Отряд Киквидзе и часть рабочей дружины «Арсенала» отступили к Дарнице. Но недолго продержались петлюровцы в Киеве. 22 января красногвардейский отряд Киквидзе совместно с частями, прибывшими из Питера, Москвы и других городов, выбил гайдамаков из Киева. Киевские рабочие передали Ровненскому отряду бронепоезд, лучшие из них вступили в число красногвардейцев. Отряд насчитывал теперь около 5 500 человек.
В это время на Украину, в Харьков, прибыл В. Антонов-Овсеенко и принял командование над всеми украинскими частями. Он подчинил Киквидзе весь участок Гребенка — Ромодан — Полтава — Лозовая. Войска, расположенные на этом участке, получили название IV армии.
Немцы подходили по всему фронту. На подступах к Полтаве пятитысячная армия Киквидзе в течение нескольких суток сдерживала наступление германских войск в количестве двух корпусов.
Но беспримерный героизм красногвардейцев не мог остановить хорошо организованного, вооруженного до зубов врага.
Пал Харьков. Отряды Красной гвардии отходили на восток, в Северо-Донецкую республику. Остатки IV армии прибыли в Луганск. Армия, сильно поредевшая в жестоких боях, однако, значительно выросла за это время в боевом и политическом отношении, пройдя испытание «огнем и мечом». В ее радах остались лишь преданные делу революции люди.
Вскоре обстановка изменилась. Был заключен Брестский мирный договор, согласно которому все отряды советских войск на Украине подлежали разоружению. В города Центральной России с Украины отходили красные отряды. В числе этих отрядов был и отряд Киквидзе, прибывший в Тамбов.
Тамбовский исполком отнесся к красногвардейцам сначала недоброжелательно, опасаясь за спокойствие горожан. Но, убедившись в организованности и дисциплинированности отряда, переменил свое отношение. Между киквидзевцами и рабочими Тамбовского порохового завода завязалась крепкая дружба.
11 мая 1918 года отряд посетил член коллегии Народного комиссариата по военным делам Н. И. Подвойский. К этому времени отряд Киквидзе пополнился пришедшим с Украины и влившимся в него Харьковским полком. В состав отряда входили: пехотный полк, кавалерийский Орденский полк, две легкие батареи и сформировавшаяся конная батарея.
Подвойский провел смотр боевой готовности отряда. С задачей, поставленной во время смотра, красногвардейцы справились великолепно. Поэтому отряд не расформировали, а развернули в 1-ю дивизию внеочередного формирования.
Начальником дивизии был назначен В. Киквидзе, его заместителем С. Медведовский.
16 мая 1918 года, приняв присягу, дивизия с энтузиазмом поклялась защищать до конца дело революции. С этого момента началась усиленная работа по формированию дивизии. В нее влились новые части: Украинский рабоче-крестьянский полк, 2-й Интернациональный полк, 6-й Заамурский конный полк.
В последних числах мая 1918 года дивизии было приказано срочно погрузиться и отправиться под Царицын на борьбу с южной контрреволюцией: с Дудаковым, Красновым и немцами.
Приказ об отправке на фронт был встречен с большим энтузиазмом. Погрузка шла с лихорадочной быстротой, но стройно и организованно, и дивизия поэшелонно стала отбывать из Тамбова по маршруту Балашов — Поворино — Филоново.
В штабе Северо-Кавказского военного округа оказался в то время бывший царский генерал Носович, белогвардейский агент, пробравшийся в аппарат Красной Армии с подрывными целями. Узнав о приближении к Царицыну дивизии Киквидзе, он немедленно связался с Красновым и Деникиным. Враги намеревались задержать дивизию в пути и уничтожить ее по частям.
Когда головные эшелоны достигли станции Арчеда, а тыловые — станции Поворино, дивизия была остановлена Носовичем.
Киквидзе было приказано прекратить продвижение вперед и немедленно выехать в штаб СКВО за получением дальнейших директив. Ничего не подозревая, Киквидзе на бронепоезде отправился в Царицын.
Тем временем Краснов дал указание атаману Дудакову воспользоваться отсутствием Киквидзе и атаковать дивизию врасплох.
Прибыв в штаб СКВО, Киквидзе в первом же разговоре с Носовичем и его «спецами» понял, что ему устроили западню. Не подавая виду, что разгадал замысел врагов, он под предлогом нездоровья немедленно удалился из штаба, миновал охрану и добрался до бронепоезда. Здесь Киквидзе опять был среди своих. Через несколько минут бронепоезд мчался на полной скорости обратно к дивизии.
Генерал Носович, узнав об исчезновении Киквидзе, приказал задержать бронепоезд на станции Себряково. Но с помощью железнодорожников Киквидзе удалось проскочить станцию.
Вовремя вернулся начдив к своим частям. Белая кавалерия уже готовилась к атаке. Киквидзе немедленно отдал команду подготовиться к обороне. Присутствие начдива придало красногвардейцам решимость. Они стойко встретили атаку беляков. Отряд Дудакова отступил с большими потерями.
О нависшей над красными частями опасности Киквидзе немедленно сообщил Сиверсу, командиру Украинской бригады, занимавшей позиции в районе Поворино.
Дудаковские банды, засевшие в окружной станице Урюпино, взяли станцию Алексиково, перехватив, таким образом, железнодорожную ветку Поворино — Филоново.
Необходимо было принимать срочные меры.
Киквидзе с Интернациональным и Заамурским полками и двумя легкими батареями со стороны Филоново и кавалеристы Орденского полка со стороны Поворино двинулись на Алексиково. Удар был неожиданным и мощным. После сильного боя белые отступили, и 12 июня станция была взята.
На следующий день Киквидзе по своей инициативе развернул наступление на станицу Урюпинскую. На этот раз начдив повел в бой кавалерию. Противник пытался обороняться крупными конными силами, но, не выдержав натиска красногвардейцев, начал отступать.
Все же из-за предателей в штабе СКВО позиции, завоеванные кровью красных бойцов, вскоре пришлось оставить. Носович ложно информировал Киквидзе о положении в тылу, намеренно искажал сведения о силах противника. Он потребовал сконцентрировать основные силы дивизии на линии Филоново — Арчеда, в то время как противник сгруппировал отряды, угрожая Алексиково, а к Урюпино подступали немцы.
Это привело к тому, что 16 июня киквидзевцам пришлось оставить станицу Урюпино и отступить к станции Алексиково. В течение ночи части красногвардейцев грузились и отправлялись на Поворино. С пехотой, измученной и усталой, начдиву пришлось отойти на прежние позиции, чтобы привести части в порядок и этим сохранить живую силу.
Прибыв в Поворино, Киквидзе получает из Кандауровки от рабочих порохового завода тревожную телеграмму: «Советская власть в Тамбове пала, спасайте!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
