Читаем без скачивания Особенный наследник (СИ) - "Amazerak"

— Значит, распоряжения идут сверху?

— Чаще всего мы работаем сами. Сестра только координирует свои действия с теми, кто наверху.

— Но склады вам приказали взорвать эфоры?

— Да. Мы хотели поймать Никанора, а нам сказали, что этого делать не надо, а надо тут всё взорвать.

— Я бы тоже хотел поймать Никанора.

— Никанор — шишка важная, его трогать не положено. Так говорят.

Я лишь кивнул. Вон оно как, значит, получалось. Не положено. И ничего не попишешь. До него мне теперь не добраться.

Половина третьего, без двадцати… Всё было готово, оставалось только нажать кнопку, но Колибри по-прежнему находилась на базе противника. Все мы надеялись, что помощью своей фибральной акробатической техники (которую почему-то так презирали аристократы) она доберётся, куда надо, и так же незаметно свалит оттуда. Но время шло, а Колибри не возвращалась.

— Слышите? — Елена, что сидела у окна, встрепенулась и стала вглядываться вдаль.

Даже прислушиваться не пришлось, чтобы понять — грохочут выстрелы.

— Это на складе? — Арсений схватил автомат и, подбежав к окну, тоже принялся таращиться в ночь.

Выстрелы доносились со стороны склада. Очевидно, у Колибри возникли проблемы.

— Надо взрывать, — заявила Елена.

— Нет, — отрезал я. — Действуем по плану. Ждём ещё… восемнадцать минут и взрываем.

— Поздно не будет?

— Действуем по плану.

Корень молчал, угрюмо уставившись в пульт. Он и сам всё прекрасно понимал. Если склады взлетят на воздух, Колибри может и не выбраться. Конечно, шанс был — она ведь, как и мы, не простой человек, фибральная защита у неё есть, но спасёт ли она, когда одновременно рванут тысячи снарядов?

Вдруг Архип схватился за гарнитуру:

— Да, Колибри, Корень слушает. Ты ушла?

Что сказала Настя, я не слышал.

— Понял тебя. Конец связи, — Архип повернулся к нам. — Готовы? Колибри сказала, чтобы мы подрывали заряды, отходили к машине и там ждали.

— А она выбралась? — спросил я.

— Не сказала, — покачал головой парень. — Внимание всем!

Мы спустились на первый этаж. Ждать пришлось недолго. Вскоре в стороне складов раздались несколько мощных взрывов, которые слились в сплошной грохот. Он становился всё сильнее, земля задрожала, осыпались стёкла в заброшенных цехах, а вдали поднялся огромный столб огня.

Корень выбежал из здания.

— Уходим! — крикнул он.

Мы, что было сил, помчали прочь. Грохотало буквально везде. Несколько раз что-то рвануло позади нас, потом — левее. Это снаряды разлетались во все стороны.

Оранжевый фургон стоял на том же месте, где его оставила Колибри. Его защищала высокая бетонная стена. Мы устроились рядом в траве стали ждать. Взрывы гудели, казалось, совсем близко. Ночь содрогалась от чудовищного грохота. А дождь продолжал моросить.

Колибри на связь не выходила, и я не знал, что с ней. Время было уже без двух минут три. Выждав, когда длинная стрелка часов встанет вертикально вверх, я дал приказ отходить. Мы забрались в фургон, Корень устроился за рулём.

— Теперь-то надеюсь, не перепутаешь дорогу? — спросил я его.

— Нет. Помню, — мрачно ответил парень, повернув ключ в замке зажигания.

Но не успел мотор завестись, как в воздухе мелькнуло что-то чёрное. Прямо перед нами приземлилась человеческая фигура, спрыгнувшая, по всей видимости, с крыши цеха.

— Поехали! — крикнула Колибри, подбегая к водительской. — Корень, давай назад. Я поведу.

— Ты что, решила там ночевать остаться? — упрекнул её брат.

— Нет. Там слишком шумно, — парировала девушка. — Давай, быстрее.

Колибри уселась за руль, вдавила газ, фургончик рванул с места.

Мы выбрались на асфальтированную дорогу, а склады продолжали греметь. Огненное зарево, что висело над предприятием, пульсировало вспышками.

— Нашла что-нибудь ценное? — спросил я.

— Взяла кое-какие бумаги, — ответила Колибри. — Но надо разбираться. Меня засекли на обратном пути, хотя я по крышам прыгала. Проклятье! Не получилось. Глупо так вышло.

