и решительно подошёл к столу. Взяв ручку, внёс некоторые коррективы в договор и, прихватив его с собой, покинул спальню.
***
На город, отбрасывая тени, опускались сумерки, подсказывая, что времени до полуночи осталось немного. Выйдя из кареты возле дома Теи, я отпустил нанятый экипаж и удивлённо затормозил, борясь с желанием потереть кулаками глаза. А прийти в замешательство было от чего!
Буквально в нескольких шагах от меня рыжая подружка жены с агрессией дикой кошки шипела на... Дарка, пытаясь послать его в пешее путешествие с эротическим уклоном. Но демон и не думал сдавать свои позиции, заявив, что в том направлении он пойдёт только вместе с ней.
При виде маленькой девчонки, угрожающе наступающей на огромного бугая, совершенно не обращая внимания на то, что макушкой и до плеча-то ему не достаёт, не рассмеяться было сложно. А растерянность на обычно непроницаемом лице приятеля только подливала масла в огонь.
Решив, что и дальше наблюдать ссору влюблённых неприлично, я громко попросил:
– Девушка, дайте бедолаге шанс, не будьте такой жестокой!
Оба вздрогнули, словно их застали на месте преступления, но отреагировали всё же по-разному.
– А ты что здесь делаешь? – нахмурился демон.
– О, наконец-то явились, господин адвокат! – упёрла руки в бока рыжая пигалица.
– Тише, детка, давай не будем рассказывать твоему приятелю обо всём, что между нами было! – подмигнул я нахально, напомнив фразу, брошенную ею при нашей первой встрече.
Девушка покраснела, а в глазах Дарка мелькнуло желание свернуть мне шею. Не то чтобы я являюсь смертником... Просто сейчас кому-то срочно придётся оправдываться, и промывать мне мозги, мешая встретиться с подругой, будет некогда.
– Хотите поговорить с женой? Она дома, идите и не лезьте, куда вас не просят! – рявкнула Тея.
Ну вот, всё как я и предполагал. Просияв, я похлопал друга по плечу и обратился к рыжей фурии:
– Ты уж его не обижай, он у нас очень ранимый!
Заметив, как они на меня смотрят, поднял руки в примирительном жесте и, махнув кожаной папкой, скрылся в подъезде, пока они мне не наваляли, причём оба и с особой жестокостью.
Стуча в дверь, я ощутимо нервничал: одному богу известно, чего там насочинял мой мнительный чудик за это время. Я знал лишь одно: уйду я из этой квартиры только с женой!
– Ты ключи забыла, что ли? – задала вопрос супруга, открывая дверь.
– Ты мне их не давала, – признался я честно, сделав вид, что не понял к кому она обращалась.
Увидев, кто пожаловал, Нейя замерла, нервно теребя поясок безобразно короткого шёлкового халатика, демонстрирующего стройные длинные ноги. Воспоминание о том, как гармонично они смотрятся на моих плечах, словно током прошибло и чёртовы джинсы стали малы в самом интересном месте. Медленно подняв глаза с жадностью прошёлся по высокой груди, виднеющейся в глубоком вырезе, и наконец добрался до покрасневших от пролитых слёз глаз. Светящаяся в них боль мой пыл не только не остудила, но и разожгла ещё сильней, ибо захотелось отшлёпать любимую паразитку по аппетитной попке, чтобы навсегда запомнила: верить надо мужу, а не прилипчивым гадюкам! Вот представленный процесс шлёпанья и завёл, повышая градус моего возбуждения.
– Зачем ты пришёл? – спросила супруга сдавленно.
– Из-за неустойки по нашему контракту, – махнул я перед её носом папкой и, отодвинув жену в сторону, невозмутимо зашёл в квартиру.
– К-какая неустойка? – выдохнула она непонимающе.
– Читай. Вслух! – открыв папку, извлёк договор и протянул его Нейе.
– «В случае нарушения пункта 3.4 исполнитель обязуется...» Этого здесь не было! Ты позже это дописал! – выкрикнула она возмущённо.
– Ты просто невнимательно читала. Прямо как сейчас. Дочитывай!
– «Исполнитель обязуется всю свою жизнь прожить с заказчиком в статусе любимой жены. Заказчик со своей стороны клянётся никогда не изменять, беречь, любить и почитать до конца своих дней и сделать исполнителя самой счастливой женщиной на свете!»
Замолчав, Нейя нервно облизнула губы, подняла ко мне раскрасневшееся лицо и, сверкнув хитрыми глазками, протянула:
– Но я не нарушала пункт 3.4, господин адвокат. И чтобы доказать обратное, вам нужно очень постараться.
– Согласен. Тем более что добывать доказательства – моя работа, – шагнул я к супруге, вынуждая её прижаться спиной к стене тесной прихожей. – И добываю их я виртуозно. Помнишь ведь, я не проигрываю дела. А конкретно это – самое важное для меня и его я не проиграю даже под страхом смерти!
Закончил свою речь я уже в паре миллиметров от дрожащих и безумно манящих губ.
– Я дура, да? – прошептала она, положив руки мне на грудь.
– Полная, круглая, неизлечимая – выбирай какой эпитет больше нравится, – подтвердил, подхватывая любимую под попу, вынуждая обвить мою талию ногами.
Впиваясь пятками в мои ягодицы, Нейя зарылась пальцами в длинные пряди волос и выдохнула мне прямо в губы:
– Просто я очень люблю тебя и боюсь потерять.
Поцелуй – жаркий, жадный, полный страсти и нежности – мгновенно вскружил голову. Пока ещё окончательно не потерял способность мыслить, я со стоном сожаления оторвался от своего чудика и заверил:
– Я тоже безумно люблю. Но потерять не боюсь. Потому что не отпущу и никому тебя не отдам, счастье ты мое чудовищное!
Улыбнувшись, супруга провела ладонью по моей щеке и, подавшись вперёд, сильнее сжимая обхватывающие меня ноги, в самое ухо проворковала:
– Моя комната прямо и направо.
– М-м-м, – простонал, двигаясь в указанном направлении и целуя нежную шею. – Как же хорошо, что твоя подружка не скоро домой вернётся.
– С чего ты взял? – спросила девушка, откидывая голову и подставляя своё тело для ласк.
– Интуиция! – хмыкнул, распахивая двери спальни ударом ноги.
Но что-то мне подсказывает, даже если я ошибся и Тея придёт раньше, мы этого не заметим!
53
НЕЙВАРА.
Проснувшись в тёплых, уютных объятиях, я, не открывая глаз улыбнулась и теснее прильнула к широкой груди, потеревшись об неё носом. По щеке скользнули нежные пальцы, ласково убирая за ухо разметавшиеся пряди волос.
– С добрым утром, чудик, – прошептал муж и поцеловал меня в висок.
– Хочу такое же доброе каждый день и всю свою жизнь, – ответила я, улыбнувшись, и, подняв голову, посмотрела в небесно-синие глаза.
– Уверяю тебя, так и будет. А сейчас... Нам бы домой вернуться, не то
