данный момент, хотя иногда он отвечал и на непосредственные просьбы прислать образцы. Например, он отправил банку из‐под майонеза, полную различных фрагментов, неврологу из Калифорнийского университета в Беркли. Но он редко просил получателей сделать что‐то конкретное с “подарком”.
В результате мозг Эйнштейна стал не предметом научных исследований, а чем‐то вроде христианской реликвии, подобно языку святого Антония или сердцу святого Камилла, – осязаемым напоминанием о том, кто был больше, чем просто человеком. Вопреки желанию самого Эйнштейна и Ганса Альберта он стал объектом поклонения и паломничества. Существует специальное приложение, если вдруг кому‐то интересно взглянуть на своеобразный “атлас мозга”, составленный из слайдов и фотографий. А некоторые из фрагментов, сохраненных Харви, попали в Музей медицинской истории Мюттера в Филадельфии, где они соседствуют со злокачественной опухолью, удаленной изо рта президента Гровера Кливленда, и кусочком ткани с шеи Джона Уилкса Бута (убийцы президента Линкольна), раненного в шею при задержании.
96
5июня 2013 года с европейского космодрома, затерянного в джунглях недалеко от города Куру во Французской Гвиане, взлетел в небо беспилотный аппарат Европейского космического агентства под названием “Альберт Эйнштейн”. Размером с двухэтажный автобус, с прикрепленными к цилиндрическому корпусу четырьмя крыльями, на которых находились солнечные батареи, он предназначался для пополнения запасов еды и оборудования на Международной космической станции.
Через десять дней после старта “Альберт Эйнштейн” пришвартовался к МКС и доставил астронавтам пищу, воду, кислород и топливо. Еще он привез ящик для инструментов, напечатанный на 3D-принтере, противогазы, новый водяной насос и установку для рециркуляции, а также оборудование для научных экспериментов. Весь груз весил семь тонн и насчитывал более тысячи четырехсот наименований, в числе которых было и космическое лакомство – тирамису.
Среди прочего на борт космической станции была доставлена копия первой страницы рукописи об общей теории относительности. Примерно в четырехстах километрах над поверхностью Земли ее подписал астронавт Лука Пармитано – в знак уважения к Эйнштейну и признания его заслуг, поскольку без уравнений общей теории относительности освоение космоса было бы заметно сложнее. Учитывать эффекты теории относительности принципиально важно, например, для точного расчета орбит небесных тел или космических кораблей, исследующих Солнечную систему, а также при наблюдениях за межпланетными зондами через посылаемые ими радиосигналы.
Действительно, когда речь идет о точном определении положения тела в пространстве, необходимо учитывать теорию Эйнштейна. Нагляднее всего это видно при использовании Глобальной системы позиционирования (GPS). Навигатор в нашем автомобиле или телефоне принимает сигналы от системы спутников, вращающихся вокруг Земли на расстоянии около двадцати тысяч километров, причем каждый из них передает данные о своем местоположении и точном времени. Затем навигатор использует разницу во времени приема этих сигналов для определения расстояния до каждого спутника. И наконец, вычисляется наше собственное местоположение на Земле. Определение времени имеет решающее значение для всего процесса. Поскольку спутники находятся так далеко от нашей планеты, они испытывают более слабое гравитационное притяжение, то есть время на спутниках движется немного быстрее, чем на Земле. Если бы при работе GPS не учитывались поправки на эффекты общей теории относительности для пересчета показаний часов на спутниках по сравнению с часами на Земле, наш навигатор легко мог бы отправить нас на километры в неправильном направлении.
97
Первое испытание водородной бомбы состоялось в 1952 году на атолле Эниветок в Тихом океане, операция получила кодовое название “Айви Майк”. А бомбе дали прозвище “Сосиска”. Мощность взрыва превышала десять миллионов тонн в тротиловом эквиваленте. Диаметр возникшего огненного шара составлял около трех километров, и за секунды грибовидное облако расширилось до ста шестидесяти километров, закрыв синее море. Взрыв вызвал волны высотой до шести метров. Растительность на близлежащих островах погибла, а на корабли, находившиеся примерно в шестидесяти километрах от места взрыва, обрушились радиоактивные обломки кораллов.
В то время Эдвард Теллер, который, возможно, был самым ярым сторонником создания водородной бомбы, находился почти в восьми тысячах километров от места взрыва – в Беркли, штат Калифорния, где проводилась большая часть американских атомных исследований. Там он наблюдал за регистрацией на сейсмометре вызванных взрывом толчков. Он быстро отправил телеграмму коллеге в Лос-Аламос, сообщая: “Родился мальчик”[377].
Радиоуправляемые летательные аппараты с фильтровальной бумагой были запущены в радиоактивные облака. Собранный ими материал, а также тонны кораллов с атолла отправили в Беркли для исследований. Анализ подтвердил, что в мощном взрыве образовался новый, 99‐й элемент. В массе обломков, изученных в лаборатории, было обнаружено около сотни атомов этого элемента.
99‐й элемент – мягкий серебристый металл – светится синим в темноте. В одном его грамме содержится 1000 Вт энергии. Как и все актиниды – необычные элементы в самом конце периодической системы, – он тяжелый и очень легко вступает в реакции. Его различные изотопы имеют период полураспада от нескольких секунд до года с лишним, поэтому даже в самых комфортных условиях он не живет долго. Еще 99‐й элемент отличается тем, что пока не имеет совсем никакого практического применения.
Операция “Айви Майк” была, конечно, строго засекречена, и ее результаты не раскрывались в течение трех лет. В журнале “Физикал Ревью” от 1 августа 1955 года – через три с половиной месяца после смерти Эйнштейна – наконец была опубликована информация об открытии 99‐го элемента. В той статье Альберт Гиорсо, открывший его, вместе со своими коллегами предложил назвать новый элемент в честь Эйнштейна. В то время было не очень принято давать элементу имя ученого, хотя прецедент уже был: в 1944 году в честь давней подруги Эйнштейна Марии Кюри и ее мужа Пьера элемент с атомным номером 96 получил название “кюрий”.
Эйнштейн, несмотря на свое неоднозначное отношение к квантовой механике, был одним из ее отцов-основателей. Более того, его статья 1905 года о броуновском движении стала одной из первых, где атомы рассматривались как реально существующие объекты – по сути, Эйнштейн математически доказал существование атомов. Уже только эти два обстоятельства оправдали бы присутствие его имени в периодической системе элементов. Кроме того, поскольку 99‐й элемент родился в хаосе, грохоте и разрушениях, сопровождавших взрыв, уместно было назвать его в честь человека, который вывел формулу E = mc2, ведь она объясняла причину разрушений, вызванных водородной бомбой. И наконец, Эйнштейн написал президенту Рузвельту письмо, призывая его поддержать исследования цепных ядерных реакций. Названный в честь Эйнштейна элемент был способом почтить память самого известного в мире ученого.
Тем не менее в этом выборе нельзя не заметить иронии, учитывая опасения Эйнштейна по поводу смертоносности ядерного оружия и ограниченность
