объявляет Льюиса посвященным и проводит его в небольшую гостиную. Он советует ему отдохнуть, поскольку через несколько часов ему нужно будет встретиться с другими людьми. Харви Спенсер Льюис сел на диван и задремал. Проснувшись, он понял, что проспал три часа. Во сне он вновь пережил церемонию своего посвящения. На этот раз его вел не граф, а «Учитель», присутствие которого он почувствовал во втором зале. Чуть позже граф де Белькасл-Линь познакомил его с тремя пожилыми мужчинами, родители которых, как и они сами, были членами ордена розенкрейцеров. По окончании беседы его снова отвели в зал посвящения, где граф вручил ему увенчанный розой крест, который Льюис повесил на грудь. Граф сообщил Льюису, что теперь на него возложена ответственность за учреждение ордена в Америке.
После церемонии розенкрейцеры уполномочили Харви Спенсера Льюиса ознакомиться с изложением основных принципов и законов ордена. Они также позволили ему скопировать символы и схемы розенкрейцерских церемоний. Из стоящего в центре комнаты сундука граф извлек символические фартуки, покрывало алтаря и архивные документы, чтобы новый посвященный мог ознакомиться с символикой разных степеней ордена. Затем ему была предоставлена вся необходимая для утверждения розенкрейцерства в Америке информация. Теперь собранием руководит уже не граф, а выступающий в роли церемониймейстера человек по имени Ласаль. Хотя написание его имени немного отличается, возможно, это Кловис Лассаль, фотограф, с которым соучредитель АМОРК встречался тем же утром в Зале Славы? На первый взгляд, нет, так как Харви Спенсер Льюис представляет церемониймейстера автором многочисленных исторических сочинений, тогда как нам неизвестен ни один текст авторства этого тулузского фотографа. Однако возможно, что это относится к тем многочисленным работам по древней истории и археологии, фотографии к которым выполнял Кловис Лассаль[359]. Итак, церемониймейстер сообщил Харви Спенсеру Льюису, что он обладает всеми необходимыми указаниями, но теперь ему предстоит получить опыт внутри себя. Наконец, он просит его не открывать ложу в Америке до 1915 г.
Письмо, написанное Харви Спенсером Льюисом жене Молли на следующий день после посвящения, 13 августа 1909 г., архив АМОРК
На следующий день после посвящения в орден розенкрейцеров, 13 августа 1909 г., Харви Спенсер Льюис пишет своей жене Молли:
Все надежды, которые я возлагал на эту поездку, оправдались, но не без многих проверок и испытаний. […] Здесь хорошее место. Я сделал много фотографий древней постройки, где участвовал в самых удивительных церемониях, которые мне когда-либо доводилось видеть. […] Наконец-то я, слава Богу, в R+C – но данные мною клятвы и взятые на себя обязательства потребуют многого. Сколько людей смогу я найти в Америке, готовых вместе со мной их уважать?[360]
Несколько дней спустя, 26 августа, вернувшись в Париж, Харви Спенсер Льюис получил письмо от Кловиса Лассаля. В следующий понедельник Аарон Льюис с сыном отправились домой. После остановки в Лондоне, где они посетили Британский музей, в среду 1 сентября они поднялись на борт судна судоходной компании MS Adriatic Line «Белая звезда», следовавшего в Нью-Йорк. Для Харви Спенсера Льюиса это стало началом большого приключения.
Секрет происхождения
Как видим, полученное Харви Спенсером Льюисом посвящение включало два аспекта: встречу с розенкрейцерами, входившими в ложу, деятельность которой осуществлялась в 1850-е гг., и внутренний мистический опыт. Личность посвятителя окружена тайной. Вполне вероятно, что Харви Спенсер Льюис использует имя Рейно Э. де Белькасл-Линь, чтобы скрыть его настоящее имя.
Рассказ о посвящении можно понимать в символическом ключе. История эзотерики богата текстами, в которых реальные факты сочетаются с описаниями переживаний мистических опытов, что образует поучительные мифологические истории. Эту характерную черту мы часто обнаруживаем, изучая истории основателей великих духовных движений. На симпозиуме по теме легендарного посвящения Антуан Февр особо подчеркнул чрезвычайную роль мифа, лежащего в основании эзотерических движений. Для него наличие легендарного основания является одним из критериев подлинности традиционных орденов[361]. История основания розенкрейцерства – история путешествия Христиана Розенкрейца на Восток – так же, как и история открытия гробницы Гермеса Трисмегиста, принадлежит к этой категории. То же самое можно сказать и об истории посвящения Харви Спенсера Льюиса. Также интересную интерпретацию этого события предложил Ролан Эдигоффер:
В этом описании мы находим традиционные темы инициации, некоторые из которых появляются в «Химической свадьбе» И. В. Андреэ: диэретический (двойственный, разделяющий) символ башни, винтовая лестница, подчеркивающая осевое развитие гнозиса, квадратная верхняя комната, вызывающая ассоциации с божественным тетраграмматоном, письмо, которое нужно отдать при входе в замок, пещера, подобная чреву нового рождения. Два мистагога, мужчина и женщина, напоминают архетип «мудрого старца», амбивалентность которого подчеркивал Юнг (Gesammelte Werke. Olten, 1976. 9/1. P. 231). Роль сна при анализе этого текста также немаловажна[362].
Опыт, пережитый Харви Спенсером Льюисом, включает в себя реальную встречу с адептами, принадлежащими к кругу розенкрейцеров – кругу, конечно, почти бездействующему, но чей огонь все еще тлеет под пеплом. Однако важнее то, что эта встреча включает в себя духовный аспект, именно этот момент является основополагающим. В одной из предыдущих глав нашей книги – «Изумрудная земля» – мы представили мнение Анри Корбена относительно важности основанных на духовном опыте посвященческих связей. Такой опыт составляет, по его мнению, основной критерий достоверности традиции. Конечно, эта область не относится к категории доступных историку фактов, она относится к иероистории, но ей не следует пренебрегать, потому что исследование, пытающееся судить об истоках посвященческого движения только на основании объективных исторических фактов, свелось бы к голому историзму, то есть, по сути, позитивистскому и редукционистскому видению, по самой своей сути несовместимому с природой такого движения. Следовательно, пренебрегая связью со священной, вневременной стороной этого движения, оно упустило бы самое существенное.
Можно задаться вопросом, почему розенкрейцеры Тулузы доверили задачу восстановления розенкрейцерства американцу. В прошлом эту миссию поручали Станисласу де Гуайте и Жозефену Пеладану, но, несмотря на их усилия, орден снова впал в бездействие, устойчивое функционирование его в Европе показалось невозможным. Эту мысль сформулировал Франц Гартман еще в 1875 г. С другой стороны, можно предположить, что розенкрейцеры, которым приписывают определенную способность предвидеть важные события, предчувствовали войну в Европе и опасались разрушений, к которым она могла привести. Доверив свое наследие американцу и поручив ему миссию по созданию ордена в Соединенных Штатах, они, вероятно, рассчитывали обеспечить долговечность ордена и увековечить традицию розенкрейцерства.
Хартия об учреждении АМОРК от 1 апреля 1915 г.
18. Античный Мистический Орден Розы и Креста
«Античный Мистический Орден Розы и Креста. Его символ: золотой крест с красной розой в центре. Крест представляет физическое тело человека, а красная роза символизирует душу в ее развитии».
Основные сведения об АМОРК
