Я мгновенно посмотрела на табличку и, приглядевшись, закрыла рот ладонью. На ней была моя фотография со школьного альбома, а ниже:
«Самарская Ирина Игоревна, 30.08.1997 — 12.09.2021»
— Зачем ты меня сюда привела? И кто ты? — стуча зубами, зашептала я.
— Я это ты теперь.
— Кира? Кто тебя убил? За что?
— Я не могу сказать. Ты должна сама все узнать и отомстить за меня. Мне нужно прощение моей матери. Видишь мои глаза? Из-за этой тьмы я не могу уйти в Навь. Я дала тебе вторую жизнь и самого дорогого мне человека, а ты что делаешь? Не смей его отталкивать, иначе останешься здесь и уйдешь в небытие. Ты никогда не переродишься, — сказав это, она стала еще страшней, тьма из глаз полезла на лицо и черные щупальца, словно живые начали расти все больше и больше.
— Какого человека? Кира! Я все сделаю, что смогу, но как найти твоего убийцу? — воскликнула я.
— Дамиан. Мой любимый. Он страдает. Если ты не сделаешь, его счастливым ты сдохнешь! — и с этими словами она толкнула меня на могилу. Проснулась я с криком. Я до сих пор ощущала ее холодные руки у себя на запястье и груди. Вот это жуть! Вот как я оказалась в этом теле! Это она меня сюда притащила. Дрожа от страха, я как можно громче произнесла:
— Спасибо, Кира. Я благодарна за вторую жизнь, но не приходи ко мне больше. Пожалуйста.
«Дамиан. Дамиан. Дамиан. Надо привыкать его называть по имени. Когда там свадьба у нас?»
С этими мыслями я встала, включила свет во всей квартире, подошла к зеркалу и задрала сорочку, что бы посмотреть место соприкосновения ее рук с моим телом. На груди и животе были видны отпечатки ее пятерни. Посмотрела на запястье и там тоже был синяк от ее захвата. Взяв с дивана плед, я завернулась в него и побежала на кухню. Меня трясло как осиновый лист. Вот бы настоечки Норвала. Пошарив по ящикам не нашла чем бы успокоить мои нервы. Пошла за смартом и записала сообщение Минне: «Прости, родная, не могла бы ты приехать сейчас ко мне. И возьми крепкого алкоголя, пожалуйста». Повезло, что ее общежитие было недалеко, и она примчала ко мне через полчаса. Видя мое взвинченное состояние, как медик предложила успокоительный укол, но я отказалась. Хотелось выпить и не важно, что со мной будет потом. Вдруг я не смогу сделать, так как хочет Кира, и она меня убьет там же на кладбище. Я хоть сегодня оторвусь. Минна принесла с собой крепкого тактана. Налила на донышке в кружку, так как бокалов или стопок на кухне не обнаружила и, прищурившись, протянула мне. Я, выдохнув, зажмурила глаза и запрокинула в себя содержимое. Ух! Водка как водка! Открыла глаза и протянула кружку за добавкой. Минна не стала наливать, убрала за спину и спросила:
— Что случилось?
— Такая жуть приснилась, что и не расскажешь.
— Расскажи, как можешь.
А что я могла рассказать? Про настоящую Киру? Нет, конечно. Решила рассказать про сны с участием моего мучителя. Вроде и не совру, ведь там тоже ничего приятного. Вздохнув сказала что расскажу, только возьмем еще одну кружку и закуску. Минна округлила глаза:
— Зачем? Тебе мало?
— Мало. У тебя ведь завтра выходной, поэтому пить ты будешь со мной.
— Не не не. Я не буду. Мне нельзя.
— Мне тоже нельзя. А тебе почему?
— У меня на родине алкоголь под запретом. И я никогда даже не пробовала.
— А чего под запретом? Дурные, что ли? Как выпьют, за ножи хватаются?
— Типа того, — улыбнулась Минна.
— Ты не у себя на родине, а мы живем с тобой один раз. Так что давай.
— Меня уволят сразу, и куда я пойду потом?
— Ко мне. Я ведь будущая жена командора, так что будешь всегда со мной, пока замуж не выйдешь.
Минна сразу схватила кружку, подбежала к холодильнику, взяла пару баночек, не знаю с чем. Потом вытащила из верхнего ящика какую-то коробочку. На ней не было рисунка продукта, а были одни буквы, поэтому я ее и не вскрывала. Сгрузила все на поднос и понесла в гостиную на журнальный столик. Пододвинула его ближе к дивану и, поставив бутылку посредине стола, уселась в кресло.
