все это время исследовала подземелья Академии. Мышка обнаружила три потайные комнаты, в которых явно что-то скрывалось и имелась магическая защита. Также целая сеть скрытых потайных помещений, которую сразу так и не обнаружить. Однако в голове выстроился план по коммуникации Академии, и было очевидно, что за толстыми стенами что-то скрывается. План был неполный, но мышка с максимальной скрупулезностью, будто зарисовывала исследованные метр за метром в своей голове. А план у нее получился что надо.
Что ж, когда мне будет скучно и нечем будет заняться, можно будет поизучать, что же скрывает древнее здание, путешествующее по пространству. Ладно, резвятся зверюшки, пускай резвятся. Я пока пойду что-нибудь положу в желудок. Умеренность для настоящего адепта разума — это, конечно, хорошо. Но для молодого юного тела барона, излишний аскетизм на пользу не пойдёт.
Стоило выйти из своей комнаты, как у меня случилось дежавю.
В дальнем углу холла, на высоком кресле, восседала графиня Снежинская. Девушка явно ждала меня, потому как при моём появлении, мы встретились с ней глазами, и она неспешно поднялась, не отводя взгляда.
— Добрый вечер! Слышала, ты отличился сегодня на дебютной вылазке.
Я неопределённо пожал плечами, выжидательно глядя на неё.
Снежинская слегка отставила ножку, подперев бок, выгодно встав передо мной.
— Я не ошиблась в тебе. Я думаю, что, если мы с тобой объединим силы, мы действительно сможем добиться немалых высот. Подумай об этом.
— Обязательно подумаю, — улыбнулся я и направился к выходу.
Снежинская видимо ожидала что я продолжу беседу, и немного растерялась.
Я, получая истинное удовольствие от ситуации, задержался лишь у самого выхода.
— Вас проводить до столовой, ггоспожа Снежинская?
— Конечно, я не возражаю, — слегка надув губки произнесла она.
Девушка, не спеша, направилась ко мне и взяла меня под локоток.
— К слову, мне кажется, мы начали знакомство не с того. Да и что-то мне подсказывает, у тебя сложилось обо мне не совсем верное мнение, — начала девушка.
— С чего это? — хмыкнул я.
— Например, инцидент произошедший на перроне, с бароном Росомахиным… он мог выставить меня в не самом радужно свете. А ты, как я заметила, завёл дружбу с этим бароном. Но ты ведь понимаешь, он сам напросился.
— Меня это не касается, — хмыкнул я. — Это ваши личные с ним дела.
— Вот и славно. К тому же, обо мне часто складывают неверное мнение, будто я заносчивая и высокомерная. Но это совсем не так. Например, до меня уже дошли слухи, кого именно в нашей академии лишили графского титула.
Она решительно посмотрела на меня, будто ожидая, что я сейчас начну совершать ошибки. Ага, не на того напала.
— Так, и что ты собираешься делать? — спросил я.
— Предложить тебе поддержку и любую помощь, которая потребуется, — изобразив в голосе высшую степень благородства произнесла девушка. — То что мы обсуждали сегодня, остаётся в силе, и изменение твоего статуса на моё предложение совершенно не влияет. Однако не всё так просто, и не одна я такая добрая.
Она улыбнулась настолько ехидно, что сразу стало очевидно, слово доброта к ней совершенно никаким боком не относится.
— Как ты верно заметил, титулы имеют большое значение в нашем мире. Но умение, здоровье, опыт, навыки могут компенсировать даже низкое происхождение.
— Низкое происхождение? — усмехнулся я.
— Ты понимаешь, о чём я.
— Понимаю. Но ситуация, когда графа лишают его титула, и пускай ставят в более низкий статус — это, конечно, печально. Но в то же время у такого аристократа больше нет ограничений. Нету главы рода, который будет за ним присматривать, и не нужно действовать с оглядкой на свою семью, чтобы никого не огорчить. Так что я считаю, у такого положения много плюсов. Руки мои теперь развязаны.
Девушка улыбнулась.
— Очень самонадеянно и самоуверенно. Но я уже изучила тебя. В этом весь ты. Как там тебя назвали? Архимаг Алексиус Бронин? Что ж, господин Бронин, это лишь попытка себя успокоить. Ведь, по сути, ты теперь остался один. Семья, на которую, как ты говоришь, нужно все время оглядываться и считаться с ней, это не просто балласт. Семья это источник и основа твоей власти, твоих возможностей, твоего статуса. Это то, что придает силы любому твоему слову и действию, что заставляет с тобой считаться. А ты теперь этого лишён. А еще ты совершенно один.
— Но не только семья может быть таким гарантом. Ведь друзья, обладающие большой властью, могут послужить не хуже, чем семья, — продолжила елейным голоском Снежинская.
— Но не на постоянной основе, — улыбнулся я.
Всё-таки, кое-какие уроки из жизни я вынес. Снежинская говорила всё верно. Но было много нюансов. И один из таких значительных нюансов был её герб. Аристократам с хладнокровными или ядовитыми созданиями на гербах никогда не стоит доверяться, ведь они ужалят тебя и используют все возможности, чтобы получить максимум выгоды не упустить своего. Сделают они это с максимальной хладнокровностью и безжалостностью. Такие благородные аристократы, к сожалению, лишены всякого благородства. При всех прочих равных, куда выгоднее было бы заручиться поддержкой Орлова, или той же Волковой. По крайней мере, в них куда больше честности, добропорядочности и чистоты намерений. А вот в Снежинской я совсем не уверен. Ведь, к тому же, такая порода людей не забывает ничего, ни одной шутки, ни одного случайно сказанного слова.
Попасть к ней в немилость слишком легко. И доверяться ей будет большой ошибкой. А расплата за такие ошибки слишком уж высока.
— Дорогой Алексей, не думай, что я коварная особа и со мной опасно иметь дела, — произнесла она, будто прочитав мои мысли. — Я вовсе не так плоха. И мне не чужды простые человеческие радости и жесты доброй воли. Одно только то, что я иду с тобой под руку и показываюсь на людях, уже многое даёт тебе. Я бы на твоём месте использовала все эти шансы сполна.
Мы как раз вошли в столовую, и на нас действительно скрестились многие взгляды.
— Что ж, дорогой Алексей, хорошенечко подумай о том, что я тебе сказала. Видишь, мне даже не важно, что ты потерял свой статус. Ведь мы об этом говорили, когда ты ещё был графом, и я не отказываюсь от своих слов, когда так неожиданно стал бароном. Помни о моей доброте и помни, со мной лучше дружить. Это
