Читаем без скачивания Лесной фронт. Благими намерениями… - Алексей Замковой

В сотне метров от нас, стрекоча моторами, несутся, один за другим, три мотоцикла с колясками. За ними, выбрасывая гусеницами целый шлейф снежной пыли, по дороге ползет полугусеничный бронетранспортер. Тот самый – похожий на гроб, "ханомаг". Что за ним – не видно, но, судя по звуку, это далеко не вся колонна. Явно – конвой. А кто у нас может ехать с таким сопровождением?

— Дождались, — пробормотал я, наблюдая на приближающейся колонной.

Едут не очень быстро – чуть быстрее, чем бегущий человек. Оно и понятно – если там есть легковушки, то, по такой дороге, они особо не разгонятся. Первые мотоциклы проехали мимо. Сердце прямо выскакивает, навевая мысли, что так немцы услышат меня даже сквозь шум моторов. Я боюсь пошевелится и только глаза перемещаются влево-вправо. Ревя, как разъяренный зверь, прополз мимо бронетранспортер. Снова мотоциклы… А за ними и первая легковушка. Я напряг глаза – флажка не видно. Вторая легковушка, третья… За ними, почти впритык, следует грузовик, снова мотоциклы… Стоп! На капоте третьей легковушки – какое-то красное пятно. Кох.

— Цель в третьей машине, — прошептал я одними губами, но кивок Шпажкина подтвердил, что мои слова услышаны.

Руки вдруг стали какими-то "деревянными", пальцы перестали слушаться и уже еле удерживают провод. Кое-как, пытаясь сосредоточиться на предстоящем и отогнать от себя это состояние, я примотал один из контактов провода к контакту, торчащему из ящичка. Только после этого заметил, что все это время я задерживал дыхание. Выдохнул, на миг испугавшись, что немцы заметят вырвавшийся из моего рта клуб пара… Первая легковушка проехала над заложенным ночью зарядом. Так, успокоиться! Возьми себя в руки, мать твою! В голове вдруг прояснилось, руки перестали дрожать… Я оценил скорость машин и расстояние между вторым и третьим автомобилями. Впился взглядом в нашу цель. Вот он, Кох! Конечно, самого гауляйтера не видно через окна машины. Только красный с золотом флажок выдает, что это именно его машина. Хотя, на взгляд, эта машина выглядит гораздо роскошнее первых двух. Черный красавец-мерседес, даже как-то неспешно, чинно, покачивается на мягких рессорах. В какой-то момент все мое естество восстало против того, чтобы превратить это произведение искусства в груду металлолома. Однако, красная тряпка с орлом, "украшающая" капот напомнила, что в этой машине едет некто, виновный в убийстве многих тысяч ни в чем не повинных людей… Стариков, женщин, детей…

— Дронов, берешь на себя грузовик. Сразу после взрыва, причеши его хорошенько, — слова прозвучали хрипло, словно чужим голосом. Я прокашлялся. — Остальные – отстреливайте мотоциклистов.

Арсений, вместо ответа, только чуть шевельнул стволом пулемета, нацелив его на ползущий по дороге грузовик. Остальные тоже припали к прицелам своего оружия.

— Если из бронетранспортера начнут выскакивать немцы, — продолжил я, не отрывая взгляда от цели, — все, кроме Дронова, переносят огонь на них.

Все. Команды отданы, теперь следует полностью сосредоточиться на машине, в которой едет Кох. Я постарался выбросить все лишнее из головы – только черный мерседес и ничего более меня не интересует в этом мире. Единственная мысль, которая промелькнула и скрылась, изгнанная из головы вместе с остальными – лишь бы нас самих не зацепило взрывом…

Легковушка, следующая перед машиной гауляйтера, наехала на заряд и, треща мотором, проехала дальше. Я прикинул – мерседес окажется над зарядом еще секунд через десять. Слава Богу, дорога не позволяет развить более-менее приличную скорость, и это дает мне столь необходимые секунды. Восемь секунд… Пора или нет? Когда испытывал детонатор – спичка зажглась где-то через четыре секунды, после того, как я соединил контакты. Шесть секунд… Пальцы снова задрожали от напряжения. Время растянулась резиновой лентой, заставляя секунды тащиться с черепашьей скоростью. Пять секунд… Пора! Я прижал оголенный провод к контакту, до боли стиснув его пальцами, словно стараясь вжать один контакт в другой. Четыре… Три… Только бы сработало! Мерседес уже всего в какой-то паре метров от заряда… Господи, пожалуйста!.. Две секунды… Одна… Машина наехала на заряд и, мне показалось, что остановилась. Нет, не остановилась! Это нервы, подтверждая, что время – понятие субъективное, играют такие шутки с разумом… Все вокруг замерло, я затаил дыхание и, похоже, остальные тоже застыли в ожидании. Говорят, человек может почувствовать пристальный взгляд, обращенный на него. Если это действительно так, то Коху сейчас должно быть очень неуютно…

— Ну же! Давай! — прошептал я, сверля взглядом мерседес. Даже не представляю, какая сила может отвлечь мое внимание в этот момент. — Давай!

