Читаем без скачивания Ответ Империи - Олег Измеров

Виктор переступил порог; в комнате еще не было никого. Где-то в отдушине тихо шумел централизованный кондиционер. Возле двери на стене отдыхал плоский динамик – деревянный, в тон мебели. Виктор повернул его ручку и подошел к столу. В программе «Рабочий полдень» звучал по чьей-то просьбе красивый зарубежный вальс, светлый и торжественный, и звуки теноровых тромбонов нежно и завораживающе касались душевных струн.

– Уже здесь? – раздался сзади певучий голос Светланы. – А я думала, буду первой. Еще обед не кончился.

– Просто первый раз, – замялся Виктор, – боялся не рассчитать.

– А вы случайно не трудоголик? Вы попросили максимально использовать ваши возможности… как там у Стругацких это называлось – прогрессора – и не обговорили вознаграждения.

– Оказывается, сталинизм – это американский прагматизм? Или бойтесь данайцев, трояны приносящих?

– Интересны мотивы.

– Назло.

Светлана приподняла брови.

– Кому или чему?

– С начала нового века пошла волна управленцев, которые знают только один способ заинтересовать человека – попытаться психологически сломать, подчинить его своей воле. Так проще, можно меньше платить, особенно если набрать слабых, безвольных. Занимаются не столько организацией, сколько ищут у людей слабые места. То есть как управлять не предприятием, а мозгами, чувствами, чтобы другие думали и действовали за них, как зомби или роботы. Новая система, и она хочет господствовать.

– Но это же оккупанты. Я как-то в свое время изучала партизанское движение, как его организовывать, контрпартизанские тактики… Это методы оккупантов.

– Ну вот и мотив.

– Месть… Да, мотив. Понятный и объяснимый. Только знаете… После войны у нас тоже был энтузиазм из мести. Из мести фашистским оккупантам-разрушителям, их следам, что они оставили, – руинам, пожарищам, из мести Штатам, с их атомной бомбой. Только вот этот энтузиазм из мести наших партийных шишек развратил. Они думали, что на этом всегда играть можно, – и не замечали, что жизнь советского человека надо делать удобной и душевно комфортной вплоть до деталей, до мелочей. Надеялись, что народ им будет всегда подмахивать акт на приемку социализма с недоделками. А вот как у вас… Обычно в таких случаях в ответ коллектив начинает выживать слабых, которых легче нагнуть. И не надо думать, что вот кто-то там тоже человек хороший.

– Предлагаете жить по законам зоны? Вали актив?

– Послушайте, а что, вам дали выбор? Поодиночке вас всех сломают, рабами сделают. А если бесхребетник будет знать, что, прогибаясь, он может очутиться у параши, – он еще трижды подумает. Нашу элиту тоже баловать не надо, да и вам стоит о перспективах подумать.

– Как не очутиться у параши? Об этом всегда надо думать.

Светлана хихикнула:

– Надо подумать… ну, хотя бы не только об однокомнатной в соцдоме, а как у людей. К этому вопросу потом вернемся, а сейчас уже товарищи должны подойти. Да, кстати, они все предупреждены, что вы хроноагент, так что конспирироваться не надо.

– Можно? – В двери показалось лицо улыбающегося человека лет сорока с темной шевелюрой и густыми темными, как у Волонтира, усами.

Группа оказалось человек в семь. Виктор вспомнил, что одно время это число считали оптимальным для «коллективного мозга», но теория теорией, а как пойдет?

Эхом загрузки замигали монохромные офисные мониторы, – для документов самое то, для презентаций мало, но ничего, и на цветные обновим, подумал он. Главное, они везде, и час назад он набирал текст доклада у себя дома, а теперь его уже все изучили, и для памяти он на экранах вместе с ремарками. Это же еще девяносто восьмой, только девяносто восьмой, для нас в двадцать первом такое уже привычно… а тогда, в нашем девяносто восьмом – вечная нехватка машин, чертов бьющий током коаксиал, зависоны сети и грандиозные планы создания региональных сетей для бизнеса, государства, населения, которые в двадцатом столетии так и остались на бумаге. Все познается в сравнении.

Первым слово взял Двупольский, Борис Викторович его звали, Виктор глянул по справке в терминале, из регионального филиала НИИБыттехники. Именно тот, лет сорока, темноволосый, с пышными, как у Волонтира, усами.

