Стикур помог мне вылезти из кареты и подхватил под локоток. Я огляделась. На улице уже темнело. Я никак не могла привыкнуть к ранним Аскарионскм сумеркам. Они неизменно застигали меня врасплох. Замок выглядел совсем не жилым и мрачным. Свет горел только на первом этаже и в одном окне второго. За тонкой тканью занавесок мне на секунду показалось, что я увидела два мужских силуэта. Заметив, что я наблюдаю за ними, темные фигуры отшатнулись от окна и задернули более плотные шторы. Что же, не больно-то и хотелось. Все равно отсюда ничего толком не разберешь.
Нас встретили и проводили в гостиную. Самого хозяина пока не было, но везде сновали молчаливые, словно привидения слуги. Мне уже было неуютно. Изика пришлось оставить в гардеробе на входе, а с ним мне значительно спокойнее. В помещении чувствовалась сырость и, несмотря на зажженный камин, промозглость. Скорее всего, в замке постоянно не жили и протапливали его редко.
Обои на стенах давно потускнели. Серо-розовые, они не улучшали общего впечатления. А кресло, на которое я осторожно присела, пахло плесенью. Некогда богатая обшивка выглядела жалко. Стикур прошелся по комнате, настороженно осмотрев пыльные углы. А я опять побоялась с ним заговорить. Хотя нестерпимо хотелось узнать, что он ищет, к примеру, за камином: пропавшего Ласта или же фрески, которые якобы приехал осматривать.
Ирр Даллар явился минут через пятнадцать. Немного взвинченный и нервный. Я его представляла себе другим — толстым старичком, а не поджарым мужчиной неопределенного возраста с колючим пронизывающим взглядом. Я почти не сомневалась, что в окне второго этажа видела именно его. А вот кто другой человек или вампир? Один из слуг или кто-то еще? Находиться с ирром Далларом в небольшом помещении было совсем неуютно, поэтому я очень быстро постаралась улизнуть. Якобы по своим женским делам. Почти, кстати, не слукавила. От грозного вида сиятельного ирра мне и, правда, стало не очень хорошо. Пусть с ним общается привыкший к аристократическому гадюшнику Стикур. В конце концов, фрески желал осматривать он, а не я. От предложения слуги проводить я, скромно потупившись, отказалась. Даже вроде бы покраснеть получилось вполне натурально.
В коридоре, я застыла в нерешительности. Он не отличался в лучшую сторону от самого дома. Пыль из половичков вытрясали явно в прошлом столетии, в результате они из ярко-красных стали почти серыми. Как и все в этом доме, который походил на старую черно-белую фотографию, сделанную настолько давно, что картинка успела потускнеть. Две длинные галереи и лестница, ведущая наверх — я долго их изучала, прикидывая, куда податься в первую очередь. В конце коридора меня привлекла приоткрытая дверь, обычно в богатых домах Арим-Дамаша со схожей планировкой (за время работы на синдикате, я побывала во многих) такие дверцы вели в хозяйственное крыло, где находилась кухня, кладовые, ну и спуск в подвал. Не знаю почему, но я твердо была уверена, что, если Дира держат в этом доме, то где-то в подвальном помещении. Это было логично. Где находиться пленнику, если не в камере?
— Может быть, я смогу вас проводить? — холодный голос заставил подскочить на месте. Сердце сжалось. А к горлу подкатил комок. Я этот голос помнила. У меня за спиной стоял Маррис и очень нехорошо улыбался. Я уже открыла рот, чтобы заорать, призывая на помощь, но вампир оказался быстрее. Он подлетел ко мне и зажал рот рукой, шепнув на ухо:
— Ты же ищешь своего дружка? Правильно? Что же, я могу тебя к нему проводить.
Как бы все гадко не складывалось, теперь я точно знала, чей второй силуэт я видела в окне, только радости от этого знания никакой. А ведь Стикур совсем недалеко, обидно, что не получается позвать его на помощь. Интересно, как поведет себя герцог, когда заметит мое исчезновение, или ирр Даллар уже схватил и его? Впрочем, вряд ли. Все же герцог Нарайский птица высокого полета. Его пропажу не получится сохранить в тайне, правда, те же причины почему-то не спасли Льриссу.
Поднос с едой принесли ближе к вечеру. Льрисса уже и ждать перестала. Плотный сумрак с каждой минутой становился гуще, длинные тени на полу, напоминали неупокоенные души и навевали тоску. Можно было бы включить свет, но вампирша боялась отлучиться со своего поста. Встанешь на миг, отвлечешься и проворонишь свою удачу. Сидеть под дверью оказалось неудобно и жестко, все тело затекло, и болела голова. Льрисса была готова выть от злости и бессилия. К тому же, выплеснутая в обед кровь, сейчас пришлась бы очень кстати. Голод нарастал, а когда еще придется поесть неизвестно. Все это невероятно раздражало, хотелось закатить скандал. Вот так, без повода, со швырянием в дверь подносов, оставшихся с утра, и битья стакана из-под крови. Льрисса уже почти поддалась этому желанию, но за дверью послышались шаги. Вампирша напряглась, подбираясь ближе. Из коридора доносилась ругань и глухие удары. «Дерутся, что ли, за право быть укушенными?» — лениво подумала она и прислушалась.
— Хозяина не было… поэтому и жертвы нет… — за дверью вздохнули горестно и печально, пытаясь интонациями показать насколько они не виноваты в сложившейся ситуации, сожалеют и прочее.
— И что мне прикажете делать? — Льрисса постаралась придать голосу как можно больше раздражения и злости. Впрочем, особо стараться не пришлось. Весь этот цирк уже порядком достал. Она и в самом деле начала злится. — Я хочу крови! — опять даже играть не нужно. Крови и в самом деле хочется, хоть вой. — Настоящей, человеческой крови.
— Увы, ничем не можем помочь.
— А не забесплатно? — вряд ли конечно выгорит, но попытаться стоит.
— У вас что-то есть ценное? — в голосе промелькнули заинтересованные нотки вперемешку со страхом и сомнением.
«А то! У меня много чего есть. Маррис конечно же не снял с меня ни одну из цацок, Сережки с бриллиантами жалко, но ради такого дела…»
— Хочешь сережки, хочешь пару колечек. На выбор.
— А они настоящие? — охранники попались недоверчивые.
— Я подделок не ношу, — презрительно фыркнула вампирша. — Ты представляешь стекляшки в ушах корры? — вопрос был чисто риторический. За дверью это поняли и обиженно засопели.
— Тогда вперед! Давай серьги и кольцо.
— Только кольцо, серьги после ужина, — уперлась Льрисса и после непродолжительного молчания получила согласие. Открылась дверца, через которую обычно подавали еду. Вампирша без сожаления сняла сережки и положила их на появившийся поднос.
— Милостивая корра! — крикнули из-под двери после непродолжительной паузы. Видимо добычу делили. — А вы кровь как пьете?
— В смысле? — более идиотского вопроса вампирша не слышала уже давно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
