универсальный аргумент, которого не встретишь в Республике.
Всё же оторвав пальцы от сокровенного — к величайшему неудовольствию подруги — я достал из валявшегося неподалёку костюма купюру максимального во Фрагии достоинства. Медленно, точно в эротическом движении, опустил её в соблазнительную ложбинку между женских грудок.
— Господин, мне нужно работать…
Ещё одна купюра опустилась следом, и в этот раз её движение сопровождалось хищным оценивающим взглядом внешницы.
— Господин, меня могут хватиться…
Третья купюра легла за бюстгальтер, после чего девчонка в моих руках удовлетворённо расслабилась. Её глазки томно смежили веки, демонстрируя согласие и полную готовность к продолжению. Горничную больше не волновала работа — как не волновали и те, кто может её хватиться. Желания кричать тоже не наблюдалось — если только в порыве страсти. Удивительная метаморфоза! Если Эйди на всём протяжении наших постельных игрищ напоминала куклу, то эта девчонка стала ассоциироваться с неким аппаратом с купюроприёмником. Вставил одну купюру — молчок. Вставил вторую — опять мимо. Вставил третью — всё, заработал вложенный алгоритм, всякий раз запускающийся по достижении критической денежной массы. Удобно, что могу сказать!
Впрочем, девчонка и своё основное предназначение выполнила, и действительно убралась в комнате. Упругой попкой протёрла стол, кресло, пол, ну и кровать до кучи. Под конец она ещё и тщательно убрала раскиданную одежду — разумеется, предварительно приняв душ. В общем, вложенные деньги отработала на все сто. На прощанье наградив меня обещающей улыбкой, ангел упорхнул прочь, оставив по себе пряный запах духов и вдохновение для мыслей о вечном. Нет, всё же валькирии — лучшие. Ничто и никто с ними не сравнится. Никакие внешницы. Разве что одна галактическая принцесса…
Воспоминание о Ярославе молнией опалило сознание. Достопамятный разговор, словно вживую, возник перед глазами: «У меня будет условие… Валькирии рассказали, что в Республике они определяют, с кем тебе спать. Так вот. В Конфедерации это будет моя прерогатива… Я хочу полного твоего доверия. Как ты доверяешь кошкам». До меня с запозданием дошло, что только что я нарушил нашу взаимную договорённость, и пусть в том разговоре не подтвердил и не опроверг этого её предложения, между строк осталось моё согласие. Яра достойна того, чтобы её уважали. Она идёт навстречу моим привычкам и республиканским закидонам, но и я должен озаботиться встречным движением. Одна она не вытянет. Только мы вместе. И если забывать про свои обещания, увидев первую попавшуюся юбку, то грош им цена. О каком доверии тогда можно говорить?
Мучимый тяжёлыми мыслями, я быстро ополоснулся. Но мысли и не думали отпускать, преследуя меня и во время коротких сборов. Даже в катере не отставали — только когда начал продумывать маршрут, несколько ослабили нажим. В дальнейшем удалось немного переключиться с гнетущего настроения на текущие задачи. Отыскать подходящий закуток между домами. Сделать намеренный крюк на катере. Оставить аппарат в нескольких кварталах. Пешком пройти оставшееся расстояние. И только здесь, в тщательно отобранной точке города, развернуть наконец переговорное устройство, врученное разведчицами «на чёрный день».
Штирлиц, должно быть, в этот момент в гробу перевернулся — вернее, его реальный прототип. Вряд ли легендарный шпион смог бы по достоинству оценить столь легковесного наследника своего дела. Использовать специальный шифрованный канал с навороченным коммуникатором для общения с возлюбленной — это всё равно что использовать связистку Мэри… для разговора с семьёй в Союзе. Благо, вместо Мэри в моём случае имелась лишь техническая примочка, в живом операторе не нуждающаяся. Не очень в духе спецслужб древности, но мне за глаза хватит. Если кого и подведу этим звонком, то только себя. Но для меня опасение подвести доверие звёздной принцессы было именно им — «чёрным днём». По крайней мере мысли в голове бродили самые безрадостные. Если уже сейчас начну игнорировать душевное равновесие любимой, то что от него останется в Псионе?
Сеанс связи выдался сложным, но я с честью преодолел все испытания. Труднее всего пришлось с орденками, ведь кошек рядом с принцессой не оказалось, стая в полном составе отбыла во Фрагию. Наконец шальная мечница сподобилась пригласить Ярославу. В кадре Яра возникла собранная, хмурая, готовая к самым неприятным известиям.
— Что случилось, Леон?
— Помнишь наш разговор в подпространстве Ясеня?
— Ты имеешь в виду…
— «В Конфедерации это будет моя прерогатива…» Это были твои слова. Помнишь?
— И?.. — принцесса явно не до конца понимала, о чём речь.
— Понимаешь, девочка… Не хочу недосказанности. Мои старые привычки чуть было не привели к катастрофе… наших отношений.
Слова про отношения напрягли девочку ещё более. Она принялась лихорадочно вспоминать и явно преуспела в этом. Ощущение опасности вообще здорово мобилизует человека. Я не мешал, поэтому дождался ответной реплики:
— Значит, ты реально собираешься советоваться со мной, если решишь переспать с другой женщиной?.. Прости, не ожидала.
— Не ожидала? — пришёл мой черёд удивляться.
— Мужики вечно говорят что-то подобное, — повела плечиками светская дама, в которую вмиг обратилась Ярослава Ясеньская. — А потом ты застаёшь их в постели со своей лучшей подругой.
— Думала, это просто… трёп?
— Не совсем. Просто сказанные в нужный момент правильные слова… Немного на республиканский манер, но всё же вполне узнаваемые.
— Ну так что?..
— Знаешь, если бы это был просто трёп — я бы знала, как на него реагировать. А вот так… даже и не знаю, что сказать. В Ясени такие вещи не принято обсуждать… Мне уж точно не доводилось.
— Спасибо за откровенность.
— Сейчас, повиси минутку.
Русоволосая прелесть откинулась в кресле и устремила свой взор куда-то за границы видимости. Спустя пару секунд в области передачи образовалась Милена, вернее, её голографическая проекция. Короткий обмен репликами, и вот уже Ярослава вновь обращает на меня взгляд, и там звучат заметные отголоски паники.
— Леон, но я не могу. Я же не знаю, как это у вас происходит…
— Разве Ми тебя сейчас не просветила?
— Она сказала, что ты давно забил на мнение стаи. Что ты уже взрослый мальчик, сам решаешь, с кем тебе спать.
— Это она так шутит. Напомни ей про зубы на стволе винтовки.
— Ладно, пусть так, — губы принцессы сжались в тугую линию. — Тогда скажи, как это должно выглядеть в твоём представлении.
— Думаешь, я сам знаю, как оно должно выглядеть? Как решим, так и будет.
— Хорошо! Тогда рассказывай, — в этот момент хмурая принцесса сделалась особенно деловитой. Явно что-то решила для себя.
— В общем, у меня тут в гостях была Эйди. В костюме горничной. Ускользнула, я бросился следом и затащил в номер горничную. Как вскоре выяснилось, немного не ту…
— И ты…
— Сунул ей деньги за