– Ну что, раз начало все знают, начну с середины, пойдет? Мне понравилось то, что товарищ Еремин не стал, как это некоторые эксперты делают, распыляться на детали, на отдельные, частные новинки. Известно, что сейчас у них там хронический кризис перепроизводства, потребление непрерывно взвинчивается за счет формального обновления линейки моделей аппаратов и насыщения малоиспользуемыми функциями. Здесь видно главное – вытеснение в ближайшие десять лет пленочных аппаратов электронными, несмотря на дороговизну, и вытеснение это произойдет именно благодаря доступности компьютеров. Не нужна куча альбомов, пленок, можно держать все фотки в сети, выкладывать их там в альбомы. Альбомы в сети – вот, по-моему, гле ключ! Электронные рамки – это все-таки дорого, да и смотрят их там, где они стоят. А в сети можно сразу и показывать альбом друзьям, можно оценивать фотографии, обсуждать. Отсюда намечается связка мероприятий по переходу населения на электронное фото. Первое – совершенствование технологий электронных камер с увеличением разрешающей способности на порядок, программного повышения резкости, устранение смазанности при движении и прочие программные трюки. Второе – связь камеры с терминалами, и третье – создание различных сервисов фотографий в сети, альбомов, сетей социального контакта, где можно было бы размещать снимки без всяких специальных знаний. Я понятно говорю?

Ему закивали.

– Ну и попутно два направления. Это использование электронной камеры как небольшой видеокамеры – со временем так можно будет даже фильмы снимать, – и развитие программного обеспечения для обработки изображений, решающего типовые потребительские задачи. Это простая ретушь изображений, создание виньеток, коллажей, поздравительных открыток на основе снимков. Это также может все быть в комплексе с вышеуказанными сервисами. Так что план кампании на две пятилетки можно готовить. Ну, конечно, хотелось бы предостеречь от перегибов, преждевременной ликвидации автопроявочных сервисов, как и от ликвидации производства кинопленки. У вас, Виктор Сергеевич, нет возражений?

– Нет, – поспешил ответить Виктор, – наоборот, некоторые профессионалы в кино предпочитают снимать на пленке, а потом перегонять в цифру.

«Масимов Тимур Николаевич», – моргнуло на мониторе ФИО следующего выступающего. Без указания места работы и должности. Оратор был чуть старше сорока, темно-коричневый костюм, выбрит, обыкновенная канадка с пробором, а так – как-то не особо запоминался.

– Ну что, товарищи? Здесь все с допусками, так что можно открыто говорить, что операция «Ответ» вступила в завершающую фазу. Это подготовка и начало мировой экспансии СССР.

«Ого! – подумал Виктор. – Освоение шестой части суши – уже прошлое? Нам нужен мир? В смысле – весь? А почему нет! Кому он не нужен! Тем, кто хочет «как все цивилизованные»? Но почему-то те, которые сейчас хотят больше, чем все цивилизованные, больше и имеют».

– Когда-то мировые державы вели политику военной экспансии, сейчас главное – экономическая, захват основных ресурсов, а в электронном обществе – ключевых информационно-технологических ресурсов. В данном случае я убежден, что, планируя торговую интервенцию, мы должны сразу же инвестировать средства за рубежом в создание ресурсов в сети интернет, которые и позволят реализовать все достоинства электронной фотографии. Какие по этому поводу есть соображения у товарища Еремина?

– На мой взгляд, это надо реализовывать в виде мультисервисных порталов, в основе которых лежит поисковик. Поиск в интернете – ключевой сервис. Ну вот что-то вроде Google. Может, даже как-то с Сергеем Брином контакт наладить.

– Брин? – переспросил Масимов. – Так он же у нас.

– «У нас», простите, это где? – осторожно осведомился Виктор.

– В Союзе. Вовремя успели, а то семья еще в семьдесят восьмом на ПМЖ в Штаты намылилась. Пора выполнять обещание, делать его мировой знаменитостью. Пока что у него только отец прославился – получил изображение Фомальгаута Б.

«Это как? Он у него математик был! Хотя… Вроде и смотал потому, что мечтал стать астрономом, а не дали… Этим и удержали? Возможностью сделать открытие? А как они узнали о роли его сына в Гугле? Ну да, первый попаданец. Хотя бы из глянцевых журналов».

– У Брина сейчас как раз тема – крупномасштабный гипертекстный поиск, – продолжал Масимов, – легко осваивает прогрессорское мышление, к стяжательству, как таковому, довольно равнодушен, основная мотивация – перспективы реализовать себя. Из недостатков – нетерпим к уехавшим за рубеж, позволяет себя провоцировать на конфликты с ними в телеконференциях во Внешсети, остро реагирует на попытки очернять отечественную науку. Ну и вообще у него не одного по поиску успехи, так что команду соберем. Любят у нас кого-то одного выпячивать… Какие, вы говорите, там сервисы?