Ты хочешь таким быть?
— Ну нет!
— Тогда смотри, — Рай обводит рукой вокруг. — Небо чистое, но воздух морозный. Значит, ночь сегодня будет потрясающе звёздной. А в астрономической башне не будет никаких занятий, и телескоп совершенно свободен.
Разноцветные глаза Ингвара загораются ярче любых звёзд.
— Телескоп? Большой? Мне можно в него посмотреть?
— Нужно, — серьёзно кивает Райден. — Ведь такого телескопа ты никогда не видел. А я расскажу тебе, что знаю о звёздах.
— Правда? — недоверчиво выдыхает сын. — А какая ваша любимая туманность?
На миг Райден по-настоящему призадумывается, а затем его губ касается улыбка.
— Думаю, Танцующая дева.
— Я читал о ней! — радуется ребёнок и недовольно добавляет: — Но не видел никогда. У меня телескоп так, почти игрушка.
— Ну вот мы и поставили задачу на этот вечер, — говорит Райден, выпрямляясь. — Будем искать эту загадочную туманность.
Я зачарована их разговором и тем, как легко Раю удаётся ладить с моим сыном. Но моего уха касается шёпот коварной искусительницы:
— Как будто так должно было быть изначально, правда? Я не могу полностью искоренить Эйвана из Ингвара, это невозможно. Но сделать так, что магия Райдена станет для него такой же родной, я в силах.
— Но как? — удивляюсь я, оборачиваясь на сияющую Веспулу.
— Лично махарани подсказала мне этот ритуал, — отвечает она. — Нам он необходим, чтобы стихии не вступали в конфликт внутри слабого детского тела. Ингвару не повезло сочетать в себе несочетаемое. Химерам и так тяжело с их магией, а уж ему достался взрывной наборчик.
На моих глазах Веспула делает замысловатое движение руками, и в её ладонях оказывается прозрачный водяной шарик. Он лопается, осыпаясь на покрытую инеем и снегом траву, и зелень тут же оживает, стряхивая с себя мороз.
— Удобно сочетать в себе магию, которая работает в синергии, — комментирует Веспула. — Но даже это доставляет немало проблем. В случае с Ингваром, вместо синергии он получит постоянный внутренний конфликт, который медленно уничтожит мальчика, прежде чем он достигнет совершеннолетия.
— Обожаю, когда ты рассказываешь мне такие ужасы с нежной улыбкой.
— Я улыбаюсь, потому что знаю, как это решить, — хихикает Веспула. — Но я не Аделаида и не стану ставить эксперименты на твоём ребёнке без позволения.
— Что ты хочешь сделать? — спрашиваю я напряжённо.
— Вплести в магическое поле Ингвара третью стихию, — спокойно отвечает колдунья. — Она встанет надёжной стеной между противоборствующими силами. Для этого нам понадобится источник чистой стихии огромной мощи, который притупит огонь и позволит развиться льду.
— Вода, — произношу я одними губами. — На такое способна только вода.
Веспула довольно кивает.
— Подводные камни будут?
— Ну, как сказать… Побочный эффект заключается в том, что Ингвар будет отныне связан с этим источником. А самый надёжный и очевидный источник стихийной магии — это дракон.
— Это безопасно?
— Безусловно, — уверенно кивает подруга. — Для них обоих. В худшем случае я переборщу и сделаю из твоего сына химеру иного вида.
Веспула заливисто хохочет, оставляя меня гадать, правда ли это возможно или она просто пошутила. С ней разве поймёшь.
— Но дракон должен связать свою силу с другим добровольно. Я бы даже сказала, с воодушевлением желать сделать этот подарок.
— Понятно, — вздыхаю я и направляюсь к Райдену.
Хотя мысленно, конечно, я в панике. Что говорить? Любимый, ты не готов магически усыновить моего ребёнка? Какой же бред…
До меня доносится обрывок тихой беседы Райдена и Лисанны. Лисса держит сложенные руки высоко, перед самым носом, так что длинные рукава скрывают половину её лица. Это старинная дахраарская традиция: так девушка общается вблизи с мужем или женихом своей сестры, подчёркивая, что не заинтересованы в этом мужчине, так что и ему на неё глазеть нечего. Пожалуй, иногда Лисанна слишком старомодна.
— …ни за что бы не одобрила это, — говорит сестра. — Так что вы всё сделали правильно.
— Это только время покажет, — качает головой Райден.
— Секретничаете? — с любопытством спрашиваю я.
Они отвечают мне усмешками.
— А от тебя ничего не скроешь, — фыркает Лисанна. Она переводит быстрый взгляд с меня на Райдена и как бы невзначай говорит: — До сих пор не увидела легендарную оранжерею. Думаю, Ингвару тоже будет интересно.
— Так пойдём же скорее, — отзывается подошедшая Веспула. — Юный дракон, вас желает поприветствовать одна бородатая особа.
— Берни? — тут же забывает о снеговике сын. — Где она?
Живо представляю себе, как Аделаида приходит в себя в перевёрнутом вверх дном поместье, наконец-то добирается до оранжереи и обнаруживает, что там не хватает многих образцов из её коллекции. На губах сама собой появляется улыбка. Что ни говори, а коза — исключительно полезное в хозяйстве животное.
Взглядом провожаю что-то живо обсуждающих Веспулу и Лисанну и бегущего впереди них Ингвара. Это мирная и согревающая сердце картина.
Воспользовавшись моей мечтательной рассеянностью, Райден бесшумно подходит, притягивает меня за талию и целует в висок.
— Уже соскучился, — шепчет он.
Как бы мне ни хотелось поддержать его настроение, дело важнее.
— У меня к тебе есть серьёзный разговор.
— Оу. Звучит пугающе.
— Да уж, — морщусь я. — Когда это я просила тебя о чём-то простом и приятном.
— Например, сегодня ночью, когда шептала «ещё»…
Приходится страдальчески глянуть на него, чтобы он осознал, что всё правда очень серьёзно. Взгляд Рая становится острым и внимательным. Набираю полную грудь воздуха и начинаю своё путанное и сбивчивое объяснение. Впрочем, Райден останавливает меня ещё на середине.
— Что нужно сделать?
— Ты… согласен? — удивляюсь я.
— Отдать часть магии на спасение твоего ребёнка? Почему ты вообще спрашиваешь? — вскидывает брови он. — Даже будь это ребёнок совершенно чужой мне женщины, я бы не мог оставить его медленно задыхаться от собственной силы. Но Ингвар для меня, считай, родной. Ведь он твой.
— Спасибо, — шепчу я, прижимаясь к нему.
— Простым спасибо тут не отделаться, — притворно вздыхает он. — Ты должна мне как минимум руку и сердце.
— Дай мне для начала всё же официально развестись, — смеюсь я. — Подождёшь?
— Конечно. Я очень терпеливый.
Взявшись за руки, словно влюблённые школьники, мы догоняем остальных в оранжерее. День проходит восхитительно. Райден и Веспула, конечно, отвлекаются на работу — Рай всё же ректор, а Веспула потихоньку готовит ритуал. Но всё равно большую часть дня мы проводим вместе, как большая, пусть и очень странная семья.
Не хватает только Руби, но когда я спрашиваю, нет ли от неё вестей, я получаю лишь загадочное молчание в ответ. Можно было бы обеспокоиться, но настроение у всех отличное. Вряд ли Рай стал бы вести себя так легкомысленно, если бы у Руби были проблемы. Значит, и она скоро прибудет.
Вечер становится для Ингвара особенно волнительным.
