Было время, когда западная часть Индийского океана контролировалась пиратами
А еще Миссон разослал письма пиратам «семи морей» с приглашением присоединиться к нему и вместе строить Свободный город. И действительно, к нему стали прибывать сторонники и последователи, и население Либерталии значительно возросло. Любопытно, что к Миссону бежала часть экипажа Кидда и присоединился известный карибский пират Тью, который отдал Либерталии свой корабль и верно служил ей до самого конца. Предполагается, что мадагаскарские пираты, жившие в других поселениях на острове, с сочувствием относились к идеям и устремлениям Миссона. И когда португальская эскадра через несколько лет после основания Либерталии пыталась уничтожить ее (нельзя забывать, что Миссон основательно расстроил португальскую работорговлю), то на помощь Миссону пришли пиратские корабли из бухты Святого Августина.
Либерталия, расположенная на побережье залива, была хорошо укреплена, особенно с моря, где ее прикрывали установленные на бастионах батареи пушек. Город был застроен небольшими домиками, в которых обитали жители. В республике все были равны независимо от цвета кожи, от прошлых дел и заслуг. Миссон поощрял женитьбу своих пиратов на мальгашках, так как такие смешанные браки соответствовали его идеям полного равенства народов и рас. С соседними племенами был заключен договор, по которому мальгаши поставляли городу рабочую силу, а пираты обязались защищать их от соседей и, если придется, от других пиратов.
В городе располагались мастерские и верфи (достоверно известно, что на верфи было построено по крайней мере два крупных корабля – «Вперед» и «Свобода»), а вокруг него были сады и поля, где выращивались фрукты, овощи и злаки. Частной собственности, в соответствии с идеями уравнительного социализма, в республике не было. Существовала общая городская казна, из которой по мере надобности брали средства. Из нее же выдавались пенсии нетрудоспособным и старикам. Если корабли приходили с добычей, то часть ее шла в общую казну, а остальное делилось между гражданами Либерталии.
Управлял Либерталией совет старейшин, перевыборы которого проходили каждые три года. Сам Миссон был избран главой государства – протектором, Караччиоли был статс-секретарем, флотом командовал капитан Тью. В городе запрещено было употреблять бранные слова и играть в азартные игры. По крайней мере, не известны конфликты в городе на почве поддержания установленных порядков. Может быть, Миссону помогли традиции пиратов, связанные с элементами выборной демократии в пиратских сообществах. Да и частые выходы в море пиратских кораблей требовали от пиратов поддержания порядка и организованности на своей базе.
Когда Либерталия окрепла, Миссон стал планировать расширение ее пределов. Он прошел вдоль восточного побережья острова и составил карту прибрежных районов. Возвратился он полный новых планов и доставил в город множество освобожденных рабов. Вскоре после этого Миссон со своей флотилией ушел на север, чтобы добыть денег для воплощения своих замыслов. В городе остались, в основном, женщины, дети, старики и инвалиды. И город подвергся нападению племен, живших внутри острова, с которыми у жителей Либерталии не было семейных и личных связей. После короткого боя защитники города были разгромлены. Лишь Томас Тью и несколько его соратников успели добраться до единственного оставшегося в городе бота и уйти в море. Тью увез с собой часть городской казны, но спасти жену Миссона не смог. Она погибла от рук нападавших.
Тью встретил флотилию Миссона в море, когда она с добычей возвращалась домой. Через несколько дней они добрались до города, который был полностью разграблен и разрушен. Пираты похоронили погибших, но город восстанавливать не стали. Им теперь это место казалось проклятым. Миссон и Тью решили идти в Америку и там начать снова создавать Либерталию. В Мозамбикском проливе корабли разлучил шторм. «Победа» погибла на рифах. Считается, что Миссон и Караччиоли погибли при кораблекрушении, так как с тех пор их никто не видел.
Томас Тью, не найдя товарищей, высадился на одном из островов западной части Индийского океана и прожил там несколько лет. А затем, починив свой старый корабль, он решил выйти на пиратский промысел в Красное море. Там в промежутке между 1710 и 1713 годами он погиб. По одной версии, он погиб в бою с английским фрегатом, по другой – был схвачен англичанами и повешен. Так печально закончилась история Либерталии – первого государства, построенного на уравнительных социалистических принципах.
