Мы пожали плечами, переглянувшись друг с другом.
— Нет, им помощь не нужна, — покачал своей лысой головой Ежи Вацлович и поддел носком ботинка ленту, оставшуюся от подарочной коробки. — Это от них впору спасать академию, — мы синхронно вздохнули, а оборотень продолжил. — Я вот думал все, как всех участников сегодняшнего беспредела наказать, включая тебя, Страхова, — он поднял шелковый лоскут и принялся вертеть его в руках, глядя на меня желтыми глазами, сейчас очень похожими на кошачьи, — а сейчас вот озарило.
Я напряглась. Ехтиндра с сильфом, собиравшим до этого момента урожай из каменных крысят, тоже как‑то странно замерли, Катя меня обняла, давая понять, что не бросит, а мавка сладко зевнула, прикрыв рот ладошкой.
— А что? — спросила непонимающе, когда все взгляды скрестились на ней. — Ночь, между прочим. Я в отличие от некоторых трезвая и спать хочу!
Даже мне в этот момент захотелось ее прибить, но у нашего ректора выдержка оказалась железная, не одним выпуском сумасбродных студентов тренированная. Да что там! Ежик же закален в общении с моей обожаемой бабушкой. Что ему какая‑то малявка, изволившая скучать в момент оглашения приговора.
— Так что вы насчет меня решили? — напомнила я, решив, что перед смертью не надышишься. — Отчисляете?
— Нет, — желтые глаза ректора прищурились, отчего его лицо стало каким‑то… хитрым, что ли. А еще у меня снова проскользнула ассоциация с котом, вместо ежика. — Я тебя перевожу.
— Куда? — в один голос спросили мы… кхм, с сильфом.
— А вот к вам, голубчик, в группу и перевожу, — не скрывая мстительной ухмылочки, сообщил ему Камински.
— К нам?! Здорово! — не веря своим ушам, воскликнула Катарина и, порывисто меня обняв, спрыгнула со шкафа.
Наверное, ведьмочка хотела воспользоваться даром левитации, но не успела, потому что Сальдозар, стоявший в нескольких шагах от нас, в мгновение ока очутился рядом и поймал невесту. — Ой! — пискнула она растерянно, но демонстративно вырываться не стала, не желая привлекать к себе лишнее внимание. Вместо этого обняла мужчину за шею и что‑то ему шепнула на ухо. Он еще пару секунд ее подержал, потом нехотя опустил на пол. Вот она — сила слова!
— Что значит, ко мне? — возмутился брюнет с заплетенными в мелкие косички волосами. — У меня учатся только те, кто способен устроить и предотвратить стихийные бедствия.
— По — твоему то, что устроила Эллисандра сегодня, на стихийное бедствие не тянет? Да она же ходячая катастрофа! — как‑то слишком уж радостно заявил Ежи Вацлович и, щелкнув пальцами, скинул меня со шкафа. Вот только что я там сидела, ножки свесив, и бац — уже стою посреди бедлама, устроенного нашей игрой в догонялки с крысой. — Не веришь мне, спроси у Сигурда. Его мнения недостаточно, обратись ко второму курсу знахарей, они подтвердят.
— Но она не стихийный маг! — выдвинул главный аргумент сильф, явно не желающий брать меня под свое крыло… красивое такое, кстати, полупрозрачное, почти как у демона.
— Зато она талантливый зельевар и самородок в деле любовной магии. Эта тебе такие бедствия устроит, что все остальные будут нервно курить в сторонке, давясь от зависти. Ну а вторая поможет, — кивнул на Катарину он.
От переполнявших меня чувств я прижала к груди руки и в лучших традициях очарованных девиц шагнула к Камински.
— Я вас обожаю! — сказала совершенно искренне и только потом заметила, как шарахнулся стоявший рядом с ним сильф. — Да не вас, — уточнила, скривившись.
— Осторожней, Страхова, — усмехнулся Ежи Вацлович, потрепав меня по волосам. — Его лучше тоже начинай обожать. Он с завтрашнего дня твоим куратором будет.
— Сочувствую, — сказал Сальдозар. — В смысле, поздравляю!
Мы с брюнетом снова переглянулись, и я мило ему улыбнулась. Почему он отступил еще на шаг, понятия не имею.
— Эй, народ! А меня кто‑нибудь со шкафа снимет, или тут спать ложиться? — раздался сверху голос всеми забытой мавки. — И вообще, куда Сима слиняла? Она так и не рассказала, за что ее тут заперли!
— Хороший вопрос, — ректор начал оглядывать комнату.
— Про спать или про Симу? — уточнила Ева.
— Про нее, милую, — кивнул глава МАРиС, а потом как рыкнет, что я аж подпрыгнула. — Зараза бестелесная, а ну пр — р-роявись!
