— Сначала расскажите, как планируете эти сведения использовать.
— Вижу, вы не доверяете мне. Признаюсь, это меня безмерно огорчает, хотя ваши умственные способности я теперь оцениваю гораздо выше. Очень хорошо. Начнем с Шутника. Вот где блеснет наш Стерлинг.
— А Мэгги? Я хочу, чтобы она оставалась в стороне. Помните, что случилось в прошлый раз?
— Она будет в безопасности, — обещал Сен-Жюст. — Все произойдет очень быстро, на публике, и, вероятно, развлечет присутствующих. Но наша любопытная Мэгги, порою склонная попадать в неприятности, не пострадает.
— Прекрасно, — Венделл вытащил из внутреннего кармана несколько сложенных бумаг, и тут Стерлинг произнес:
— Только посмотрите! Словно черные вороны.
Сен-Жюст уже смотрел. В холл вошли огромный Джанкарло и Лиза Лэнг, которая висела на его руке, оба в черном. Черная шелковая рубашка Джанкарло была расстегнута до пояса, что несколько портило его скорбный вид, но Сен-Жюст всегда считал, что этот человек полностью лишен вкуса.
Лиза села. Джанкарло сходил в бар за двумя бутылками минеральной воды, вернулся и тоже сел.
— Простите, — Сен-Жюст поднялся. — Я уже говорил с мисс Лэнг, а теперь хотел бы выразить соболезнования Джанкарло.
— Не понимаю. Почему он в трауре? — спросил Стерлинг.
— Понятия не имею. Может, они с Розой были друзьями? Но мужчина в трауре располагает к соболезнованиям, и я никогда не упускаю случая это сделать.
— Привет, Алекс, — произнесла Лиза, глядя на него снизу вверх. Ее глаза покраснели, в руке она держала скомканный белый носовой платок. — Пожалуйста, извините мой вид… Я наконец осознала… что Роза умерла. Вчера… вчера… я была словно в тумане, наверное, из-за успокоительного. Вы знакомы с Джанкарло?
Сен-Жюст поклонился.
— Я Алекс Блейкли, — представился он. — Приношу глубочайшие соболезнования. Вы, должно быть, очень ее любили.
Красивое лицо Джанкарло — а он был действительно красавец, несмотря на вульгарный вид, — смягчила печаль.
— Она… Роза… была моим учителем. Я ведь был никем, а она сделала меня звездой. Мне ее будет очень не хватать.
— Вот как… Что ж, к сожалению, я не имел счастья знать ее лично и уже не смогу восполнить эту потерю. — Сен-Жюст снова повернулся к Лизе: — Хочу поблагодарить вас за грядущий финал и конкурс «Лицо с обложки». Если я могу чем-либо служить…
— Нет, спасибо. Марта Коловски — просто дар божий, она во всем мне помогает. Я только хочу попросить вас прийти пораньше, чтобы занять свою сцену прежде, чем все войдут в зал. Конечно, народу не так много, как вначале. Но будет немало журналистов. Из-за бедной Розы. Ей было бы приятно такое внимание.
— Да, понимаю, — согласился Сен-Жюст. — Вы случайно не знаете, мисс Холли Спивак из «Фокс Ньюс» собирается прибыть? Она с телевидения. Очень милая дама. Мы познакомились несколько месяцев назад во время подобных событий.
— Я не знаю. — Лиза поставила на стол портфель и раскрыла его. Там оказалась старая папка; видимо, она решила, что так будет удобнее носить ее. Лиза перебрала бумаги, скрепленные зажимом. — Вот списки. Радио, газеты… телевидение. Да, она аккредитована. Не знаю, чего они ждут. Будто рассчитывают на новое убийство и держат камеры наготове. Это мерзко.
— Увы, этот мир жесток, Лиза, г произнес Джанкарло, и Сен-Жюст едва удержался от смеха.
— Ну что ж, не хочу быть назойливым. Еще раз примите мои соболезнования.
Он снова поклонился и вернулся к друзьям.
— Это было весьма неприятно, — он сел и взял свой бокал.
— Почему? Что случилось? — спросил Венделл, поглядывая на траурную пару.
— Почему? Потому, друг мой, что Лиза внезапно — словно ее надоумили — обнаружила сокрушительную печаль по Розе Шервуд. Вчера я этого не наблюдал. И еще потому, что Джанкарло — не понимаю, что мне мешало побеседовать с ним раньше, — произносил возвышенные речи с подобающим выражением лица, оставаясь при этом холодным и твердым, словно кинжал. Этот скользкий тип мог бы продавать пилюли от землетрясения, уверяя доверчивых покупателей, что они не почувствуют толчков.
Венделл заглянул в свои бумаги.
— И зачем я вообще работаю… Как вы узнали это, всего лишь поговорив с ним пару минут?
— Узнал что? — с неподдельным изумлением поинтересовался Сен-Жюст.
— Вот это, — Венделл протянул ему бумаги. — Мы проверили отпечатки пальцев из номера Шервуд. Занятный парень этот Джанкарло. Очень занятный. Кстати, я сейчас не при исполнении. Пойду возьму себе пиво. Может, и Стерлинг хочет?
Стерлинг развернул салфетку и достал тост.
— Спасибо, не стоит.
— Правильно. Тебе, Стерлинг, сегодня вечером понадобится трезвый ум, чтобы достойно сыграть свою роль. Посмотрим, изменят ли что-нибудь эти бумаги. Вот как… о да… Как хитроумно! И Лиза… Как я раньше не догадался! Какая сложная комбинация. Стерлинг, допивай чай. Мы должны все пересмотреть.
Глава 17
— Как это мило со стороны авиакомпании, Вирджиния, — Сен-Жюст стоял у окна гостиничного номера, выходившего на Таймс-Сквер. — Мэгги, Стерлинг и я желаем тебе всего наилучшего. Не пропадай, договорились? — Он улыбнулся, выслушав ее ответ. — Да, мы, конечно же, сообщим тебе об арестах, как только узнаем. Счастливого пути, дорогая.
Он положил трубку и вздохнул. Стерлинг огорчится, что не увидит больше Нойендорфа-младшего, но, право, не стоило мчаться в больницу ради прощания впопыхах, когда уже ничего не изменишь.
Сен-Жюст достал карманные часы и посмотрел, который час. Сегодняшний вечер начнется с церемонии награждения в главном бальном зале. Эта часть мероприятия продлится почти два часа, по словам Венеры, которая недавно забежала в номер. Выглядела она несколько помятой.
Сценки были установлены в соседнем зале, и после награждения все должны перейти туда.
Венера, невзирая на последствия пищевого отравления, держалась стойко и поведала, что, согласно сведениям, собранным Лизой, Дамьен лидирует со значительным отрывом.
Неприятная весть, но Сен-Жюст отбросил тягостные думы и решил поразмыслить о роли Дамьена во всем этом.
Он простой участник конкурса «Лицо с обложки»? Или нечто большее? Способен ли он на убийство ради победы? Каким образом смерть Розы могла быть ему выгодна? Или популярность ставит под угрозу его самого?
Возможно. Убив однажды, убийца входит во вкус. Вдруг начинает казаться, что это наиболее очевидное решение проблем.
Он подошел к столу, порылся в бумагах, нашел то, что искал, кое-что просмотрел и запомнил.
— Стерлинг! — Сен-Жюст постучал в дверь спальни и вошел. — Ты не будешь возражать, если я ненадолго возьму Генри?
