— Вон еще, — ткнул ее в бок Теяр Шаню. — Бегут…
— Да, — напряженным тоном произнес техник. — Начинается…
Бегущие животные чем-то напоминали страусов — если допустить, что у страусов вместо крыльев пара прижатых к телу лапок, а перья стоят торчком и сильно напоминают маскарадный костюм индейца. Их было около десятка — четыре крупных, трое среднего размера и еще трое относительно мелких. Эти бежали чуть в стороне, сбившись возле одного из больших животных — детеныши следовали за матерью.
— Что происхо… — начала было Ната и тут же поняла — что.
За «страусоидами» бежали странные двуногие существа. В этом еще не было ничего удивительного — «страусоиды» тоже передвигались не на четвереньках! — но эти существа…они кого-то очень сильно напоминали. Настолько сильно, что Ната подалась вперед и уже открыла рот, чтобы попросить остановить запись и увеличить картинку, но не успела.
Дальнейшее произошло так быстро, что она не сразу поняла, что происходит.
Дрон, следуя программе фиксировать все движущиеся и теплокровные объекты, снизился и практически завис над убегающими «страусоидами» с машинным равнодушием «не замечая» гораздо более интересных для людей преследователей. При этом он опустился чересчур низко, и был замечен.
Беглецы шарахнулись в стороны. Дрон завис в самом прямом смысле слова, поскольку «страусоиды» рванули в разных направлениях, и машине требовалось время, чтобы определить новое приоритетное направление и только продолжал фиксировать происходящее.
Но не успел.
Откуда-то сбоку — камера не зафиксировала, откуда именно — выскочило еще несколько двуногих существ и кинулось на бегущих.
У «страусоидов» и выскочивших из засады охотников было несколько секунд — пока беглецы не разбегутся. И если бы дрон не оказался так низко, практически в поле зрения тех и других, ничего бы не было. Но…
Камера выхватила одного из охотников как раз в тот момент, когда он приостановился, запрокинув голову.
Дрон, выбрав новый «объект» устремился ему навстречу — и секунду или две спустя охотник взмахнул палкой, которую держал и…
— Все, — радист развел руками. — На этом запись обрывается.
Люди некоторое время сидели и смотрели на экран, на котором застыла рябь помех.
— Вы это видели? — нарушила молчание Грета Борн. — Он его сбил!
— Палкой! — кивнула Диана Рудная.
Ната помолчала.
— Можно повторить запись? В замедленном темпе?
— Конечно, — радист занялся настройками. — Вам последние несколько секунд?
— Не только, — сказала зоолог. — Начиная с появления этих… хвостатых черепах. В списке изученных животных таких нет.
— Как и вообще всех остальных, — поддержал ее Теяр Шаню. — Мы открыли три новых вида… случайно.
— И один из них отличается крайней степенью агрессивности. Похоже, на этой планете есть-таки крупные хищники.
— Вы в этом сомневались? — усмехнулась Грета Борн. — А кто же тогда нападал на лагерь карликан?
— Агрессию могут проявлять разные животные в стрессовых ситуациях. Например, защищая детенышей. Или отстаивая свое право на самку. Или оберегая границы своей кормовой базы или гнездо. Это поведение характерно даже для мирных травоядных. Например, буйволы, оберегая молодняк, становятся настоящими убийцами. Но судя по тому, что мы увидели, в данном случае карликане столкнулись с настоящими хищниками, которые охотятся стаями. То есть, речь не шла о защите, например, логова с детенышами от чересчур любопытных геологов, которые сунулись к беззащитным малышам и были атакованы матерью. Их убил хищник, вышедший на охоту.
Тем временем по экрану пополз повтор записи в замедленном темпе. Животные двигались, словно завязнув в прозрачном киселе. Хвостатые черепахи еле перебирали ногами — можно было уснуть, дожидаясь, пока они пройдут из конца в конец кадра. Все просто поразились случаю — если бы дрон полностью переключился на этих несомненно крупных животных, сцена охоты осталась бы незамеченной. Но хвостатые черепахи двигались слишком медленно — аппарат просто проскочил мимо них, а вернуться назад уже не успел, «зацепившись» за новый объект исследований.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Еще несколько секунд люди лицезрели медленно и грациозно перебирающих задними конечностями «страусоидов». Рассматривали их слегка запрокинутые назад мускулистые шеи, увенчанные маленькими зубастыми головками, на их торчащие дыбом «перья», которые, судя по всему, служили чем-то вроде паруса на поворотах, позволяя бегуну, словно яхте под парусами, «менять галс». Оценили прижатые к животам передние лапки — четырехпалые, сжатые в кулачки, а потом…
Потом камера «наехала» на их преследователей.
