Зара оказалась единственной женщиной в лагере, поэтому устроилась, как королева, в отдельной палатке, когда как другим пришлось потесниться. Можно было спокойно заниматься своими делами, не боясь кого-либо побеспокоить, главное, не забывать об элементарных правилах безопасности. И дело не только в защите от нечисти: девушка прекрасно понимала, что, притупи она бдительность, станет главным развлечением пятикурсников. Но такого удовольствия она им не доставит, пусть подсматривают за кем-нибудь другим. Да, порой защитные заклинания — насущная необходимость, ночные визитеры ей не по вкусу
А ведь соблазн большой, в их-то возрасте и при сложившихся обстоятельствах!
Извините, мальчики, но случайные связи ей не нужны; невмоготу станет — Соот в пределах досягаемости.
Зара только успела переодеться и собиралась вымыть волосы (если есть вода, нагреть ее не проблема, а мыло любая порядочная девушка всегда возит с собой), когда по колышку палатки вежливо постучали.
— Минуточку! — девушка поспешно прибралась, отодвинула в угол чан с холодной водой. Как же хорошо быть колдуньей, можно без труда сотворить себе простенькую кадку.
— Вижу, Вы уже устроились.
Меллон.
Покусывая губы в предчувствии неприятного разговора, Зара поспешно откинула грязные волосы назад и с самой очаровательной улыбкой обернулась к наставнику.
— Олаф мне рассказал о Вашей проделке…
Ну, и что дальше? Скажешь, что я что-то нарушила, что обо всем доложишь отцу, с позором прогонишь в Соот?
Встретившись с ее взглядом, Аидара покачал головой:
— Дался же Вам этот юноша! Не обращайте внимания, и он сам отстанет. А гипноз — опасная вещь, особенно для новичка. Обещайте мне больше не испытывать свои природные умения на невинных людях. Если хотите, я могу научить Вас медитации — Вам это будет не лишним.
— Значит, по-Вашему, я буйная?
— Просто не умеете контролировать свою энергию. Как только научитесь, станет намного легче.
— Легче что? — не поняла она.
— Исчезнут многие проблемы с магией. И Вашими крыльями.
— У меня и сейчас нет с ними проблем.
— Они ведь Вас не слушаются? Это, по-Вашему, не проблема?
— Откуда Вы…? — опешила Зара.
— Магистр из Соота сообщил, что Вы расспрашивали об э-эрри, а потом тренировались летать. Он рассказал мне это потому, что я Ваш наставник и должен знать все о своих подопечных.
— Он плохо видит, я проверяла, — дочь Рэнальда Рандрина быстро взяла себя в руки. Седовласый старец из Соота точно не мог ее видеть, он и собственные очки на ощупь находил, значит, ему кто-то рассказал. Логичнее всего, что стражники — она тогда их порядочно напугала. — Ему доложили, я даже знаю, кто. Это первая нестыковка. Вторая заключается в том, что этот… — так, осторожнее в выражениях, ты не в кругу друзей. — Словом, магистр ни за что бы не проявил интереса к каким-то там практикантам, если бы его не стали о них расспрашивать. А спрашивали Вы. Зачем? Боялись, что я что-нибудь натворю? Напрасно, у меня есть голова на плечах.
— Приятно это слышать. Да, признаюсь, это был я, — в глазах мага играли искорки смеха. — И это я настоял на том, чтобы сюда привезли Вас, а не вторую девочку. Предупреждая Ваш вопрос, вовсе не потому, что Вы способнее, а потому что от Вас там никакого толку.
— Спасибо за лестный отзыв! — кисло улыбнулась девушка. — Я и без Ваших слов знаю, насколько мало умею. Даже врожденные способности развить не смогла!
— Просто не нужно стараться быть всегда во всем первой, занимайтесь тем, что у Вас хорошо получается.
— И кого мне отравить? — с серьезным лицом поинтересовалась она. Видя, что он не понимает, пришлось пояснить: — Я сильна в травах и неплохо готовлю яды, знаю несколько десятков. Увы, в остальном я для Вас бесполезна!
— Приберегите Ваш талант отравительницы на потом, а сейчас заканчивайте со своим туалетом и приходите на общее собрание: Олаф введет всех вас в курс дела.
Хуже насмешек Гая могут быть только ночные дежурства. Несмотря на принадлежность к слабому полу, Зара несла их наравне со всеми, в полной мере ощущая на себе пугающую магию ночи.
Плотная завеса тьмы обволакивает со всех сторон; кожей ощущаешь безграничность окружающего тебя пространства. Ни единого огонька, ни единого светлого пятна, за которое можно зацепиться взглядом, только теплящийся за спиной костер, который нужно постоянно подкармливать валежником.
Мир вокруг дышит опасностью, любой шорох заставляет вздрогнуть, в панике оглядеться по сторонам, в десятый раз проверить крепость защитного заклинания.
А за тобой следят, невидимые глаза, затерявшись среди густой травы, пожирают взглядом каждую клеточку твоего тела, выжидая, пока ты расслабишься, потеряешь бдительность. Мнимые и реальные, дети тьмы населяют влажный ночной воздух, стремительно ускользая из поля зрения.
Напрягая все органы чувств, пытаясь первой уловить невидимое движение, Зара по периметру обходила лагерь. Все спали или делали вид, что спали, и только ущербная луна была ее молчаливой собеседницей.
Подбросив пищу костру, девушка присела в кругу света.
Дежурство протекало спокойно, медленно близился рассветный час, а вместе с ним наваливался на веки сон.
Глотнув немного бодрящего напитка (нечего и думать, что выдержишь всю ночь без сна на одной силе воли, не утратив бдительность), Зара еще раз лениво обвела взглядом окрестности.
Совсем скоро ее день рождения, только подарков в этот год она не получит, во всяком случае, не сейчас, придется потерпеть до Айши. Да, самым большим подарком для нее станет, если они смогут поймать этих проклятых фрегойев. Девушка никогда их не видела, но искренне ненавидела, хватило и рассказа Апполины.
Она, было, совсем успокоилась, когда на задворках сознания мелькнула мысль — движение. Сбросив с себя паутину дремы, Зара встала, напрягла зрение и слух. Ничего, вроде бы не изменилось, та же пустошь, те же холмы на горизонте, но ведь она что-то почувствовала.
Шелест ветра…
Тело среагировало быстрее, чем разум осознал, что никакого дуновения в штиль быть не может. И слава богам, а то бы Зара осталась лежать со сломанной шеей.
Своему подсознанию следует доверять, если оно говорит тебе, что вокруг лагеря бродит чужой, то он существует.
Что бы это ни было, оно пронеслось в нескольких дюймах от нее; на миг сверкнули в темноте красные глаза, чиркнули воздух острые когти.
Понимая, что геройствовать бесполезно, тем более ей, прослушавшей лишь начальный курс защиты от темных сил, девушка открыла рот, чтобы поднять тревогу, но не успела: темноту пронзил чей-то истошный крик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