— Ну а что сразу зараза‑то? — спросил бесплотный голос откуда‑то с люстры.
— Потому что заразу разносишь! — ответил Камински. — Признавайся, зачем этот спектакль с крысами устроила? — потрясая лентой, грозно вопросил он. — Опять со скуки на подвиги потянуло?
— Я? — возмутилось привидение, по — прежнему не желавшее становиться видимым. — Да я ее только чуть — чуть подкорректировала… спросонья, — скромно призналась наша «нелюбительница» крыс. — Меня разбудили, запустив перевязанной бантиком коробкой с грызуном внутри, я расстроилась! И шибанула по нему магией… ну, той самой, которая для охраны зеркал. Кто ж знал, что такой эффект получится? Он как взбесился, как начал прогрызать себе путь на волю…
— Так все‑таки он, — пробормотала я, подняв с пола пару каменных крысят. — Они, кстати, не оживут… внезапно?
— Часов через пять, если без моей помощи, каменный стазис спадет, — ответил мне куратор. Тот, который бывший.
— Вот и славно, — решила я, поделившись «игрушками» с подошедшей соседкой.
— Так это, значит, ты его плеваться научила, а не Клара? — недобро так поинтересовалась мавка, все еще сидящая на шкафу.
— Еще и Клара отметилась в сегодняшних безобразиях? — скрестил на груди руки ректор. А я предупрежда — а-ал, — выразительно посмотрел он на Сигурда, собиравшего с засыпанного обломками мебели пола каменных монстриков и складывающего их в кучку на столе.
— Да бог с ней, с Кларой! Чего от нас Сима‑то добивалась? — продолжала возмущаться Ева. — Заливала нам, что боится крыс, а сама к ведьме обниматься полезла явно с недобрыми намерениями, раз защитные чары среагировали, — белоглазая прожигала взглядом темную люстру, на которой не было и намека на привидение, хотя голос шел именно оттуда. — А ну, признавайся!
— Скучно мне стало, и что? — буркнула хозяйка комнаты. — Разбудить разбудили, а пообщаться никто не зашел, — обиженно вздохнул незримый призрак.
— Да все девочки, которые с тобой общались, Симона, потом превращались либо в озабоченных нимфоманок, либо в невротиков, боящихся каждой тени! Ты не страж зеркал, а… — и многозначительно замолк, махнув рукой.
— Попрошу не выражаться! — заявила «люстра».
— В каких еще нимфоманок? — передернула плечами Катарина, будто до сих пор ощущала прикосновение привидения. — Как это?
— Сима при жизни была суккубом, как и две ее подружки — соседки, — пояснил Ежи Вацлович. — Буйное трио и очень любвеобильное. Прославились в МАРиС эти закадычные подружки не только беспорядочными сексуальными связями и блестящими результатами по учебе, но и тягой к запрещенным ритуалам. Что вы там в параллельных мирах искали, напомни‑ка? — посмотрел наверх ректор.
— Принцев! — огрызнулась Симона. — Раз уж тут всем нормальным парням некоторые власть имущие деспоты запретили с нами водиться.
— Угу, принцев, — покивал Камински, — с рогами, копытами и обостренной жаждой крови.
— Из темной империи, что ли? — брякнула я.
— Если бы! — всплеснул руками оборотень. — Из какого‑то темного мира, живущего по варварским законам. Пробили туда зеркальный портал, идиотки. И сами же погибли, пытаясь его закрыть, чтобы не пустить к нам «принцев».
Я присвистнула, представляя масштабы содеянного девчонками, и мысленно поздравила саму себя с тем, что мои провинности по сравнению с их — просто детские шалости.
— А потом что было? — спросила, так как ректор замолчал, а Сима не спешила перехватывать эстафету рассказчика.
— Из‑за ритуала мы все оказались привязанными к своим комнатам, — грустно вздохнула невидимка. — Ну и назначили нас стражами зеркал на случай, если те рогато — копытные уроды дадут о себе знать. Поначалу хоть девчонок в комнату подселяли, с ними весело было.
— Угу, весело! Особенно когда эти студентки начинали соблазнять всех парней без разбора.
— А вот не надо! Всех — это неинтересно. Нам только самые — самые были нужны.
— Вам?
— Ну… им, — исправилась Симона.
— Нет, ВАМ! — настойчиво повторил Ежи Вацлович. — Тебе и твоим озабоченным подружкам. Поэтому комнаты и заколотили. И магическую защиту поставили от волшебных существ и всякого зверья, на которых суккубы могут воздействовать даже в образе привидения. А по академии пустили байку о жутких проклятиях, чтоб любопытные не лезли, куда не просят. Но нет же! Некоторым страх неведом! Я же сказал все это Арине, какого демона вы все здесь?!
