Теплый запах его кожи смешался с едва ощутимым ароматом ее дневных духов и мускусным запахом секса. Рафаэль ласкал ее груди, и соски затвердели под его руками.
Боль постепенно исчезла, и она открыла рот шире, отвечая на его поцелуи. Их языки переплелись, лаская друг друга.
Его руки продолжали исследовать все изгибы ее тела.
— Такая сладкая, такая упругая, — шептал он, пошире раздвигая ей ноги.
— Что ты собираешься делать? — встревоженно спросила она.
— Я собираюсь закончить начатое, моя дорогая, — улыбнулся он, сгорая от желания.
Он снова вошел в нее, но теперь его движения стали быстрее.
Он стонал, ускоряя темп, и, казалось, не мог остановиться. Он был похож на летний шторм, неистовый и горячий. Кожа его покрылась потом.
Дэни стало казаться, что сейчас он разорвет ее пополам, и она, закрыв глаза и закусив губу, молча принимала его неистовость, положив себя на алтарь любви.
Затем случилось невероятное. Боль ушла, и по телу ее разлилось блаженство.
Вздрогнув, она открыла глаза и посмотрела на него. Его глаза были закрыты, движения подчинялись определенному ритму. Его лицо было влажным от пота, но выражало неописуемый восторг.
— О Господи! — простонал он. Минутой позже застонала и она. Завороженная и удивленная, Дэни, почувствовав облегчение, полностью расслабилась, чувствуя, как страсть горячит ее вены. Пораженная этим новым ощущением, она заплакала, крепко прижимаясь к нему. У нее возникло чувство, словно она появилась на свет ради этого момента.
Завладев ее ртом и оперевшись на руки, он сделал несколько последних ударов, извергая в нее свое семя. Первобытный крик радости сорвался с его губ. Со вздохом облегчения он рухнул на нее, и она приняла его в свои объятия.
Рафаэль тяжело дышал, но на лице его появилось выражение полного удовлетворения. Дэни нежно улыбалась, наполненная сладким чувством, что теперь они действительно принадлежат друг другу.
Даже если она умрет во время родов, выпавшее на ее долю счастье этого стоит.
— Я должен тебе кое в чем признаться, — проговорил Рафаэль, целуя ей руку.
Дэни помрачнела. Она уже знала о его визите к Хлое Синклер и не была уверена, что хочет это обсуждать.
— Правда заключается в том, что я на тебе женился вовсе не потому, что ты была Всадником в маске. Откровенно говоря, мне совсем не нужна была твоя популярность в народе. Это было только предлогом для того, чтобы ты приняла мое предложение. Все гораздо сложнее… Я просто не знал, как сказать тебе об этом.
— О чем, Рафаэль? — спросила она, ничего не понимая.
— С самой первой минуты я понял, что ты — та, которую я искал всю свою жизнь. Я готов был воспользоваться любым предлогом, чтобы ты стала моей, Даниэла ди Фиори.
Он поцеловал ее, и она закрыла глаза, млея от его слов.
— Ты был сегодня у мисс Синклер? — осмелилась наконец она спросить.
— Да, был, — виновато покаялся он, — но между нами ничего не было. Клянусь честью, Дэни. Я покончил с этим раз и навсегда. После нее я поехал прямо домой, к моей жене.
— Ты оставил ее? — недоверчиво посмотрела на него Дэни.
— Да, моя любимая. Мужчине мало просто получить удовольствие от слияния тел. Ему надо что-то и для души, а в моей душе только ты одна. Ты прощаешь меня?
— Да, Рафаэль, но… — Дэни замолчала, борясь с сомнениями. — Я не в силах удержать такого мужчину, как ты, но если ты меня хоть раз обманешь, я больше никогда не буду тебе верить.
— Я это знаю. Пожалуйста, ничего не бойся, потому что для меня самое большое богатство на свете — это ты и твое доверие, особенно сейчас, когда я окончательно завоевал тебя. Мне легче потерять королевство, даже свою жизнь. Я получил сегодня хороший урок, Дэни. Ты у меня одна-единственная.
— Я верю тебе, Рафаэль. Мое сердце принадлежит тебе.
— Я буду держать его в руках так же нежно, как держал бы маленького воробушка. — Он наклонился и поцеловал ее, а потом без сил рухнул на кровать, как усталый лев.
— Спи, принцесса, — прошептал он. С глубоким вздохом она положила голову ему на грудь, впервые в жизни повинуясь приказу.
Глава 15
— Должна вас предупредить, ваше высочество, что я легко могу привыкнуть к этому, — промурлыкала Дэни, с удовольствием погружаясь в ванну из голубого мрамора, которая была достаточно просторной, чтобы вместить двоих.
Рафаэль сидел напротив, откинув голову, закрыв глаза и лениво раскинув руки по краям ванной. При ее словах глаза его раскрылись и на лице появилась блаженная улыбка.
— У королей свои преимущества, — хмыкнул он.
Он протянул руку к серебряному подносу и взял кусочек миндального бисквита, и Дэни с удовольствием отметила, как от такого простого движения заиграли мускулы на его груди и руках. Капельки воды на его смуглом теле засверкали, преломляясь в лучах утреннего света, который проникал через высокое окно личной ванной комнаты принца.
Их водные процедуры были неслыханной роскошью из-за затянувшейся засухи, но Дэни чувствовала себя не слишком комфортно после того, как Рэйф лишил ее невинности, и она позволила себе немного понежиться в теплой воде.
Рафаэль откусил кусочек бисквита, запив его глотком черного кофе, но заметив пристальный взгляд жены, наклонился, поцеловал ее в щеку и продолжил свой завтрак.
— Я много думала над тем, что отец может лишить тебя наследства из-за того, что ты женился на мне, и, кажется, нашла решение, — заявила Дэни.
— К какому же решению пришла моя национальная гвардия? Я готов выслушать все предложения.
— Я подумала, а почему бы нам не поработать над идеей, которую ты высказал в тот ужасный день в тюрьме: мы можем завоевать народ Асенсьона, поездив по стране и встречаясь с простыми людьми. Тогда все может измениться к лучшему.
— Ты так считаешь?
— Люди хотят полюбить тебя, Рафаэль, но до сих пор они слышали только о твоих развлечениях и скандалах, затеваемых вокруг тебя. Народ должен узнать тебя поближе. Ты сможешь увидеть жилища простых людей. Я отвезу тебя туда. Ты познакомишься с ними, поговоришь. Они расскажут, чего боятся, о каком будущем мечтают для себя и своих детей. Я уверена, что вместе мы сможем найти способ помочь им, а если мы это сделаем, они полюбят тебя так же, как полюбила тебя я. Так как для твоего отца на первом месте стоит благополучие Асенсьона, то, увидев, что мы с тобой сделали для блага острова, он нам даст свое благословение.
— Ты так думаешь? Дэни кивнула.
— Ты моя иголка в стоге сена. Которую я, как ни странно, сумел отыскать. Ты самая умная и красивая женщина на свете. Согласен. Давай так и сделаем.
Дэни счастливо улыбнулась.
— Даниэла!
