закреплялись на летной палубе. Рядом со мной, как и в прошлый раз встал рослый землянин в бронированном скафандре превращая самого себя в мобильное укрытие и огневую точку. Броневые свойства моего комбинезона, который сейчас выглядел как повседневная одежда с кожаной курткой и потертыми джинсами тоже были активны.
— Погнали касатики! Эх развернись плечо! Разбираем цели! — громко выкрикиваю я и первым открываю заградительный огонь.
Не будет никаких переговоров, обменов ультиматумами и претензиями, просто всех замочим! Сгорят у них при этом нейросети или скафандры, мне совершенно фиолетово. Оружие в моих руках не смертельное, а на десантниках броня крепкая. В нас, между прочим стреляют из кинетических винтовок, бессовестно дырявя тонкие внутренние переборки.
Голограммы журналистки и генерала так и продолжают стоять возле меня, транслируемые из узла связи, а ход боя идет в прямой эфир через камеру, которой управляет Миля, дистанционным пультом, сидя за броней палубного беспилотника.
— Бегите и хоронитесь, корявые бандерлоги! — кричу я в запале меняя магазин, даже не прячась за напарника. — А как известно мы народ горячий! И не выносим нежностей телячьих! Но любим мы, зато телячьи души! Любим бить людей! Любим бить людей! Любим бить людей!
— И бить баклуши! — громко выкрикивают мои бойцы хором.
Несколько пуль пролетели в опасной близости от моей головы и стукнулись в корпус стоящего на палубе штурмовика.
— Мазила! — выкрикиваю я, уверенно чувствуя себя под защитой брони, и вновь начинаю палить из винтовки стараясь выкурить десантников из-за укрытий. — Бегайте! Неинтересно стрелять в стоячие мишени! Меняйте позиции чтобы я не смог пристреляться! Я сказал бегайте, ленивые ушлепки-паралитики вы штурмовики или случайно мимо проходили! На вас крокодилов неуклюжих сейчас все население империи смотрит, шевелите ластами матросня! Бегайте!
Корпуса десантных скафандров валились на пол как кегли в боулинге. Наши боеприпасы накрывали занятые штурмовиками позиции площадями, так что от точности попаданий мы практически не зависели.
Минуты через три активной стрельбы, интенсивность выстрелов с нашей стороны заметно снизилась, и бойцы стали осматриваться продвигаясь вперед.
— Мазафака! Боцман! Твою мать!
— Я здесь маса капитан! — поднял руку Самуэль стоя с винтовкой за ящиком с расходниками.
— Почему слоники не бегают! Скажи им чтобы бегали!
— Слоники, наверное, все, устали маса капитан! — разводит руками боцман.
— А я хочу, чтобы слоники бегали! — дурниной ору я, топая ногой по полу.
Всучив винтовку напарнику, что меня страховал, скидываю с себя пояс с магазинами и только протягиваю руку, в которую Данте тут же вкладывает мою любимую биту. Уверенным шагом иду в сторону куч из наваленных тел, и тут же начинаю колотить битой по лежащему десантнику вышибая белые искры из титановой биты и брони десантного скафандра, ставшего сейчас в буквальном смысле неподвижными саркофагами из которых нам еще эту десантуру придется выковыривать.
— Получай, огребай, — приговариваю я, дубася непрошибаемый скафандр. — Вставай и бегай солдат! Команды лежать-валяться не было! Пусть еще пришлют слоников, эти уже поломанные! — капризно истерю я, закидывая биту на плечо! — Мне мало, хочу еще!
От ворот, ведущих на летную палубу подошла Мишель, которая спокойно приблизилась ко мне, довольно уверенно и настойчиво отобрала биту и сунула мне в руку открытую бутылку лимонада. Достала салфетку и стала протирать мне лоб от пота.
— Не надо так волноваться, капитан. Пока вы тут слоников гоняли, там все каналы связи надрываются от вызовов.
— И с кем из них разговаривать? Вот же генерал ИСБ стоит, мы с ним еще не решили всех вопросов.
— Голограмма есть, а звука нет, — терпеливо поясняет Мишель. — вы же без нейросети и без нейрокома.
— Так, ладно, тир закрывается, летную палубу блокируем, гостей сегодня больше не ждем, слоников из скафандров выколупываем и разводим по нарам. Заодно посчитайте их парни. Что-то они подозрительно быстро закончились, ведь вроде целый батальон к нам заслали!
По дороге в рубку зашел в кают-компанию и прихватил с собой парочку энергетических батончиков, пакет чипсов и еще газировки. В самой рубке так и не отключенные каналы связи журналистки, генерала ИСБ и еще одного моего знакомого министра юстиции уже вели активную словесную перепалку, которую пока как-то регулировал Мадс и стоящий чуть в стороне Трандуил.
— Что-то как-то не клеится у нас разговор, — грубо вмешиваюсь я, усаживаясь с ногами на капитанское кресло, вскрываю пакет с чипсами. — Как у нас оперативная обстановка, Мадс?
— У нас на хвосте висит большая ударная эскадра.
— Встали в очередь прислать нам новых слоников и благополучно свалиться на планету. Я конечно пакостник, но не настолько же. Хотя, в слоников мне стрелять понравилось.
— Вы сумасшедший, капитан Грин, — сдержанно интересуется, генерал ИСБ.
— Да и слава богу, — скалюсь я во весь рот, — ни один нормальный человек не стал бы отчебучивать такие номера, и, заметьте, при этом я не выпил ни капли рому. У меня под командованием более ста десяти отборных бойцов и специалистов. Мы меньше года как наемный отряд и еще не проиграли ни одного сражения. Команде совершенно фиолетово застенчивый я мальчик или псих отмороженный, говорящий с мертвецами, для них главное, что в моей команде можно хорошо заработать и от души повеселиться, благо что все империи как сговорились, и подбрасывают нам одно приключение за другим. Но к делу это не относится. Вы так и не ответили на мои вопросы, и мы до сих пор в прямом эфире. Ну так, что дамы и господа, я все еще пират и особо опасный преступник, и мне пора в бега, или есть варианты?
— Я все же настаиваю на прямых, закрытых переговорах, — гнет сове генерал.
— И какова вероятность что мы договоримся, и у меня на летной палубе опять не начнут бегать неуклюжие слоники?
— Тут уж от вас все зависит, у нас есть что вам предложить.
— Ну хорошо, — наконец соглашаюсь я. — Вы сами будете на переговорах или пришлете уполномоченного.
— Я прибуду лично, — хмурится генерал, — через два часа.
— Ладно, договорились. Только очень вас прошу без фантазий и глупостей, а то уже есть неприятный прецедент.
Одновременно с генералом отключил связи и министр юстиции.
— Как вам наше шоу, госпожа Элия? Много просмотров набрали на своем канале?
— Рейтинги бьют все рекорды, капитан.
— Очень рад это слышать.
— Скажите пожалуйста
