Сэр Хью вернулся в кофейную и только начал рассказывать, что Най, наверное, вышел, как раздавшийся наверху крик заставил его замолчать. Мисс Тэйн, которая несколько минут назад поднялась, чтобы снять шляпу и накидку, спускалась по лестнице, возбужденная и перепуганная.
– Сэр Тристрам, что-то случилось, пока нас не было! В моей комнате все перевернуто вверх дном и в других тоже! Где Най?
– Так, – хмуро произнес сэр Тристрам, – в этом нам придется разобраться. Но есть более серьезный вопрос – где Людовик?
Людовика нашли мирно спящим в его подземном убежище. Он ничего не слышал и когда узнал, что все комнаты разгромлены неизвестными людьми, то заявил, что это, наверное, Бэзил снова искал его.
– Да, но если он рассчитывал найти вас среди моей одежды, то какого же мнения он обо мне? – заявила мисс Тэйн. – Сэр Тристрам, а не кажется ли вам, что он похитил Ная и Клема?
– Едва ли, – ответил Шилд.
Он прошел через коридор в бар и заметил, что люк, ведущий в подвал, закрыт. На всякий случай поднял его крышку и крикнул:
– Най! Вы там, внизу?
Ему никто не ответил. Сэр Хью вошел и доложил, что не обнаружил никаких следов присутствия Ная, но, заметив, что Шилд открыл люк, уточнил, что та мадера, которую он имел в виду, хранится не в этом подвале.
Шилд разыскал свечу и зажег ее от огня камина.
– Я ищу Ная, а не мадеру, – объяснил он, спускаясь в темноту подвала.
Спустя некоторое время послышался его голос, приглашающий сэра Хью спуститься к нему:
– Тэйн! Прихватите лампу, я нашел их!
Сэр Хью с зажженной лампой спустился в подвал, где и нашел Шилда, хладнокровно поджидающего его со свечой в руке, а у его ног лежали два крепко связанных человека с кляпами во рту.
– Да будь я проклят! – моргая воскликнул сэр Хью. – Сначала одно, потом другое! Это самая странная гостиница из всех, в которых я останавливался.
Шилд задул свечу, приказал сэру Хью поставить лампу и развязать Клема, сам же принялся освобождать Ная. Как только Най обрел способность говорить, он спросил:
– А мистер Людовик цел?
– Он в порядке, – ответил Шилд. – Что здесь произошло, черт возьми? Кто на вас напал?
– Я их никогда прежде не видел, – ответил Най, растирая онемевшие суставы. – Боже, только подумать, что они застали меня врасплох! Меня! Они приехали, как я подумал, с брайтонской каретой. В баре в это время, кроме меня, никого не было, и я повернулся к ним спиной, чтобы взять с полок пару кружек, и тут что-то ударило меня по голове, и когда я очнулся, то оказался там, где вы меня нашли, а Клем лежал рядом! У меня на затылке шишка с куриное яйцо!
– О боже, Най, это же такой старый трюк, и вы на него попались! – с сожалением произнес Шилд.
– Я знаю, сэр, и вам не стоит говорить мне это. Хорошо меня надули!
– Такие вещи, – заявил сэр Хью, разрезая веревки, которыми был связан Клем, – уже не шуточки. Вас тоже ударили по голове?
Клем, однако, избежал этой участи. Он был сильно избит и весь в синяках, но враги одолели его, не оглушая. Услышав, что кто-то зовет буфетчика, Клем сразу же явился в бар. Он увидел только одного человека, который ждал у стойки, но тот, кто прятался сзади за дверью, накинул ему на голову пальто, и Клем не успел высвободиться, как оба незнакомца навалились на него, связали и заткнули рот кляпом – так же, как хозяину.
Как выяснилось, злоумышленники побывали в каждой спальне, вытащили все ящики и вывернули их содержимое на пол, выбросили одежду из шкафов, раскрыли все чемоданы сэра Хью и вообще все перевернули вверх дном.