К семи утра мы были в зюзю. Хотя выпили всего половину бутылки. Она хотела ехать домой, но я потащила ее с собой в спальню и, завалились поверх одеяла, накрывшись пледом, уснули поперек кровати.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Как это понимать? — сквозь сон я услышала голос Норвала.
— Все в порядке, Норвал, — еле выдавила из себя.
— Вы что пьяны?
— Чуть-чуть. У нас был девичник. Я же скоро замуж выйду.
— Что? Минна, Вы живы? — обратился он к моей подруге.
— Мг…угу, — промычала она.
— Сколько времени? — спросила я.
— Десять. Ладно, спите, потом поговорим, — тихо сказал он и вышел из комнаты.
— Меня теперь точно уволят, — пробормотала Минна и, повернувшись на бок, потянула на себя покрывало.
Проснулась я от завываний Минны. Она сидела на кровати по-татарски и, раскачиваясь, причитала что-то на своем языке.
— Ты молишься? Или распекаешь себя за то, что напилась со мной? Или тебе плохо?
Она тут же успокоилась и, повалившись на меня сверху, начала обнимать.
— Ты лежала такая бледная. Синяки твои посветлели, а некоторые совсем исчезли. Я запаниковала, вдруг ты не проснешься. Мне было страшно тебя трогать. Я готовилась бежать к доктору Норвалу, сдаваться.
— На удивление мне не хуже, чем неделю назад. А ты как себя чувствуешь?
— Хорошо. Ты лежи, я сейчас принесу воды, — сказав это, она вскочила с кровати и побежала на кухню.
Пришла в себя я только после душа и какой-то настойки от Норвала. Оказывается он заходил, пока я мылась. Выпив ее, я отправилась в комнату одеваться, как вдруг услышала сигнал пришедшего сообщения. Прыгая на одной ноге, так как вторую не успела вдеть в штанину, доскакала до гостиной. Смарт лежал на кресле. Взяв его в руку, примостила пятую не одетую точку в это кресло и нажала значок прослушать сообщение. Я надеялась, услышать Ивара, но там оказался командор Трэйн. На свидание приглашает. Как мило. Пусть Ивара мне сначала вернет. Положила смарт на подлокотник, встала с кресла и, надев нормально штаны, пошла на кухню. Минна варила кашу.
— Что тебе Норвал сказал? — спросила я у нее.
— Ничего. Узнал про твое самочувствие и просил передать, что вечером зайдет.
— Ну вот, а ты боялась. Тебе на учебу сегодня надо?
— Да, к пяти. Сегодня профессор Камо будет, представляешь? В выходной день ради нас придет. Поэтому, сейчас пообедаем, и я поеду домой, переодеться надо и планшет взять. Я ж не думала, что так долго у тебя пробуду. Так бы сразу взяла.
После того как Минна ушла, я вспомнила про Киру и командора. Взяла смарт и записала сообщение елейным голосом:
«Доброго дня, Дамиан. Я с радостью схожу с Вами на свидание, но не сегодня».
Хотела сказать, что я напилась как свинья с утра и до сих пор меня штормит, но второе сообщение записала, выдавливая из себя улыбку:
«Буду рада видеть Вас у себя в гостях. Если Вы не заняты, приходите в пять, и печеньки возьмите».
Ровно в пять раздался стук в дверь. Я как радушная хозяюшка заранее поставила чайник. Сменила больничную одежду на голубое платье-рубашку, подаренную им и вытащила из пакета ободок с голубым цветком, надев его на голову, подкрасила брови, ресницы и губы. Спасибо настойке, перегаром от меня уже не пахло. Открывая дверь, я улыбалась во все тридцать два зуба. Командор, сделав шаг внутрь, замер на доли секунды и вытянув руку вперед, в которой держал красивую коробку, предлагая мне ее взять, зашел в квартиру, закрыв за собой дверь. Выглядел он шикарно. Черные лакированные туфли, брюки темно-синего цвета достаточно плотно облегают ноги и для такого высокого мужчины это большой плюс, потому что пропорции тела просто идеальны. Жилетка из такой же ткани, как и брюки, а под ней белая рубашка с синим галстуком в тон жилетке. Волосы уложены, словно вышел из салона красоты и собрался фотографироваться на обложку мужского журнала о моде.
— Ты очень красивая. Я рад, что ты меня позвала. Норвал сказал, что ты утром себя неважно чувствовала поэтому, я не ожидал тебя такой увидеть. Держи, это печенье, как ты просила.
