Но в планы Тимура Москва не входила, он попросил их высадить у придорожного кафе, где останавливались дальнобойщики. Тимур снял комнату, где Крис смогла спокойно принять душ и переодеться. А в это время Молотов искал тех водителей, которые ехали в сторону границы.
Путь в Белоруссию занял у них около двух самых выматывающих дней. Высаживаясь перед постами ГАИ, они шли пешком, обходя опасные участки, затем вновь ловили попутки. Крис устала настолько, что даже не перечила ему ни в чем: безропотно выполняла все, что он требовал или просил, лишь ночами порой рыдала, и Тимуру приходилось успокаивать ее.
Когда они сумели добраться на грузовозе до первого белорусского городка Лиозно, была уже ночь. В гостинице они сняли двухместный номер с раздельными кроватями, стоящими у противоположных стен. Тимур, прикрыв глаза, упал на свою, слушая, как шумит в ванной вода. Крис пошла смывать с себя грязь дорог. Полежав немного, Молотов понял, что хочет присоединиться к ней. Скинув с себя одежду, он открыл дверь в ванную комнату, стены которой украшала кафельная плитка голубой расцветки. Крис удивленно моргнула, стыдливо прикрыв руками грудь.
– Что, уже? – спросила она, стоящая в белой ванной.
Тимур кивнул, приблизившись. Он практически не лгал, пусть не из-за приступа, но он хотел ее. Соблазнительные изгибы женского тела под струями воды пробуждали желание в его крови. Крис отозвалась на его немой призыв. Мужчина присоединился к ней, принося с собой страстные поцелуи, крепкие объятия. Он гладил упругие бедра, сжимал холмики грудей. Медленно наслаждался тихими стонами Крис, робкими поглаживаниями ее ладоней. Он неспешно пробовал на вкус бархатистую кожу на плечах, плавно переходил к шее, чтобы добраться до мочки уха. Развернув к себе спиной Крис, он приказал опереться о стену, порывисто сжав ее бедра, прижал к своему паху.
Кровь бурлила в венах, страсть туманила разум. Он овладел Кристиной мучительно медленно. Ему нравилось, как нетерпелива его любовница. Как она сама пытается насадиться. И он готов был подарить ей наслаждение. Их движения были в одном порыве, их стоны вторили друг другу. Они были единым целым, стремясь получить одно и то же. Ускоряясь, Тимур, прикрыв глаза, видел, как срываются тонкие руки, как Крис валится с ног, которые отказывали хозяйке. Она вся была во власти безумной страсти, не осознавала, как шепчет его имя, как жарко стонет. Боднув ее бедрами в последний раз, Тимур придержал девушку, помогая не упасть. Излившись в нее, Молотов сел в холодную ванную, включил теплую воду и расслабился, откинувшись на бортик спиной. Девушка лежала на его груди, пребывая в разнеженном состоянии.
– Ларис, ты могла бы… – Тимур замялся, удивляясь своей робости. Обычно он никогда не пасовал перед ней.
– М-м-м? – рассеянно обернулась к нему Крис.
Она положила свою голову ему на руку, улыбаясь. Тимур осторожно убрал с ее лица влажные волосы, открывая лоб. Затем выключил воду, и ванная комната погрузилась в тишину.
Тимур вновь попыталась спросить:
– Если вдруг мы не сумеем излечиться, ты опять сбежишь?
Крис моргнула, нахмурилась. Она долго молчала, разглядывая мужчину, а он, стиснув зубы, ждал ее ответа.
– Если ты будешь вести себя как варвар – сбегу.
– Варвар? – недоуменно переспросил Тимур.
– Ну да, чуть что тащить в кровать и удовлетворять свою похоть, не слушая моих возражений.
– Вообще-то, я тебя выслушиваю.
– И все равно делаешь, как тебе хочется, – обиженно шепнула девушка в ответ, отводя взгляд.
– Лариса, меня учили принимать решения, полагаясь на свои силы, поэтому могу заверить, что все мои действия выверенные и продуманные.
– Ну да, – усмехнулась девушка. – То есть ты хочешь сказать, что все равно будешь делать так, как посчитаешь нужным, а на мое мнение наплевать?
– Если оно неверное, то да. Если ты предложишь что-то разумное, то почему бы не воспользоваться твоим советом.
Крис попыталась встать, вырываясь из захвата Тимура.
– Ну что не так? – рявкнул он, отчего Крис плюхнулась в воду, расплескав ее на пол.
– Ты меня глупой обозвал! – гневно прошипела она.
– Да когда? – возмутился Тимур. – Я тебя и словом не оскорбил!
– Только что ты сказал, что если я предложу что-то умное, но сам понимаешь, что такое бывает крайне редко.
– Лариса…
– Крис! Меня зовут Кристина! – в негодовании выкрикнула девушка, и Тимуру пришлось сжимать ее ногами, чтобы она не ударилась о чугунные стенки ванной.
– Ларис, ты устала. Сейчас выходишь и ложишься спать. Утром проснешься и объяснишь мне еще раз, когда я тебя оскорбил. Так как я этого точно не делал.
Сложно было ему понять женскую логику. И ведь расстроилась она на самом деле, значит, обидел он ее, как тогда, в самолете.
Девушка выбралась из ванной, встала на кафельный пол, быстро вытерлась под плотоядным взглядом Тимура, а затем вышла в комнату.
– Что за женщина, – выдохнул Молотов, прикрыв глаза, опускаясь в воду. Нужно было разобраться с ней, чтобы не наступать на одни и те же грабли.
Ночью, пока Крис спала, Тимур на ноутбуке набрал письмо для Коломеевского с инструкциями и именами всех членов бандитской группировки Кемеровской области, а также связных в других районах.
Поглядывая на спящую девушку, Молотов понял, что хочет в отставку. Он больше не мог играть в эти игры, не сейчас, когда поддался искушению и вкусил прелести совместного существования с робкой Кристиной. Теперь его еще больше беспокоила ее безопасность, а он Родионову засветил, значит, дал врагам в руки оружие против себя.
Второе письмо он написал своему бывшему начальнику, где подробно описал все, чем занимался после взрыва лаборатории. Он написал, что устал и уходит. Он сделал все возможное, чтобы вернуть себе честное имя: задание он, в конце концов, выполнил и вычислил всех участников, вплоть до организаторов, данные о которых хранились в ноутбуке. К письму он приложил самый настоящий рапорт об увольнении. Формальность, но зато приятно.
Закончив с делами, Молотов лег на кровать к девушке под одеяло и прижал ее к себе. Она спросонья развернулась к нему лицом и, уткнувшись носом в грудь Тимура, сладко посапывала. Мужчина провел рукой по мягким волосам, окунаясь в аромат геля для душа, исходивший от Кристины. Он прикрыл глаза, погружаясь в сон, вспомнил ее наивные слова, что если не будет вести себя как варвар, то она останется с ним навсегда. Как будто у нее был выбор.
Россия
Москва
В своем кабинете Глеб Александрович не всегда чувствовал себя уютно. Вся мебель и интерьер остались от прежнего начальника. Менять что-либо у Коломеевского не было ни сил, ни времени, ни настроения. Огромный дубовый стол времен Советского Союза хранил на себе отпечатки прежних хозяев. На полках книжного шкафа стояли чужие книги, к которым Глеб ни разу не прикоснулся. Единственное, что менялось в этой комнате, – это портреты президентов и сами хозяева кабинета.
