— Может, — кивнул Вик. — Только это большой секрет. Кстати, о доходах. Хочу вас немного проконсультировать.
Витькина лекция длилась около часа. За это время Лада успела вернуться с настоящим молоком и (о чудо) без приключений. Мы с Норри приготовили ужин и покормили остальных. Убедить Миколу в том, что я действительно дракон, удалось лишь с пятого раза. И то, думаю, он согласился только, чтобы мы поскорее от него отстали. Поймать домовёнка мы решили ближе к ночи. Вот только что-то меня смущало.
Во-первых, насколько успела узнать, домовые больше похожи на старичков, нежели на молоденьких рыжих взлохмаченных девчонок с веснушками на пол-лица. Норри мгновенно понял моё смятение и тут же среагировал, обернувшись к Миколе:
— Скажите, а вы случайно дом на месте какой-нибудь постройки не ставили?
— А что нельзя? — встрепенулся мужчина. — Вы налог за это хотите содрать?
Вот теперь он быстро признал во мне власть имущую.
— Нет, — поморщился Витка, словно переступая через себя. — Никаких налогов в ближайшие три месяца не будет. Мы просто вам помочь хотим.
Мужчина уставился на нас, как на психов. Ну да. Где это видано, чтобы князья лично разбирались с проблемами какой-то деревни? Ну, так это у людей, а здесь, как он успел подметить, всё не так.
— Здесь когда-то изба разрушенная стояла, — сдался Микола под нашим долгим молчанием. — Я бы свою рядом построил, да фундамент здесь уж больно хорошим был, качественно сделанным. Вот я и поставил новую избу сверху.
— А хлев на чём построили?
— На заброшенной бане, — покаялся мужчина.
Мы переглянулись и поняли, вот оно! Эта девочка — банница. И мстит она, похоже, за то, что на её доме отгрохали особняк для коз и козлов. Наверно, на её месте я бы тоже разозлилась. Ну да это её проблемы, мы таких шуток не прощаем.
Напоив пациента ещё раз валерьянкой, мы отправились на экстренное совещание.
— Банница выйдет после темноты, — заметил Норри.
— Я ей шею сверну! — прошипела Лада.
— Нет, ты будешь приманкой, — пресёк её наполеоновские планы Вик.
— А вам не кажется, что Ладу она уже знает и вряд ли подойдёт? — забеспокоилась я.
— И правильно сделает! — рыкнула супруга.
Я невольно задумалась, а как Ладиина общается с простыми смертными. Это с нами она временами вежлива и вынуждена смиряться с господским произволом. А с крестьянами как? Почему банница заколдовала именно Ладу и направила в хлев. Хотя, может так статься, что наша красавица просто оказалась не в то время и не в том месте. А может, и нет.
— Лада, а как ты встретилась с банницей?
— Только я вышла на порог, как передо мной оказалась девочка, — послушно ответила спутница. — Повторяю ещё раз. Маленькая, конопатая, рыжая. Я её спросила, где взять молока. Она мне сказала, что в деревню идти незачем, и послала в хлев.
— И всё? — что-то мне подсказывает, что это сильно отретушированная версия событий.
— Всё, — невинно заверила Лада.
Ладно, не будем настаивать. Пару часов мы решили поспать. Надо пользоваться любым моментом тишины и покоя, потому как неизвестно, когда нам в следующий раз выдастся такая возможность. Братья отрубились сразу, чуть позже уснула Ладиина. В какой-то момент и я сама не поняла, как очутилась в мрачном готическом зале. Ну, здравствуйте пессимистичные серые сущности! Что беспокоит вас на этот раз?
* * *
— Время выходит! — бесновался на троне их предводитель. — Почему откладываете завоевание мира? Что это за гениальный план такой, который настолько гениален, что не работает в этом простом несовершенном мире?!
— Мы всё продумали до мелочей, — спокойно ответил Орту, стоя перед господином на одном колене. — Но наше влияние на Носящего перстень исчезло. Маги больше не чувствуют связи.
— Умер наш ставленник? — спокойно уточнил правитель.
— Нет, мой лорд. Наша марионетка жива и здорова, вот только она больше нам не подчиняется.
— Насколько помню, аналитики ещё раньше предупреждали, что он крайне неуправляем и непредсказуем.