— Главное, что ты ушла, а склады взорваны. Не завидую тем, кто там остался.

— Да, жахнуло мощно.

Фургон въехал в жилые кварталы и покатил вверх по склону холма. Отсюда открывался вид на предприятие, где продолжали рваться склады со снарядами и оружием.

Впереди показалась большая, освещённая фонарями улица. Мы остановились на перекрёстке, пропуская колонну машин. Множество тентованных грузовики, в том числе армейской раскраски, ползли куда-то то ли на запад, то ли к центру города. И на всех были нарисованы белые кресты.

— Откуда их столько? — спросил я. — И что значит этот знак?

— Я не знаю, — Колибри с тревогой всматривалась в подозрительную колонну. — Не нравится мне это.

То и дело среди грузовиков попадались бронированные «Гекторы» с пулемётами на крышах. Колонна, очевидно, перевозила военные грузы.

Залязгали гусеницы, и на дороге показались лёгкие машины типа наших БМП, только повыше и с башнями покрупнее. Здесь такие назывались ВТМ — военно-транспортная машина. Среди них попадались колёсные броневики, а потом и вовсе поползли танки — здоровые и неказистые, напоминающие очертаниями американские «Паттоны». И абсолютно на всей технике были те же белые кресты.

Я не понимал, что это за колонна и куда едет, но на всякий случай мысленно считал проезжающие машины, стараясь запомнить эти цифры. ВТМ было тридцать девять, танков — двадцать, «Гекторов» и прочих колёсных броневиков — около пятидесяти. За танками катили ракетные установки — двенадцать штук. Затем опять поехали грузовики.

Казалось, колонне не будет конца.

— Похоже, это птолемеевская техника, — проговорила Колибри. — Кажется, началось…

Глава 25

Двух выродков, надругавшихся над моей сестрой, поймали без проблем, однако мой план так и не удалось реализовать. По словам Андрея, клан распорядился иначе. Обоих студентов взяли, провокационную плёнку нашли и уничтожили. Эфор Куликов особенно тщательно проводил обыск квартир и даже забрал какие-то бумаги. Собрались уже приступить ко второму пункту плана, как вдруг позвонили сверху, потребовали отдать обоих в СЭФ. Андрей не мог не подчиниться. Пленных отвезли на набережную, где их забрала машина эфоров. Оставалось лишь гадать, как складывается их дальнейшая судьба.

Но мне уже было не до них. Следующие дни я только и ждал начала боевых действий. Казалось, Птолемеи вот-вот развяжут войну то ли против басилевса, то ли против нас. Не зря же столько техники тайно перемещали по городу. Газеты нагнетали обстановку, писали о провокациях на границе с птолемеевскими районами. То их кто-то обстреливал, то — нас и даже членов других фил.

В центре внимания оказался завод резиновых изделий, принадлежащий роду из клана Золотого льва. Утверждалось, будто бы там Мономахи собирают бронетехнику, в том числе военно-десантные машины.

Правда ли это не знали ни я, ни Андрей, ни Ирина. Нам клан о своих делах не докладывал.

У нас с мачехой на эту тему даже состоялся разговор. Ирина не верила, что Птолемеи замышляют восстание, считала это маловероятным, списывала инциденты на ошибки и чью-то чрезмерную вспыльчивость. Тем не менее, этот вопрос тоже пришлось обсудить, поскольку он мог касаться будущего нашего рода.

Ирина сидела в кресле на крытой террасе, выходящей окнами во двор, я стоял, заложив руки за спину, и смотрел на сад с бассейном. Была уже глубокая осень, но деревья в саду зеленели, как и прежде, и только понижение температуры, да участившиеся дожди говорили о смене времени года.

— Выдумки газетчиков, — Ирина пробежала глазами очередную статью. — Мы же никогда не враждовали с Птолемеями.

— А что было сто пятьдесят лет назад?

— Ты бы ещё прошлое тысячелетие вспомнил.

— Думаешь, всё в прошлом? А мне кажется, нет.

— Тебе-то откуда знать? — пренебрежительно фыркнула мачеха. — Лучше подумаю об учёбе. Шестой класс ты закончил, имея девять-десять баллов почти по всем предметам. А теперь что? Семь-восемь тебе натягивают с горем пополам. Учителя жалуются, что ты не выполняешь домашние задания.