда расчет копейщиков для охраны. А вообще, лучше бы его замуровать, но сейчас на это нет времени. Да и решетка вроде надежная, прутья с руку толщиной.Я подошел к ржавой решетке и внимательно ее осмотрел. Вроде ничего подозрительного.— Что не так? — спросил я парня.— Низ решетки подпилен, — заявил он. Я закатал рукав и запустил руку в серую жижу. Сейчас русло туннеля почти пересохло, но во время дождей вода поднималась почти на половину его высоты.Мои пальцы нащупали повреждения прутьев, кто-то ослабил решетку подпилив ее. Черт! В городе есть предатель или предатели! Твою мать! Они готовятся принять врага через городской водосток. Какой нормальный человек готов впустить в родной город выродков-людоедов?— Как ты это обнаружил? — я с удивлением уставился на Элла.— Слишком много следов было вокруг этого места, — ответил он. — Будто кто-то долго здесь возился, но при этом внешне с решеткой все нормально. Пришлось прощупать ее снизу.— Молодец! — похлопал я парня по плечу. — Считай сегодня ты спас город от захвата.— Прикажешь замуровать ход?— Ты об этом кому-нибудь говорил?— Нет, только тебе…— И не говори, никто не должен об этом знать. Есть у меня одна интересная мыслишка…— Мы поймаем предателя?— Не совсем, но обернем его усилия против тех, ради кого он старался…Неожиданно, где-то вдалеке, со стороны городских ворот, раздались крики. Вечернюю тишину разорвали удары городского колокола, он звонил так, будто настал конец света. Мы вскочили на коней и поскакали на шум. Вот и городские ворота. Стражники на стене бегали и орали:— Мервины! Они пришли!
Глава 25
Утренняя дымка стелилась по долине, когда из тумана вышли полчища демонов. Громыхая железом, закованные в тяжелую броню с шипами на плечах, они затмили горизонт. К городу приближались мервины. Они пришли еще вчера вечером, но нападать не стали. Подарили городу бессонную ночь страха в ожидании собственной смерти.
— Идут, идут! — кричали стеновые стражники и махали сигнальными флагами. Затрубили горны, гул барабанов раскатился по долине. Кирон вмиг опустел, горожане поспешили укрыться в своих домах, наглухо заперев двери и ставни на окнах. Так было им спокойней, но все понимали, что если враг возьмет Кирон, хлипкие ставенки не спасут. А может, вообще станут ловушкой, когда враг сожжет город.
Утреннее солнце, будто испугавшись, спряталось за тяжелыми тучами. Грифы кружили над землей в предвкушении мертвечины. Они чуяли смерть, чуяли приближение великого пиршества.
Я взобрался на главный бастион крепостной стены над центральными воротами и осмотрелся. Горизонт затянула чернота из многочисленных отрядов варваров. Они шли сомкнув ряды, сжимая огромные мечи и копья. Лишь их командиры восседали верхом на огромных лошадях-тяжеловозах. Простая бы лошадь не выдержала таких громадин.
Словно нечистоты мервины темно-серых тусклых доспехах растекались по зеленому океану
