Читаем без скачивания Разрешаю умереть - Питер Джеймс

удачливым преступникам, самоуверенный Пападопулос утратил бдительность и попытался нанять тайного агента полиции, чтобы тот искалечил его конкурента по бандитским делам. Это громкое дело изо дня в день фигурировало в местных новостях.

– Нет, серьезно, – сказал после паузы Брэнсон, – просто знай, что я очень за вас переживаю. И Шивон тоже. Она передает привет. Если понадобится собеседник, просто позвони.

– Позвоню. Спасибо.

– Ни о чем не беспокойся, все под контролем.

– Спасибо. – Грейса вдруг подвел голос, и ответ дался ему с трудом. – Ценю.

Он завершил звонок, встал и вышел в сад в сопровождении понурого Хамфри. По всей очевидности, псу передалось настроение хозяев. Грейс направился к курятнику. Отодвинул шпингалет, вошел и закрыл за собой дверь, оставив Хамфри снаружи.

Как и говорила Клио, две любимицы Бруно – Фрейлейн Андреа и Фрейлейн Джулия – оказались мертвы. Шеи кур были изогнуты под неестественным углом.

Грейс присел и потрогал тушки. Твердые и холодные. И лежат так аккуратно, друг против друга.

Нет, лиса тут ни при чем. Она растерзала бы добычу или отгрызла головы и лапы. И причиной смерти не могли стать яйца, застрявшие в яйцеводах, ведь тогда куры не лежали бы так симметрично.

Нет, их убили преднамеренно. Видно же, что обеим свернули шею.

Грейсу опять вспомнился вчерашний разговор с Бруно. Казалось, это было целую вечность тому назад.

«Ты знаешь, что в Древнем Египте, когда мумифицировали покойника, его любимых питомцев тоже убивали, подвергали мумификации и укладывали в ту же гробницу?»

Понимая, какие страдания причинил Клио вид этих кур, Грейс взял в сарае лопату и подобрал тушки. Подняв их повыше, поскольку Хамфри проявлял к его ноше самый живой интерес, Рой вышел за калитку, а пса оставил внутри, чтобы тот не путался под ногами. Он поднялся до середины холма, остановился у большого куста английского дрока и аккуратно положил кур на землю.

Вогнал лопату в твердую сухую почву и, нажимая подошвой на наступ, стал копать яму – достаточно глубокую, чтобы до несчастных созданий не добралась лисица.

Дело оказалось непростым, и вскоре Грейс насквозь пропотел. Он думал то о разговоре с Брэнсоном, то о буклете, любезно предоставленном ему в больнице, – пошаговом списке действий для родни доноров.

Завтра утром Грейс первым делом отправится в брайтонское бюро регистрации, где получит справку о смерти Бруно. Затем им с Клио предстоит выбрать похоронную контору и принять множество решений насчет гроба, службы и так далее. Грейс был твердо уверен, что мальчика надо похоронить на одном кладбище с матерью, как можно ближе к ее могиле. Дедушка и бабушка Бруно придерживались того же мнения.

Но все это завтра. Не сегодня.

Он постоял, глядя на небо, впитывая атмосферу прекрасного вечера и вспоминая, как славно проводил время со старшим сыном.

Затем снова взялся за работу, а когда решил, что яма достаточно глубока, встал на колени и опустил в нее обеих кур. Неподалеку Рой заметил розовый полевой цветок. Подошел к нему, сорвал, положил на тушки птиц и стал забрасывать их землей.

68

6 сентября, пятница

Вскрытие Бруно провели в четверг, причем не в Брайтоне, а в морге Уэртинга. Заручившись согласием коронера и адвоката, нанятого Кристофером Гудманом, защита предложила кандидатуру собственного патологоанатома по имени Эшли Браун, и тот присутствовал при работе местного специалиста, дабы избежать повторного вскрытия. При тесном взаимодействии с хирургами-трансплантологами подтвердили причину смерти – травмы, полученные в результате несчастного случая, – и Браун сообщил коронеру, что готов вернуть тело для похорон.

В четверг Клио сопровождала Роя в невеселом путешествии за свидетельством о смерти, а сегодня они условились о встрече с распорядителем похорон. Оба решили не ходить на работу, а побыть вместе и поддержать друг друга.

Некоторое утешение принесли многочисленные электронные письма и соболезнования в соцсетях – сообщения от родственников, друзей и коллег, в том числе от главного констебля, комиссара по полицейским и криминальным делам, директора школы Святого Христофора, нескольких учителей и еще одно, от Кассиана Пью, неискреннее и нежеланное. Кроме того, Грейс изрядно удивился, получив пару сочувственных писем от знакомых преступников.

Мемориальную страничку на «Фейсбуке» открыла семья Липперт, опекавшая Бруно после несчастья с его матерью, и там уже появились соболезнования людей, с которыми Грейс даже не был знаком, а также прочувствованный текст за авторством Эрика Липперта – лучшего друга Бруно из Германии. Грейс не поверил своим глазам, увидев на этой стене сообщение от Кассиана Пью на немецком языке. Что бы это значило?..

Уже второй раз за полтора года Грейс очутился в похоронной конторе. В прошлый раз он обсуждал нюансы погребения Сэнди, поскольку решил похоронить ее здесь, в Англии, чтобы Бруно мог в любой момент посетить могилу матери.

Но Грейс представить себе не мог, что будет заниматься похоронами сына.

Они с Клио отказались от мысли о кремации, сделав выбор в пользу погребения – ведь Рой хотел, чтобы его сын упокоился на кладбище Всех Святых, в пригороде Брайтона под названием Патчем, как можно ближе к могиле Сэнди.

Было решено довериться той же фирме, что занималась погребением Сэнди, и Грейс, войдя в занавешенный зал похоронного бюро, с удовлетворением отметил, что их встречает сам владелец, уже знакомый ему Томас Гринхейзен.

Этот рослый, одетый в строгий костюм шестидесятилетний мужчина с седой шевелюрой и сверкающими голубыми глазами каким-то образом умел находить равновесие между добродушным легкомыслием и торжественной почтительностью.

«Наверное, по выходным он, сбросив рабочую одежду, играет в группе – на банджо или укулеле», – подумал Грейс.

Распорядитель похорон приветствовал обоих искренним поклоном, после чего пожал им руки – сперва Клио, затем Рою, и оба рукопожатия длились несколько секунд, будто таким образом Гринхейзен заявлял о правах на клиента.

– Мистер и миссис Грейс, для начала позвольте сказать, что я невероятно опечален вашим скорым возвращением. Примите глубочайшие соболезнования в связи с этой чудовищной утратой. Одиннадцатилетний мальчик… – Гринхейзен покачал головой. – Вряд ли я могу хоть как-то вас утешить, но заверяю, мы сделаем все возможное, чтобы облегчить ваше бремя.

Грейсу, как бы цинично это ни звучало, вспомнился один из его прежних начальников, некий Дик Джексон. В те годы Рой был детективом-сержантом, а Джексон – его инспектором. На пенсии этот бедняга планировал вложить сбережения в похоронное бюро, поскольку, с некоторым самодовольством говаривал он, в этом деле, как и в торговле съестным, невозможно прогореть. При жизни все нуждаются в еде, а после смерти – в похоронах. Джексон шутил, что даст своему бюро название