Когда сэр Хью увидел все эти разрушения, он просто лишился дара речи.
– Не похоже, что они искали Людовика! – заметила мисс Тэйн. – Такое впечатление, что здесь побывали воры, но вот мой ларчик с украшениями – он открыт, а все украшения лежат горкой на туалетном столике! У тебя что-нибудь пропало, Хью? Думаю, у меня все цело.
– Я… – Сэр Хью запнулся. – Как я могу судить о том, что пропало, в таком беспорядке?
Шилд мрачно осмотрел разгромленную комнату.
– Нет, они искали не Людовика, – подытожил он. – Но что? Что у вас было такое, в чем так отчаянно нуждается Красавчик?
– Вы хотите сказать, что весь этот беспорядок устроил тот самый кузен Левенхэм, который вломился сюда прошлой ночью? – спросил сэр Хью.
– Боюсь, что это так и есть, – подтвердил Шилд.
– Стоит мне только на ярд отойти от этого места, – заворчал сэр Хью, – как тут же кто-то появляется, словно следит за мной. Конечно, это ужасно, что преступник тайком проникает в гостиницу, чтобы воткнуть нож в юного Левенхэма, но, когда он переворачивает мою комнату вверх дном, это уж слишком далеко заходит!
– Нож! – воскликнула Эстаси. – Он пришел за ножом, конечно! Сэр Хью забрал его той ночью!
– А куда он делся? – спросил Шилд. – Они нашли его?
– Мы скоро узнаем это, сэр, – ответил Най. – Его оставили на столе в кофейной, а утром, посчитав, что мы можем использовать его как доказательство, я спрятал нож в шкаф, где храню фарфор, в тот самый, где сыщики испортили замок, сэр.
– Идите и посмотрите, там ли он, – распорядился сэр Тристрам. – Я так предполагаю, хотя… Видите ли, на самом деле мы не можем предъявить ему обвинение в том, что он проник сюда, потому что с таким же успехом Красавчик может обвинить и нас в том, что мы вломились в Дауер-Хаус. Ему это известно. Он не дурак!
– Он слишком встревожен, для того чтобы хладнокровно обдумывать свои поступки, – предположила мисс Тэйн.
Най вернулся в комнату:
– Они не догадались заглянуть в укромные уголки, ваша честь. Вот этот кинжал!
Сэр Тристрам осмотрел кинжал и сказал:
– Это его вещь – так мне кажется. Но я не мог бы присягнуть в этом. Тут нет никаких особенных знаков.
– О, как это глупо с нашей стороны! – воскликнула вдруг мисс Тэйн. – Конечно, он приходил не затем, чтобы найти кинжал. Он приходил за своим лорнетом! Тут уж никак нельзя ошибиться. Он совершенно уникален: я его немедленно смогу узнать, да и Най тоже. Где он? Хью, он был у тебя. Куда ты его дел?
– Дел что? – спросил сэр Хью, который ходил по комнате туда и сюда в бесплодных попытках навести порядок.
– Лорнет Красавчика, мой дорогой! Я уверена, что ты держал его в руках прошлым вечером, когда мы с Эстаси отправились спать.
– Не знаю, куда я его дел, – сказал сэр Хью, нагибаясь, чтобы поднять смятый галстук. – Куда-то положил.
– Куда? – настаивала мисс Тэйн.
– Я забыл! Салли, вот мой новый костюм для верховой езды. Только посмотри на него! Он пропал!..
– Нет, дорогой! Клем выгладит его. Ты должен знать, куда положил тот самый лорнет. Думай!
– У меня есть более важные вещи, о которых мне стоило бы подумать, чем какой-то лорнет, который мне не принадлежит и который мне вообще не нравится. Уродливая, чрезмерно украшенная вещь – вот что это такое! Мне кажется, я оставил его на столе в кофейной комнате.