Машина, все так же, словно в замедленной съемке, поехала над зарядом. Фыркнул, выпустив клуб сизого дыма – будто издевается! — мотор. Неужели не сработало? Неужели что-то нарушилось в детонаторе? Может, провод поврежден? Бронетранспортер своими траками ведь вполне мог…

— Давай, сука! Мать твою… — не выдержав, заорал я, когда машина Коха уже принялась удаляться от заряда. — Давай!

Расстояние между мерседесом и, заложенным на дороге, "сюрпризом" принялось стремительно увеличиваться. Время, выкинув очередной фортель, побежало теперь с какой-то неимоверной скоростью, словно и не тянулось еще какие-то секунды назад. Пять метров… Шесть… Хоть все мое внимание и было обращено на машину, но я прямо физически почувствовал на себе взгляды товарищей – растерянные, недоуменные…

— Да, бл…

Земля содрогнулась, словно пойдя неровной дрожью. Меня подбросило в воздух и чуть не сдуло, налетевшей в раскатах невообразимого грохота, взрывной волной. Над дорогой расцвел огромный цветок, основанием которому служил оранжевый шар огня, а в небо взметнулись грязные лепестки дыма и земли. Расцвел и, тут же, завял, опадая на землю всем, поднятым в воздух и, как память, оставляя после себя воронку, метров десять диаметром. Вот это бабахнуло! А что Кох? Мерседес, к сожалению, не попал в самый эпицентр взрыва, но и уйти, гаду, тоже не удалось. Когда заряд наконец-то сработал, машина была уже достаточно далеко, чтобы уцелеть и не превратиться в груду перекрученного металла хотя, с такой силой взрыва, думаю, от мерседеса остались бы только мелкие ошметки), но она, все же, не успела отъехать настолько, чтобы не пострадать от взрывной волны. Мерседес Коха просто подняло в воздух и швырнуло вперед. Картинка могла бы дать фору любому голливудскому боевику. Мерседес Коха, в полете, впечатался в едущую впереди машину, отшвырнув ее в сторону, упал на дорогу и, несколько раз перевернувшись, замер, обратив к нам днище. Предыдущая же машина, накренившись, свесила капот в неглубокий придорожный кювет.

Зафиксировав это мгновение в сознании, я, лишь снова почувствовал под собой, инстинктивно вжался в землю. Вокруг, грязным дождем, сыплется на землю все, поднятое взрывом – комья земли, какие-то камни…

"Ду-ду-ду-ду…" – сквозь вату, забившую уши, пробился какой-то шум. Я повернул голову в направлении, с которого доносится звук – Дронов, оскалив в страшной ухмылке зубы, водит туда-сюда стволом ДП. Пара секунд ушла на то, чтобы осознать, кто это такой и что вообще здесь происходит. Кох! Первая осознанная мысль, наконец-то, пробилась в сознание. Тряхнув головой, я выглянул из-за края курганчика, чтобы оценить происходящее на дороге.

Машина Коха так и лежит посреди дороги, без толку вращая в воздухе колесами, Распахнулась задняя дверца легковушки, которую мерседес сбросил в кювет. Пошатываясь, явно из последних сил, из машины выполз кто-то в офицерской форме – фуражки нет, но погоны на плечах ярко серебрятся. Выпрямился, подняв пистолет, и, на миг, застыл, видимо пытаясь сообразить, что происходит и в кого стрелять. Этого мига оказалось достаточно, чтобы кто-то из моих ребят отправил немца на тот свет. Но не успело его тело еще упасть, когда из-за этой же машины засверкали вспышки выстрелов – кто-то еще там выжил.

По другую сторону воронки остановился грузовик. Он, как и машина Коха, не особо пострадал от взрыва, несмотря на то, что снаряды взорвались практически посередине между этими машинами – видимо, сыграло свою роль то, что грузовик потяжелее будет легковушки. Его развернуло боком – то ли силой взрыва, то ли водитель слишком резко затормозил и грузовик занесло. Но, это на первый взгляд. Даже с такого расстояния видно, что стекла в окнах грузовика выбиты напрочь, а тент на кузове иссечен осколками. Вдобавок к этому, щедрые очереди из пулемета Дронова рвут тент на клочки, оставляя за собой россыпь рваных дыр в ткани и металле грузовика. Если там кто-то еще жив… Жив! Вот из кузова вывалилась фигурка, переломилась пополам, лишь коснувшись земли, и растянулась во весь рост. А вот еще один немец – этому повезло гораздо больше – успел откатиться в самый последний момент, перед тем, как несколько пуль выбило фонтанчики снега из того места, на которое он приземлился. Прошло еще секунд пятнадцать, и из-за грузовика замерцали ответные вспышки выстрелов. Немного – всего три стрелка.