крюк в ненужную мне сторону, стал ориентироваться по солнцу, что не так просто: на месте оно не стоит, да и не понятно как тут с широтами, и насколько точно по нему можно определить восток и запад. В какой-то момент мне показалось что узнаю места, и я приободрился, но вскоре эта уверенность исчезла, и в конце концов я таки начал блукать.
Осознав, что просто так ситуацию не решить, я смирился и начал высматривать место для ночлега. Нашлась вполне неплохая низина, можно сказать, долина меж крупных куч мусора, насыпанных, кажется, в первобытные времена. Я спустился в додину, подыскал место по удобней и начал вбитый в рефлексы ритуал – подготовка ночёвки и поиск топлива.
Во время сбора пластика, бумаги и немногочисленной древесины, до меня донесся звук, похожий на удар по металлу, или нечто подобное. Я насторожился, не смотря на то, что в непосредственной близости никого не было – это не с чем не спутать. Перебравшись за один из мусорных холмов, я затаился: любопытство всё же взыграло, да и нужно всё-таки понимать что творится в округе, ибо это вопрос безопасности.
В округе творилось странное: из-за огромного остова некой, явно военной машины, то ли тягача, то ли ещё какого ракетовоза, который разобрать до конца у местных бродяг явно не хватало силёнок, доносились глухие невнятные голоса. Остов был окружён металлоломом по проще, и увидеть происходящее за всем этим нагромождением было невозможно.
В принципе, искать знакомство с местными, чем бы они там не занимались, мне сейчас не с руки: мало ли, вдруг это отморозки вроде Бакена, и я бы не пошёл, если бы ни одно но – я потерял направление, и помощь местных мне бы сейчас не помешала… Я решился, и аккуратно ступая по знакомому мусорному дёрну, направился к углу тягача – всё-таки хотелось для начала оценить обстановку не привлекая внимания, и в случае если местный бомонд покажется мне не достаточно порядочным, уйти восвояси по английские.
Бомонд оказался ещё тот: двое потрёпанных сборщиков, если судить по разношерстной одежде, в которой уже отсутствовала стандартная зелёная униформа, перегнув буквой «Г» через капот ржавого и полуободранного джипа худую фигурку третьего участника действа, насильно её удерживали. Один держал руки, прижимая их к металлу с одной стороны, второй, уже с другой стороны, закончил привязывать ноги к элементам конструкции, и начал приступать к съёму штанов с жертвы. Рядом с джипом валялся кулём плащ… весьма знакомый плащ.
Жертва, как ни странно, не кричала, лишь злобно рычала что-то не разборчивое, наверное страшные угрозы. Её, так сказать, оппоненты, ничего не отвечали, будучи заняты куда более насущным – ремень на джинсах оказался не в меру прочным, поэтому тот что привязывал ноги достал нож, и начал расправляться с одеждой радикальным путём.
Всё-таки есть в старых залежах мусора свой плюс: путных находок там особо и не найти, зато грунт, насыщенный целлюлозой всех мастей и деградировавшим пластиком, от смен дождей и солнца перемешался, пропитался, разбух, а затем и высох, превратившись в странную, слегка пружинящую поверхность, по которой без труда можно было передвигаться бесшумно, если туда свежего хрусткого мусора и листвы не нанесло, конечно.
Подойдя со спины борца со строптивыми джинсами, я показал тому что держал руки, прижатый к губам палец, и он, как ни странно, послушался, лишь глаза начали округлятся, да челюсть непроизвольно опускаться. Возможно он просто не ожидал что из сумрака кто-то бесшумно появится, и потому не смог найти нужных слов, а может его несколько смутил «амперстрел» в моей руке, направленный ему в лицо. Это меня немного удивило – узнал, получается, игрушку, неужто у жёлтых успел увидать? Я вот, например, таких штучек у них не видел.
Удерживатель рук тем временем так и не решился на какие либо активные действия – всё таки гипнотическая эта штука, темный зрачок ствола, хорошо что я в него не имею привычки заглядывать.
Замах, короткий свист рассекаемого воздуха – хлоп, и кистень на мгновение расплющивается о голову второго бродяги, голова резко дергается, неохотно увлекая тело за собой, колени подгибаются, и непримиримый борец с джинсой оседает, уткнувшись носом туда, куда так энергично пытался добраться.
«Хм… а не плохо получилось». Я про кистенёк, если что.
Все движения прекратились, повисла пауза. Худощавая девчонка изогнула шею, оглядев картину, образовавшуюся у себя в тылах, внимательным и быстрым взглядом. "Амперстрел" в моей руке шевельнулся:
- Руки вверх, - сказал я оставшемуся бродяге. – Да не её, клоун, Свои руки вверх подними.
Растерянный клоун, наконец-то поняв правильный порядок действий, послушался, и начал было задирать руки в гору, но не успел. Тело девчонки вдруг как-то подобралось, напружинилось, и она, уже сама вцепившись мужику в запястья, со всей силой рванула его на себя, одновременно подаваясь вперёд. Хрясь! И брызнув кровью из носа, насильник столбом падает назад.
Хрена се, дала бычка – ну чисто Михалок! Михалок? Кто это ещё такой?
- Ноги развяжи! – рявкнула дикая пантера в порезанных джинсах, выбив из меня всю задумчивость.
подняв обронённый невезучими мужичками нож, начал разрезать путы, держась сбоку – мало ли, лягнет ещё.
- Что так долго возишься, - буркнула жертва, встав на ноги и осматривая джинсы.
- И тебе привет, Кай, я тоже рад тебя видеть.
- Так я и знала что ты тот ещё глист, даже из полной жопы выбрался, - со странной ненавистью прошипела она.
- Да брось, не за что, какие могут быть благодарности.
Удостоверившись, что джинсы сваливаться с неё пока не собираются, Кай наклонилась к лежащему телу, пошурудив в карманах. Ничего интересного не найдя, поднялась и вдруг с размаху съездила ногой в промежность покусившемуся на её джинсы сборщику. Я даже рот раскрыть не успел – ну ёшь твою медь.
- Всё, можешь их кончать, - равнодушно буркнула она, и пошла к своему плащу.
Я тяжело вздохнул, покачав головой – ну и девки пошли, просто прелесть…
У второго сборщика, одним лёгким косметическим движением Кая приобретшего монголоидные черты лица, из полезного нашелся лишь маток тонкого шнура и маленькая заточка, замотанная синей изолентой. Когда подошла Кай, укутавшись в свой плащ, я протянул ей саблю. Она вопросительно изогнула бровь.
- Будешь добивать? – спросил я.
Кай осмотрела поблёскивающую саблю, перевела взгляд на
