сбыта. И нам это по плечу. Если мы захотим, конечно же.
– И что вы хотите от этого союза? – Бисмарк смотрел еще более подозрительно.
– Промышленность. Заводы и фабрики. А для начала я попрошу у вас двух экономистов. Пусть помогут мне создать экономическую программу развития России. Я не собираюсь скрывать от вас свои планы.
– Кого вы хотите? – поинтересовался дядюшка Вилли.
– Эрнста Энгеля и Густава Шенберга.
– Это я могу вам устроить и без заключения союза наших государств. А вот с Францем-Иосифом мне придется говорить. Это сложно. Получится или нет, сложно сказать.
– Да, сей монарх не может нам простить помощь, оказанную отцом в подавлении венгерского мятежа. Недаром его считают у нас неблагодарным.
– Балканы – это та конфетка, которая его может соблазнить… Прицепить себе короны Румынии, Болгарии, Сербии – это великий соблазн. А вы, Михаил Николаевич, выступаете в роли Мефистофеля…
– Я приеду на вашу коронацию. Это будет удобный повод обставить поворот в нашей политике соответствующим образом. Но если Франц-Иосиф упрется, что тогда?
– Тогда негласный союз, торговый, не военный. Россия объявит о своем нейтральном статусе. На меня организуют покушения Франция и Британия вдвоем. Надеюсь, мы выстоим.
– Тут находится некий господин Штиглиц, он ваш должник некоторым образом. Обратитесь к нему, в нужное время мы поможем вам в борьбе с международным терроризмом.
На этой приятной ноте наша встреча закончилась. А через пять дней я уже был в столице. Дела не имели привычки ждать.
Глава седьмая
Собиратель умов
Человек он умный, но чтоб умно поступать – одного ума мало.
Ф. М. Достоевский
Санкт-Петербург. Мариинский дворец.
29 апреля 1880 года
ЕИВ Михаил II
Сегодня наконец-то ушла в мир иной королева Виктория. В то же время у меня возникло подозрение, что в правящих кругах Великобритании хорошо известно о моем послании. Интересно, оно не сгорело? Или какой-то другой вариант, например, кто-то присутствовал при чтении письма, да та же дочка королевы, которая еще и исполняла роль секретаря. Пока что мне это не известно. Но и не надо. Господа из Лондона делают вид, что они ничего не знают и не понимают. Пора их расшевелить. Вот девятого мая и проведем задуманное. Почему девятого? Ну так я тоже имею любовь к некоторым датам, даже если они в этом мире мало известны. А завтра начнется суд над террористами, группой Желябова, виноватой во взрыве во дворце. Непосредственно в акции участвовали восемнадцать человек, пятнадцать из которых удалось взять живыми. А вслед за ними пойдут иные, чья вина меньшая, но все свое получат. И откровения Фиппса на этом суде будут бомбой, которая потрясет Великобританию до основания. Нет, не совсем так… Будут названы имена, но имя королевы я решил пока не произносить. Достаточно трех человек.
Неделю назад ко мне прибыли два ведущих экономиста Германии: Энгель и Шенберг. Они изучали документы, которые им подготовил мой секретарь Витте, причем он же постарался, чтобы эти документы, в том числе имеющие гриф секретности, были переведены на немецкий язык. Зачем мне это нужно? Сегодня я собираю Экономический комитет, в который включил ведущих экономистов России, не всех конечно же. Но Небольсин, Янкул, Зибер, Посников, Соколовский в эту когорту вошли. Что я от них хочу? Вместе с немецкими коллегами они должны создать основы Госплана. Органа, который будет планировать и контролировать показатели экономического состояния государства.
А еще – экономически обоснованный трехлетний план развития, исходя из моих хотелок и возможностей державы.
Что мне нужно получить? Промышленный рост. Но… И тут начинаются всякие разные «но». Спрос, покупательная способность населения, сбыт товара за рубеж и так далее и тому подобное. На самом деле вопросы политики и экономики слишком тесно взаимосвязаны. Нельзя развиваться однобоко. Конечно, пока что я делал упор на создание платформы для развития военных технологий. Пороха. Нужна мощная химическая промышленность. Да, хочу иметь что-то наподобие «И. Г. Фарбен», именно они обеспечивали ведение войны немецкой Германии. Мощный концерн, который будет производить все то, что нужно для войны, и еще то, что необходимо для мирной жизни. Как тут люди обходятся без холодильников? Мне-то наплевать, но в масштабах страны… Но это я так… тут люди без много чего обходятся.
А пока я набрал три десятка молодых образованных энергичных людей, которые перетрясают страну в поисках талантов. Мало ли где и что я мог упустить, память человеческая – сложный механизм, даже если улучшить ее по методу академика (хотя этот метод практиковали в его «Векторе» перед тем, как закинуть нас сюда). Улучшил. Много чего вспомнил, в том числе и того, чего вспоминать не хотелось. Когда-то мечтал стать мэром небольшого города и иметь свой асфальтный заводик. Почему небольшого? Ну, чтобы геморроя было как можно меньше, не люблю напрягаться… а асфальтный заводик? Так у меня бы в городе вскоре даже собачьи площадки были бы заасфальтированы, не только улицы и переулки! И горожанам хорошо, и мне было бы неплохо. Я всегда говорил своим приятелям: хотите, чтобы у вас в городе был порядок с дорогами – выбирайте мэром человека, у которого асфальтный заводик есть, а не пивной, от этого жлоба вы по пиву на нос даже не получите на халяву!
Создание промышленности упирается в главный вопрос: кадровый. Не деньги, нет, деньги найдутся. Схемы есть. А вот люди! Промышленность – это большое количество инженеров, организаторов, снабженцев, это большое число квалифицированных рабочих и целая армия чернорабочих. Где все это взять? У нас сейчас инженер – это редкая профессия, весьма солидные зарплаты, общественный престиж и уважение, поскольку продукт редкий (штучный). А тут нужно большое число… Откуда их взять? Приглашать из-за границы? Не выход, полумера. Значит, надо планировать подготовку специалистов. А где найти желающих учиться? Вроде бы полно будет, отбою нет… ага… Квалифицированные рабочие, еще один головняк. Такие сейчас есть, зарплаты у них ого-го! Настоящая рабочая элита, мастера своего дела. Вот только основная масса рабочих – это подай-принеси, двигай туда, пшел вон, пока не зашиб. Опять же надо создавать сеть профтехучилищ, при каждом крупном заводе желательно, чтобы готовили нужных им специалистов. Именно специалистов. Сокращая долю ручного неквалифицированного и непроизводительного труда. Этих-то откуда брать? Рабочие кадры всегда у нас из села растут, точнее, перебегают в поисках лучшей доли. Голодно. Следовательно, надо сделать так, чтобы крестьянин шел работать на завод.
И как это сделать? Сделать их жизнь на земле невыносимой, сами начнут перебегать, пример огораживания в