— Прямоходящие!
— Не совсем! Скорее, просто двуногие.
— У них нет перьев! Совсем!
— Зато, кажется, есть шерсть?
— Или перья, похожие на шерсть, — оборвала гипотезы Диана Рудная. — Иногда встречаются такие нелетающие птицы, перья которых не приспособлены к полету.
— А может, это чешуя? Модифицированная? — предположил Тим Уотс, который вообще редко вылезал вперед со своим мнением и сейчас вещал практически из коридора, силясь разглядеть что-то из-за чужих локтей и спин.
— Может быть, — кивнула Диана.
Тем временем запись, хоть и в замедленном темпе, шла к развязке. Спугнутые стрекотом дрона раньше времени шарахнувшиеся в стороны «страусоиды». Слишком поздно выскочившая из-за кустов засада. Хищники, накинувшиеся на них, пытающиеся подбить хоть одного…
— Палки! У них палки и камни! — вскрикнула Ната буквально за секунду до того, как один из охотников запрокинул морду.
Даже при замедленной съемке остальное заняло совсем немного времени. То ли дрон выдал себя стрекотом, то ли опустился чересчур низко, то ли то и другое вместе, но его заметили. И пока одни охотники кинулись за разбегающимися «страусоидами», один из них поднял свою палку и замахнулся ею.
На сей раз замедленная съемка позволила увидеть и замах, и полет этого странного орудия.
Помехи походили на занавес, упавший над развернувшейся сценой. Так и хотелось крикнуть: «Ну, вот! На самом интересном месте!»
— Что это было? — промолвила Ната.
— Я думал, вы знаете, — развел руками радист.
Буш действовал, не раздумывая. После долгого перерыва его взяли на охоту. На настоящую охоту наравне со всеми. Не посмотрели на то, что он до сих пор слегка прихрамывает при беге и на то, что бросает копье другой рукой. Правда, его не поставили в цепь загонщиков, но сбить выскочившее на тебя животное — роль не менее важная. Напугать и заставить зверя бежать может даже самка, старик или группа детенышей. А вот убить с одного удара…
Им повезло наткнуться на довольно большую стаю бурых бегунов, которые отличались от других бегунов размерами и окраской. А еще тем, что отменно били ногами и могли даже сломать кость врагу. Одного-двух взрослых бегунов хватит всему стаду на два-три дня.
Буш вместе с вожаком Хыхом и двумя другими охотниками засел в засаду, а остальные отправились загонять дичь.
Сначала все шло хорошо. Бегуны, конечно, драчуны отменные, но только если бежать некуда. А так они удирают без оглядки. Вот и сейчас, судя по шуму и топоту ног, стая сорвалась с места и стала быстро приближаться.
Буш припал к земле за кустами, стискивая копье в кулаке. Это его первая настоящая охота после ранения. Первый раз он будет показывать остальным, как ловко бросает копье другой рукой.
Вожак Хых, припав ухом к земле, слушал топот бегущих ног и в какой-то момент резко выпрямился, скаля зубы. Это был сигнал. Они близко!
Буш привстал. Не дело кидаться вперед вожака, но быть вторым он обязан. Тогда другие позже просто не смогут встать у него на пути. Пальцы стиснули копье, мускулы напряглись. Он уже видел мчащихся на них бегунов — трое взрослых плечом к плечу впереди, за ними — подростки, а чуть в стороне самка с детенышами. Отбить бы ее от стаи…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Внезапно что-то мелькнуло в вышине. Буш не заметил, что, но бегуны, у которых обзор был лучше, это «что-то» заметили раньше и свернули. Свернули, не добежав до засады каких-то трех-четырех скачков! Свернули, чтобы уйти прочь, вырвавшись из ловушки!
