Читаем без скачивания Госпожа - Анна Завадская

Я лишь хмыкнула. Теперь понятно. Кстати, мы уже проехали город и въезжали в ворота крепости-усадьбы. Здесь также висели два полотнища со знаками, вот только следы разрушений ничем скрыть не смогли. Уртвары жили именно здесь и самые тяжелые бои проходили именно на этой территории. Казармы, дома для офицеров, тренировочные залы, склады, оружейные мастерские… Каждое здание — мини-крепость. Каждое — носит следы нешуточных боев. Мама моя дорогая… Их же теперь все чинить, а то и перестраивать! Сама же усадьба стеной как таковой обнесена не была: лишь небольшая (метра два с половиной где-то) кованая ограда да живая изгородь. И если ограда уже была полностью восстановлена, то по обугленным и проломленным кустам спокойно читалось, куда именно угодило то или иное заклинание и как освобождающие штурмовали здание за оградой.

Здание… Ага… Как же… Это было что-то среднее между замком и дворцом. Трехэтажное, с четырьмя круглыми башнями по углам и квадратным донжоном, вырастающим прямо из жилого корпуса. Цоколь высотой в рост обычного человека, узкие трио окон-бойниц, отсутствие балконов. Пощадки наверху башен и донжона закрыты остроконечными крышами. Двери сверкают свежим лаком, стены кое-где ещё не полностью очищены от копоти, на крышах рядом со старой черепицей куча новой, свеженькой. Парка вокруг как такового не было. И скорее всего это тоже было последствием войны. Но сейчас ворота ограды были открыты настежь, стены украшены праздничными гирляндами и флагами, с кухни слышны умопомрачительные запахи, а мы, в сопровождении встречавших, подъезжаем к высокому крыльцу.

Внимание, акт второй. Выход из коляски наложниц и Зайра. Мы уже спешились и поднимаемся по лестнице, не оборачиваясь назад. Макс подал руку мне, я придерживаюсь за неё, Илир идет сзади. И тут мы слышим синхронный выдох изумления встречавших. Переглянувшись, доходим до верха крыльца и поворачиваемся. Ну конечно. Зайр выскочил из коляски первым и по очереди подал руку сначала Нионе, а потом и Лари. А теперь с гордым видом идет посередине двух красавиц, которые опираются на его руки.

— Если бы родственники узнали… — пробормотала Ниона, поровнявшись с нами и став справа от Макса.

— Если мои родичи узнают… — не менее многозначительно сказал Зайр, становясь слева от меня.

Мы переглянулись с Максом. Ну что тут поделать, так уж выпали карты. Улыбнувшись, Макс сказал, обращаясь к нашим гостям:

— Господа, прошу в дом.

После чего мы сами впервые вошли в усадьбу, которая должна была стать нам домом до тех пор, пока Макс не построит новое поместье.

За окном мела метель. Вот такую зиму я помню и люблю. Снежную, холодную, с белыми шапками на крышах и деревьях, с узорами на стекле, с санками и лыжами, с яркими холодными звездами в ясном ночном небе, в которое из каждой трубы тянется тонкая струйка белесого дыма. Такой она была здесь, в Харш-Наре и в его окрестностях. Правда, белыми шапки крыш были лишь в первые часы после снегопада, а на дорогах снега вообще не было… а если и был, то в настолько утоптанном виде… Печное отопление и оседающий на крышах серый пепел и черная сажа немного портили впечатление от снежного великолепия, укрывшего город пушистым покрывалом. Зима здесь в почете, её уважают, любят — и бояться одновременно. Как суровую и прекрасную госпожу, позволяющую восхищаться своей красотой — но сурово наказывающую за оплошности. Такой суровой госпожой я и должна была выглядеть в глазах жителей имения. Но хотела ли я этого?

Со дня торжественной встречи прошло двенадцать дней. Карилла со служанками заканчивала тщательную уборку помещений нашей городской усадьбы, Данер со слугами и воинами заканчивал ремонт казарм и хозяйственных построек. Макс с гвардейцами почти сразу уехал осматривать Воющую крепость, а потом должен был осмотреть шахты и рудники, хотел проехаться вдоль гор, посмотреть место для строительства нового поместья. Меня же оставили в Харш-Наре "следить за порядком". Очень ответственное задание. Угу…

Вот только с этой задачей великолепно справлялся управляющий городом без моей помощи. Я пару раз выезжала с наложниками в город, проезжала по улицам, рассматривая перемены — и могла сказать, что он справляется на отлично. Большинство домов ремонтировались в рекордные сроки, были разобраны почти все завалы, чинились дороги. В общем, порядок не интересовался моей персоной в качестве присмотрщика за ним.

А значит… Значит пришла пора тренировок. И Райна абсолютно не возражала, пока я разминалась в тренировочном зале под её жестким контролем. А на большее, чем обычная разминка, мое тело, в отличие от духа, и не могло пока рассчитывать.

То, что я никак не могла заставить себя делать в том мире — гимнастика с небольшим уклоном в рукопашку — здесь получалась довольно сносно и почти без усилий над моим сознанием. Вот почему дитя технократического мира никак не может оторвать зад от стула перед монитором и пойти пробежаться, поприседать и понаклоняться? Почему там это настолько тяжело? Почему здесь все то же не вызывает таких приступов отторжения моим "я"? Может потому, что здесь к этому по-другому относятся абсолютно все? То, что там было чуть ли не героическим поступком — здесь выполняет по большей части каждый? А может дело было в том, что я наконец-то точно знала, что конкретно я получу, если буду выполнять то или иное движение? И воспринимала это не как "подтяжку мышц", а как подготовку тела к чему-то более интересному?

Да, в своих тренировках я бессовестно использовала знания, полученные от Государя. Проверяла, так сказать, теорию практикой. И понимала, что не соответствую высокому званию будущего учителя и на один процент. Как учить кого-то, не умея самому то же самое? И ладно там магия… Обыкновенную зарядку делаю лишь на четверть и то с отдышкой в конце! Блин! Прав был мастер Тарис, нельзя мне быть наставницей Наследника.

С такими невеселыми мыслями я возвращалась обычно в свою комнату и принимала ванну, успокаивалась и вновь доказывала себе, что именно мне учить Наследника премудростям военной науки и не понадобиться. Есть Макс, который это умеет лучше меня, есть мастер Тарис, который знает магию лучше меня. Ну а магии эмпов и магии духа я его и сама научу. Вот только освою немного эти знания — и все смогу. Как раз на освоение эмповских знаний и уходила остальная часть дня. Ну, и на разбор писем. И то, и другое проходило в кабинете, из которого я отлучалась только на обед и ужин.

Шесть дней такого темпа нисколько не утомили меня физически, но вот морально… Настроение портилось из дня в день, причем эмповские практики только ухудшали это состояние. Я ощущала, что упускаю что-то. Что-то важное. Но что? Я не могла понять. На седьмой день, проделывая утренний комплекс упражнений, я попробовала сосредоточится на этой непонятной тревоге. Это не было никак связано с Максом или мной — сто процентов. Наложницы? С чего бы вдруг? Ниона попросила разрешение исследовать сад вокруг усадьбы и занятся подготовкой к его восстановлению. Лари мастерила для новых слуг амулетики и под этим прикрытием пополняла запас болтов и стрел мне и Нионе. Наложники? Так каждый из них посменно находился рядом со мной: за дверью тренировочного зала (потому что я им запретила находится там, пока я тренируюсь), на диванчике в углу моего кабинета, в кресле в моей спальне (Макс сам настоял на этом после того, как узнал о том, как на меня напали уртвары во время беседы с мастером Тарисом). В свободное от дежурств время Илир помогал Нионе или летал над городом, вызывая в городе пятиминутные заторы из-за повернутых в сторону неба лиц. Зайр же тренировался до одури да выходил на спарринг с гвардейцами. Карилла и Данер? Да нет, оба заняты своими делами и у них никаким проблем нет. Кто ещё? Риана? Так они великолепно устроились в добротном домике через квартал от нас, Димрий все также с Максом и шастает — а она приводит в порядок дом. Позавчера приезжала, хвасталась, что ещё двоих слуг наняла, так что теперь быстрее дело пойдет. Говорила, что соседи хорошие попались, дружелюбные. В принципе, и по этой ветке неприятностей не должно было быть. Блин, меня бесила эта неопределенность!