Когда Найл понял, что только на перемещение к участку Лазуна планируется потратить три дня он вмешался и предложил свое решение:
— Оживляем два дорожных купола впереди, после чего ставим колодец на участке Бегунка и идем дальше. Завтра к вечеру будем у цели.
План Посланника показался непривычным, но куда более разумным. После часового обсуждения за основу приняли именно его.
Немедленно болотные жители потянулись к колодцу, а от него — в толщу воды, к первому из дорожных куполов. Тот быстро наполнился свежим воздухом, и трое из пауков остались в нем, чтобы носить воздух дальше. Остальные продолжали подносить «дыхание» от колодца в первый купол.
Столб света тем временем уже рассеялся среди вод. Над водами наступала ночь и Найл, как бы любопытно ему ни было, отправился спать. Горящие от нетерпения болотные жители подняли Посланника ни свет, ни заря и тут же понесли вперед.
Уже привычный к таким прогулкам, он держался за брюшко одного из восьмилапых, зарывшись носом в полную воздуха шерсть, и отрывался от него только на короткие остановки в дорожных куполах.
На участке Бегунка устоял только один шатер. За ночь в него успели наносить воздуха, и Найл, вместе с двумя сопровождающими его пауками, получил передышку на пару минут. Потом он попросил одного из болотных жителей подняться с ним вместе, чтобы не тратить время на ныряние к куполу ради каждого вдоха, и с обнаженным клинком устремился к «крыше».
Работа становилась уже привычной — удар, резкий выворачивающий проворот для увеличения диаметра отверстия, рыхлая масса выбрасывается вниз, еще один удар, еще, глубокий вдох из шкуры помощника, после чего следует несколько сильных тычков вверх, сильный удал головой — и вдох полной грудью уже на поверхности. Найл выкатился на поверхность и принялся яростно рубить края лаза, увеличивая его диаметр и делая проходимым для пауков.
Спустя полчаса он мог уже спокойно греться на солнышке, наблюдая, как его помощники укрепляют края. Завершающая чистка — и все. Пауки снова приступают к замене воздуха в следующих дорожных куполах. Когда дорога бала готова, один из водяных пауков специально поднялся к Найлу и пригласил воспользоваться своим брюхом и шерстью для дальнейшего путешествия. Местные обитатели уже начали верить в полезность нового знакомого.
На участке Лазуна правитель занял свою полку в одном из домашних куполов — их уцелело только два из четырех — и стал наблюдать за манипуляциями пауков.
А те, наносив воздух в дальний дорожный купол и заставив его всплыть, подтянули купол на участок, после чего подняли каждый из трех камней-якорей и прикрепили к ним сразу по несколько маленьких куполов, напоминающих транспортные.
Между нитями, подклеенными к разным камням, натянули поперечные, соединяющие. Потом между ними принялись торопливо вышивать ловчую сеть. Работали все, и строительство продвигалось с невероятной быстротой. Между доставкой купола и возведением ловушки из трех расположенных треугольником кружев прошло не больше одного часа.
Затем пауки попрятались в два домашних шатра, а один нырнул в центр треугольника и принялся рвать там на части крупного аргуса. Кто и когда успел сплавать на охоту — Найл не заметил.
Ошметки рыбьего мяса разлетались белым облаком и медленно тонули, розоватое пятно крови наоборот, поднималось вверх. Пауки замерли, прислушиваясь к окружающему миру.
Спустя несколько минут паучок скользнул вверх, к колодцу, а его место между сетями занял другой. Время тянулось в томительном ожидании, но хищницы никак не проявлялись. В подводном шатре дышать становилось все тяжелее и тяжелее.
Наконец восьмилапые сдались и устроили быструю серебряную вереницу между куполами и колодцем.
Опять, незаметно для Найла, кто-то успел отловить толстобокую скумбрию. Теперь это несчастное создание так же оказалось принесено в жертву в треугольнике между сетями. Пауки сменяли друг друга, то неожиданно, все вместе, занимаясь сменой воздуха, то выставляли по одному своих представителей в качестве приманки в самом центре ловушки. Дело затягивалось.
Найл забеспокоился, опасаясь, что его заподозрят в обмане, но болотные жители, с чисто паучьим терпением, продолжали свою тихую охоту.
Найлу стало интересно — испытывают ли восьмилапые азарт? Ведь то, что происходило на его глазах больше всего напоминало русскую рулетку, когда в револьверный барабан закладывается один патрон, барабан прокручивается, после чего оружие приставляется к виску и человек нажимает на курок. Чем хуже подобная охота, когда каждый из пауков по очереди занимает место приманки и поджидает безжалостных убийц?
— Идут!
Посланник Богини так и не успел прощупать сознание «жертвы», когда темную толщу вдруг прорезало несколько стремительных силуэтов.
Паучок в центре ловушки торопливо отплыл из центра и занял место на краю ловчей паутины.
Хищницы стремглав промчались снизу, под ловушкой, подхватывая раскрытыми пастями куски опадающей приманки и, развернулись веером, разошлись во все стороны.
— Семеро, — облизнул пересохшие губы правитель.
Паучок побежал по краю паутины, привлекая к себе внимание. Несколько акул метнулись к нему.
Болотный житель дождался того момента, пока до врагов оставалось от силы десяток метров и быстро юркнул на обратную сторону сети. Одна из акул как нацелилась на свою жертву, так и изменила движение следуя ее маневру — и на всем ходу врезалась в ловушку. Найл уже представлял, как она выскакивает с другой стороны, пробив дыру в преграде, но не тут-то было — в отличие от прочно закрепленного шатра, ловчая сеть висела свободно. Она легко сошла со своего места, двигаясь вместе с хищницей и обхватывая ее со всех сторон. Вторая акула обогнула сеть поверху, но тут же лихо влетела в другую, поставленную на другой стороне треугольника. Ловушка задергалась, заплясали белые поплавки под самой «крышей».
Акулья стая развернулась в их сторону и решительно атаковала. Естественно, легкие, наполненные воздухом пузыри не смогли устоять перед их напором и полопались в течение считанных секунд. Ловушка вместе с двумя пойманными хищницами и суетящимся вокруг них паучком стала медленно погружаться в глубину.
Внезапно все болотные жители одновременно выпрыгнули из-под прикрытия куполов и кинулись в разные стороны. В первый миг показалось, что они разбегаются в панике, но оказалось, что каждый их них, отчаянно загребая лапами, тянет за собой тонкую паутинку.
Все нити сходились в центре, под лапами оставшегося на месте паучка. Вот он начал кружить, по спирали отбегая от центра к краям, и Найл увидел, как у него на глазах из ничего рождается ажурная крупноячеистая паутина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