Об упадке пиратских поселений на Мадагаскаре, начавшемся в 1703–1705 годах после разрушения Либерталии и ухода из Индийского океана многих активных пиратов, сообщил Вудс Роджерс, о котором упоминалось в предыдущем очерке. Незадолго до своего назначения губернатором Багамских островов он появился у побережья Восточной Африки с целью добыть рабов и отвезти их на виргинские плантации в Америку. Зайдя по пути на Мадагаскар, он обнаружил в бухте Сент-Мари пиратское поселение, которое существовало уже несколько лет без связи с внешним миром. Бывшие пираты жили мирно, окруженные женами, детьми и внуками. Роджерс писал о них:
«Они прожили на острове несколько лет, что можно вообразить себе, как износилась их одежда… Я не могу сказать, что они были оборваны, так как одежды на них почти не осталось, и прикрывали они свой стыд шкурами диких зверей и не носили ни башмаков, ни чулок, и потому более всего напоминали картинки Геркулеса в львиной шкуре. Обросшие бородами, с длинными волосами, они являли собой самое дикое зрелище, какое возможно представить».
Ясно, что подобное поселение не могло длительное время существовать в первоначальном виде, и постепенно его население смешалось с местными племенами и стало жить по-мальгашски, восприняв полностью язык и культуру местных племен.
Братва на джонках
Боги построили джонки до того, как на свете появились люди.
(Старинная китайская пословица)
Древние китайские историки утверждали, что мореходство в Китае появилось еще во II тысячелетии до н. э. Историк Ин Шао, живший в период династии Восточная Хань (время правления: 25—220 годы н. э.), описывая обычаи прибрежных племен, сообщил, что они «проводили большую часть своей жизни на воде и поэтому укорачивали волосы и татуировали тело, чтобы быть незаметными в ней и похожими на драконов».
По историческим хроникам, в первых крупных морских битвах в Китае участвовали десятки кораблей враждующих царств, расположенных на территории современного Китая. Так, в 485 году до н. э. властители царства У послали эскадру для нападения на царство Ци с моря. Но эта эскадра, еще не войдя в прибрежные воды, была атакована, разбита и рассеяна эскадрой царства Ци. Китайские историки отмечали, что царство У этого периода было державой, которая «не могла обойтись и дня без своих многочисленных судов».
В V веке до н. э. существенный вклад в развитие судостроения и мореходства внесли моряки государства Юе, занимавшего территорию современной провинции Чжэцзян (на побережье Восточно-Китайского моря). Помимо этой территории юэские племена, в первую очередь юежени, проживали к югу, в приморских районах и на островах вплоть до границы с Вьетнамом. Поэтому и связь между юэскими племенами осуществлялась преимущественно морем. Древние авторы писали, что для юеженей было весьма привычным делом «путешествовать по морю и жить на островах, пользуясь вместо повозок лодками, а вместо поводьев – рулем, постоянно бороться с волнением и непогодой». Самые ранние упоминания о морских связях Китая с Японией и Северным Вьетнамом имеются в китайских исторических источниках 1 века н. э.
Так что в Древнем Китае мы видим присутствие всех элементов, способствующих возникновению пиратского промысла: наличие жителей приморских районов и на островах, привычных к морю и мореходству, развитие прибрежной торговли, проводимой на торговых судах, появление людей, видевших в торговых судах с товарами источник получения добычи.
Недаром со времени образования в 221 году до н. э. первого централизованного государства, Китайской империи, правители ее – китайские императоры – активно использовали корабли императорского военно-морского флота для обеспечения безопасности плавания своих торговых судов в морях, омывающих берега Китая от залива Бохайвань и побережья Шаньдунского полуострова до побережья Северного Вьетнама.
Значение борьбы с прибрежным пиратством возросло в связи с тем, что сухопутные торговые пути через Таримскую долину из Китая в Центральную Азию, а затем и в Индию были прерваны в начале II века и до конца VI века н. э. из-за «великого переселения народов» – движения кочевых народов из Центральной Азии на запад. В это время для поддержания торговых и дипломатических сношений активизируется движение по морским дорогам через моря Юго-Восточной Азии. К тому же в этот период усилилась миссионерская деятельность буддистских монахов, которые появились в Китае еще в начале нашей эры, что также повлияло на оживление морских связей с Индией, центром, где возникла новая религия и находились ее главные святыни. В старинных хрониках помещено живое описание морских путешествий в 399–414 годах китайского проповедника буддизма Фа Сяня. Рассказывая о своих путешествиях по морям Юго-Восточной Азии, он писал:
