Еврипид.
- Не понимаю, - признался я, - я уже столько энергии вкачал в этот раствор, чего ему ещё надо? Может чистота не достаточная?
Старик отрицательно покачал головой: - Энергии ты вкачал, конечно, много, да только неравномерно, напряжение всё время скачет, а электролиз дело такое…
- Какое? - с толикой раздражения спросил я.
Еврипид с самого начала изложения идеи стал грузить меня всякой электротехнической мутью, в которой я не бельмеса не понимаю: вольты, амперы, сопротивление, ионизация.
- Это же раствор, а не просто проводник, здесь есть своё оптимальное сопротивление, - опять затянул своё старикан, - если подавать энергию ниже необходимой, то реакция просто не будет происходить, а если больше, то избыток будет превращаться в тепло, вот и получается, что сил много – толку мало.
- Хорошо… - сдался я, - что делать нужно?
- Нам нужно сделать сборку РИКЭГов с нужным напряжением, и тогда она сможет с минимальным нашим участием проводить электролиз.
- А имеющихся генераторов у нас хватит для этого?
Еврипид почесал бороду, задумался:
- А ты точно уверен, что так можно получить необходимое вещество? Для начало не помешало бы убедиться, прежде чем огород городить — ФИДЕ сэд цу федиус ведиус! – воздел палец старик.
- Чего?
- Доверяй, но проверяй, вот чего…
- Ладно, - я слез с велогенератора, помассировав окаменевшие мышцы ног, - будет тебе проверка, завтра.
Я вытащил электроды из банки, закрыв её крышкой, вынес на улицу под дождь, охладиться, после чего взялся за следующий шаг на пути создания прототипа, а точнее, за напильник и свой алюминиевый посох, и пошёл строгать – дело это не менее занудное чем работа электрогенератором, но куда уж деваться…
На следующий день я встал на рассвете, сразу же направившись к ёмкости с упрямым раствором. Подняв её на просвет, я ухмыльнулся – ночной холод таки заставил выпасть небольшой осадок, из-за того что способность к растворению в воде нужного мне вещества несколько меньше чем у обычной соли, а потому я взял тряпицу и отфильтровал его, оставив сушиться в убежище.
Я и Еврипид стояли на берегу мёртвой реки, вглядываясь в её мутные воды. На этот раз Кай не проявила любопытства к нашей суете с порошками разной природы, смешиванию их и насыпанию в баночку, пусть даже в виде возлежания рядом с крайне независимым и скептическим видом – ушла куда-то по своим делам.
- В воду бросать хочешь? – с некоторым удивлением поинтересовался седобородый инженер.
- Именно… шум поднимать ни к чему, мало ли как жёлтые отреагируют если услышат.
- И то верно, ну что, поджигаем?
Я кивнул, огляделся, и поднёс небольшую баночку из под таблеток, с торчащей трубочкой от стержня шариковой ручки, к огоньку. Через секунду из трубочки брызнули искры, потянулся дымок, и я, выждав ещё пару секунд, выбросил баночку в воду, в которой она с тихим бульком и исчезла.
Осажденного утром порошка оказалось немного, грамм 25, вместе с остальными добавками, в том числе алюминиевой пудрой, получилось грамм 50, но для проверки, надеюсь, хватит.
На поверхность начали всплывать белёсые дымчатые пузыри, ярко контрастируя с тёмной водой; освободившийся от оков дым, не желая растворятся, лениво стелился по поверхности.
Секунда, другая, третья, пузырьки исправно всплывали, и ничего более. Мы переглянулись с Еврипидом.
- Ты какой длины запал делал? – спросил он.
- Да небольшой…
И действительно, вскоре пузырьки практически прекратились, лишь совсем крошечные точки кружились у поверхности.
Бдум! По ногам глуха ударила земля, через секунду поверхность Стикса разверзлась от двух больших пузырей, выпустивших на волю облачко дыма, и всё: ни грохота, ни брызг, ни всплывшего кверху брюхом древнего монстра…
- Хм… - Еврипид задумчиво огладил бороду.
Я самодовольно на него взглянул: - Убедился? Ну так что, хватит наших генераторов для дела?
Старик не спешил с прямым ответом: - Может и хватит, но ждать, пока насинтезируется нужное количества придётся столько, что я, пожалуй, и не доживу.
- Ладно тебе утрировать, ну этот твой большой подключим, набодяжим как-нибудь.
Еврипид тяжко вздохнул: - Подключить-то, конечно, можно, но ты пойми, мы не можем совсем обесточить убежище, и вообще – если мы хотим всерьёз реализовать твой план, мы должны именно этим и заниматься, а мы этого сделать не можем, ибо все силы и время на добычу ресурсов для жёлтых уходит.
- Так и что, предлагаешь ничего не делать, и дальше на них горбатиться?
- Как ты думаешь, Преднизалон, что на войне самое главное? – с мудрым видом вопросил престарелый философ.
- План, - поколебавшись, ответил я.
Еврипид усмехнулся: - Ну хорошо хоть не сказал, что оружие. Нет, это не план, война, она сама его покажет, и не оружие, самое главное это деньги, ну или точнее – ресурсы, вот без чего война невозможна. Нам нужны ресурсы, Преднизалон, поэтому я предлагаю продать генераторы что ты притащил, вместе с фонарями.
- И напой? – обескуражено спросил я.
Эти генераторы мало что дадут нам в нашем деле, толку мало, зато для бродяг такие фонарики в самый раз, ибо надёжные, а потому и возьмут дорого. Таким образом у нас будет еда и свободное время, понимаешь?
Понимаю, - кивнул я, - сможем валяться на печи целыми днями, мечтая как когда-нибудь станем свободными и богатыми, а вот чего я не понимаю — чем мы синтезировать порошок будем? Где брать подходящие источники питания?
А вот за ними нам придётся отправиться в красную зону…
Его странное предложение мне отнюдь не понравилось – Мутное оно было, непонятное, а то как решение этой проблемы представлял себе я, наоборот – казалось простым и ясным, пусть даже пока и несколько конфликтующим с реальностью. Вот только выразить своё несогласие я не смог… Вовсе не потому что испытывал робость перед мудростью и авторитетом любителя латыни, это уж как раз вряд ли; выразить я не смог по причине того что физиономию этого самого любителя латыни от меня скрыло внезапно появившемся в моём поле зрения текстом:
«Внимание: заключённый Еврипид
