- Прошли два года и двести два дня войны. На фронте... | Facebook
September 13, 2024 23:23
Игорь Эйдман - Кто заглотил чекистскую наживку? На Лубянке вчера... | Facebook
Кто заглотил чекистскую наживку? На Лубянке вчера открывали шампанское. Это была самая удачная операция по дискредитации и моральному уничтожению оппозиции за всю новейшую историю. Даже из так называемого расследования ФБК очевидно, что его источники: Блинов и Матус - чекистские провокаторы. Именно они замутили этот скандал. Если источники скандала провокаторы, значит и он сам - результат чекистской провокации. Причем, руководство ФБК ещё не поняло, видимо, что эта провокация была направлена не только против Невзлина и Ходорковского, но и против него самого и оппозиции в целом. Уже по первой реакции в сети видно, что множество людей не поверили ФБК, обвиняют Волкова и Певчих в сведении счетов и клевете. Таким образом по репутации ФБК нанесен мощный удар. Заглотив чекистскую наживку, ФБК дискредитировал себя. Вероятно, это и было одной из целей провокации. Пока нельзя исключить, что Невзлин и Ходорковский тоже поддались на какие-то разводки и дали возможность себя подставить. Чекистские провокаторы могли втереться к ним в доверие, тем более неразборчивость Ходорковского в выборе сотрудников общеизвестна (достаточно вспомнить Марию Баронову). Но всё это пока далеко не очевидно. А то, что на провокацию поддался ФБК, стало после публикации его «расследования» свершившимся фактом. «А что нужно было делать Волкову и Певчих?» - спросите вы. Элементарно, Ватсон. Что бы сделал человек с правовым сознанием, живущий в демократической стране, с некими доказательствами преступления против него, полученными из более чем сомнительного источника? Конечно, он просто обратился бы в правоохранительные органы этой страны (в данном случае Литвы, а также Польши, где вроде как прячется Блинов) и передал бы им эти документы и информацию о предполагаемых преступниках. А не побежал бы, задрав штаны, публиковать материалы заведомых провокаторов в ближайшую желтую газету.
Игорь Эйдман - Кто заглотил чекистскую наживку? На Лубянке вчера... | Facebook
September 13, 2024 09:15
Abbas Gallyamov - НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН... | Facebook
Тем, кто сейчас хоронит российскую оппозицию, напомню, что главный обеспечивающий её существование фактор - это Путин. Не Невзлин с Ходорковским, не Волков с Певчих, а действующий президент. Поэтому не надо преувеличивать значимость происшедшего. Это точно не катастрофа. Пока есть Путин, пока он делает то, что он делает, российская оппозиция будет воспроизводиться снова и снова, безотносительно к персоналиям. У политики есть социальные основания, не надо про это забывать. Оппозиционность востребована значительной частью общества, она существует не потому что так захотел Невзлин или Волков, а потому что как минимум треть россиян настроена антипутински, в то время как ещё одна треть пока ещё колеблется, но тоже уже Путину не очень верит.
Abbas Gallyamov - НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН... | Facebook
September 13, 2024 09:12
Маша Слоним - Вспомнила старый анекдот: «Сара, то, что мы... | Facebook
Вспомнила старый анекдот: «Сара, то, что мы принимали за оргазм, на самом деле астма!». То, что некоторые принимают за журналистские расследования, на самом деле - политические разоблачения оппонентов любыми средствами.
Маша Слоним - Вспомнила старый анекдот: «Сара, то, что мы... | Facebook
September 13, 2024 09:01
Abbas Gallyamov - НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН... | Facebook
Представил себе, что какие-нибудь совсем незнакомые с Россией люди просят меня в нескольких словах перечислить основные характеристики российского политического сообщества, его ментальные и поведенческие особенности. Вот что получилось*: 1. Комплекс неполноценности, помноженный на манию величия - комбинация, ведущая к периодически сменяющим друг друга циклам самовосхваления и самоуничижения; 2. Длинные периоды доминирования консервативных настроений, перемежаемые вспышками яростного желания отринуть прошлое и всё перестроить; 3. Склонность к централизации, компенсируемая нелюбовью к центру и периодическими всплесками регионализма; 4. Ориентация на силу и успех; 5. Неискренность; 6. Жизнь напоказ; 7. Недоверие к окружающему миру и привычка незаметно (а на пике тренда, наоборот, демонстративно) от него отгораживаться; 8. Отсутствие привычки к умеренности и неумение вовремя остановиться; 9. Адаптивность и умение приспосабливаться; 10. Неспособность к самоорганизации, привычка организовывать процессы через внешнее регулирование; 11. Чрезмерная эмоциональность и, как следствие, определённая поверхностность в суждениях; 12. Чрезмерная зацикленность на обряде в ущерб содержанию; 13. Привычка жить одним днём, сочетающаяся с тоской по стратегическому планированию; 14. Конъюнктурность; 15. Завистливость; 16. Агрессивность и привычка решать вопросы силой; 17. Терпеливость, граничащая с фатализмом и пассивностью; 18. Инфантильность и спрос на заботу сверху; 19. Зацикленность на консенсусе и неготовность терпеть несогласие; 20. Любовь к морализаторству в собственном исполнении и нелюбовь к нему же в исполнении кого-нибудь другого; 21. Цинизм; 22. Равнодушие к морально-этическим аспектам происходящего, прикрываемое активным - и очень поверхностным - морализаторством на публике; 23. С трудом прорастающее, едва пробивающееся, но всё-таки ещё явно недостаточное уважение к личности; 24. Привычка к регламентированию и отсутствие внутренней свободы; 25. Дефицит автономности; 26. Иерархичность; 27. Обидчивость; 28. Наносной, поверхностный коллективизм, прикрывающий глубинный индивидуализм; 29. Непрактичность; 30. Инерционность; 31. Безответственность; 32. Эмоциональная неустойчивость; 33. Неспособность к самоограничению; 34. Несамодостаточность и сильная зависимость от мнения окружающих, время от времени компенсируемая взрывом демонстративного наплевательства по отношению к тому, что эти окружающие скажут; 35. Декларативная любовь к «большому дискурсу» и мессианству, компенсируемая внутренним недоверием ко всему глобальному; 36. Декларативная приверженность эгалитаризму, скрывающая повсеместную тягу к расслоению; 37. Внеисторичность, неспособность почувствовать динамику процесса, чрезмерная фиксация на статус-кво, когда каждое конкретное