— Да, — кивнул Орту. — Но не могли взять кандидата попроще, вроде Михея или Казиларга. Он бы просто не смог завоевать этот мир.
— Михею же это почти удалось, — тихо возразил правитель.
— Вот именно, мой господин, что почти, — ухмыльнулся Орту. — Михей был обречён изначально. Он, конечно, сильный маг с уникальными способностями, достаточно волевым и сильным характером, но на Гее его бы просто съели более сильные акулы. В любом ином мире наш ставленник чего-нибудь и добился бы, но не там. Мир Аргелла очень жесток, и слабые правители там долго не задерживаются, по крайней мере, на нелюдской части. Столь многое Михею удалось завоевать только благодаря эффекту неожиданности и временной разрозненности владык между собой. Но если бы они все объединились, то уничтожили бы противника и без драконов или нашего кандидата.
— Если там все такие сильные, то почему предложили именно этих кандидатов, Орту?
— Это была моя инициатива, — склонил голову слуга. — Из всех правителей у Михея было больше всего шансов завоевать мир. Так уж ему улыбнулся случай. Это ещё просчитали наши аналитики за сто лет до событий. Помните?
— Да.
— А Носящего перстень выбрал именно я, потому что из всех кандидатов, у этого было максимальное число степеней свободы. К тому же стоило учесть такой неизвестный параметр как дракон, а с ним с большей вероятностью мог справиться наш кандидат.
— Почему Драко вообще не уничтожили?! Ведь первое правило предводителя гласит: «Если в твоем плане существуют неизвестные параметры — исключи их».
— Если это возможно, — добавил Орту. — А второе правило гласит: « Если это невозможно, то постарайся по максимуму просчитать вероятности и предсказать его поведение».
— Но драконов невозможно предсказать! Тебе ли не знать это, Орту? Неужели так трудно было убить маленькую хрупкую девушку?
— Во-первых, все драконы крайне живучи, а во-вторых, она на подсознательном уровне вычисляла киллеров и старалась от них сбежать.
— Что они за профессионалы, если от них можно так просто уйти? — хмыкнул правитель.
— У маленькой Драко обнаружились интересные способности, мой господин, когда девочка чувствовала опасность, она, по-видимому, хотела быть незаметной и просто отводила глаза нашим людям. Мы перепробовали все расы, но магия этого дракона сильнее.
— Вот уж воистину создал по своему образу и подобию! — ворчливо пробормотал правитель. — Не удивлюсь, если в какой-то момент они и миры создавать начнут.
— А с убийцей драконов она разминулась буквально на пару минут.
— Счастливица!
— Да уж, — кивнул Орту. — Правда, тогда за ней гнались Призрачные Гончие.
— О! — протянул правитель сущностей. — Гончие — единственное стоящее творение, которое умудрились создать эти псевдоохотники за драконами.
— Да, мой лорд, — согласился Орту. — Вот и мы понадеялись, что Гончие её ухлопают, но, увы, не получилось.
— Что так?
— Как вам уже известно, сначала ей повезло, точнее не повезло тем рыцарям, что с ней связались, а потом она оказалась двоюродной сестрой их хозяина.
— Да, драконы хорошо устроились.
— О! Они очень разноплановы, — подтвердил Орту. — У них родственные связи растут и множатся, причём, самое обидное, с сильными мира сего.
— А что с моими подхалимами?
— Их последнее творение — умроки, печально провалилось.
— А что мой тонкий и гениальный план про лопарей? Почему ты молчишь, Орту?
— На основное гнездовье наткнулись драконы.
— Что?!
— Извините, мой лорд, но наши аналитики и предположить не могли, что этих малолетних психов понесёт ночью на болота, да ещё на окраины собственных земель.
— Только не говорите, что они ещё живы. Ну, чего ты опять молчишь, слуга?
— Я не говорю, — тихо вздохнул Орту. — Увы, но Драко ещё живы, однако мы работаем в данном направлении.
— Работайте, работайте. Свернитесь в узел, но мне нужен этот мир! И объясните нормально, почему исчезла связь с Носящим перстень?
— По всей вероятности у него пропало кольцо.
— Что?
— Это ещё неизвестно, но шпионы доложили, что не видели на его пальце кольца.
— А куда оно могло деться?
— Не знаю, мой лорд.
