История (и археология) знает немало случаев, как одна и та же по назначению вещь имела абсолютно похожий облик (и устройство) даже у разных цивилизаций, разделённых и в пространстве, и во времени. А что уж тогда говорить про ХХ-й век, когда общение стран и народов стало чрезвычайно тесным…
Вот, навскидку, известная каждому с детства загадка “Два конца, два кольца, посередине гвоздик?” является классическим “золотым сечением” устройства ножниц. УТВЕРЖДАЮ: соотношение “2:2:1” в конструкции ножниц является самым оптимальным и, соответственно, ножницы с подобным соотношением между количествами “концов”, “колец” и “гвоздиков” будут самыми эффективными! Кто-то сомневается? Принимаю любую ставку!
Давайте приведу пример ещё одного своего “изобретения”, более близкого к обсуждаемой тематике: соотношение “1:1:1” является оптимальным для пропорции количеств танковых движителей, башен и орудий в танке. Время и опыт показали, что именно конструкция танка с одним движителем, одной башней и одним орудием является наиболее эффективной! Кто-то против? Готов поспорить с любым: имевшие место быть многобашенные, высококолесные, с двумя движителями, с тремя пушками (или аж с восемью пулемётами) танки являются менее эффективными, чем танки с моим “золотым сечением” — “1:1:1”!
Хотите что-то более сложное в качестве примера?
Пожалуйста: общественно-политический строй в разных странах в разное время различен, но, как говаривал один американский президент, “хоть демократия и ужасная вещь, но лучшего способа управления государством люди пока не придумали”(~с) Так что демократия с её пропорцией независимых властей “законодательна-исполнительная-судебная” — это тоже своего рода “золотое сечение государственного устройства”. Неэффективность иных политических устройств (или же использование под маркой “демократии” её противоположности — “социалистической демократии”, когда фактически сечение было “0:1:0”) доказана временем. Кто-то будет спорить, что существует жизнеспособное госустройство с большей эффективностью?
В общем, изобрёл Игорь Куртуков то, что… ТОЖЕ имеет своё “золотое сечение”, а именно: “2 колеса:2 педали:1 цепь”. Т. е. велосипед Игорь изобрёл, ну а Алексей Валерьевич на этом велосипеде по страницам своей седьмой главы “адекватно” и “конструктивно” разъезжает:-)
**Я неверно понял смысл Вашего изобретения, Игорь, опустив его ценность до ценности “выеденного яйца”?
Катается на “велосипеде Куртукова” Алексей Валерьевич не просто так, за ради удовольствия, велосипед этот ему нужен как средство для ОБМАНА читателей — с его помощью он ИСКАЖАЕТ ПРИРОДУ ПОЯВЛЕНИЯ той самой “второй причины”.
И обманывает весьма просто…
Но об этом — в следующей части.
PS. Подсказываю ответ на загадку, вынесенную в название — это “золотое сечение обеденного стола” в виде пропорции “4_ножки:1_столешница”:-)
Антисуворов. Гл.7. Ч.3
В помощь пропагандисту-агитатору
Предыдущую часть комментариев по седьмой главе — http://www.russ.ru/forums-new/war-ist/messages/39503.html — я закончил тем, что теория “золотого сечения” используется Алексеем Валерьевичем лишь как средство для обмана читателей.
И… чего-то лень мне сегодня про сечение это писать.
Настроение не то.
Но в том-то и прелесть труда Алексея Валерьевича, что любая глава его книги даёт возможность комментировать в ней написанное… под всякое-разное настроение.
А сегодня настроение у меня, можно сказать, хорошее:-)
Поэтому… для начала — небольшой совет Алексею Валерьевичу:-)
Раз уж считаете своих читателей ослами и поставили себе цель убедительно очернить в их глазах кого-то или что-то, то при выполнении выбранной роли “advocatus diaboli” (“адвоката дьявола”) и высказывая аргументы, характеризующие только отрицательные стороны объекта, необходимо соблюдать простое “правило пропагандиста”: “Asini exiguo pabulo vivunt” (“Ослы удовлетворяются скудным кормом”). Сиречь приводить надо исключительно негативные ФАКТЫ, а не мнения (собственные или третьих лиц); приводимые факты должны быть ПРАВДИВЫМИ; нельзя опускаться до вполне понятного желания злонамеренно УХУДШИТЬ и так негативные (sic!) факты; и уж совсем нельзя, источив имеющийся яд, заявлять, что, мол, “очернять-то я и не хотел”.
Вот только тогда критику будет уготована незавидная роль. Потому как:
а) пытаться оспорить очевидное (правдивые негативные факты) — глупо;
б) приводить “в пику” очевидным фактам чьи-то мнения — глупо вдвойне;
в) также нелепо будет в пику “минусам” рассказывать только о “плюсах” объекта: во-первых, они никак не аннулируют очевидных “минусов”; во-вторых, критик будет выглядеть таким же пропагандистом-агитатором, как и автор, в чём его завсегда можно обвинить.
Кстати, это же правило действует и тогда, когда пропагандист, наоборот, хочет кого-то или что-то объявить чуть ли не “святым”, сиречь выступает в роли уже “advocatus dei” (“адвоката бога”) и поёт в адрес объекта исключительно дифирамбы.
Я вышеперечисленными ограничениями на критику книги Алексея Валерьевича не связан, потому как наш “энциклопедист”, хоть и надел маску “грамотного” пропагандиста, из под неё всё же торчат его собственные… ослиные уши.
Я на нескольких примерах покажу, как Алексей Валерьевич нарушает то самое “правило пропагандиста”.
1. Рассказ о том, что в танках КВ и Т-34 не было “ничего особливого” Алексей Валерьевич начинает с вранья. А именно, пеняет Владимиру Богдановичу на то, что в качестве “бравурного рассказа о КВ” тот выбрал почему-то рассказ не танкиста, а генерал-полковника А.И. Родимцева, который “не был танкистом” и поэтому, мол, “его свидетельство в данном конкретном случае звучит не слишком убедительным”. В пику словам Родимцева Алексей Валерьевич приводит свидетельство “настоящего танкиста” З.К. Слюсаренко.
Выстрел Алексея Валерьевича, как обычно, оказался холостым. Да, действительно, в главе 19-ой книги “Последняя республика” Владимир Богданович приводит слова “не-танкиста” генерал-полковника Родимцева. Но там же Владимир Богданович сразу указывает: “У других советских генералов мы найдём немало примеров”. И практически тут же (в конце главы 22-й той же книги) приводит аналогичные свидетельства тех самых “других советских генералов” — Осадчего и Рябышева. Не дочитал, получается, Алексей Валерьевич, книгу Владимира Богдановича? Или же Осадчий и Рябышев — ненастоящие полков… то есть я хотел сказать, — ненастоящие танкисты? Или — менее настоящие, чем Слюсаренко?
2. Продолжает рассказ о “неособливых танках” Алексей Валерьевич так (цитирую с.147–148): “Далее В. Суворов ссылается на некие якобы широко известные немецкие документы. Тем не менее Владимир Богданович, не потрудившись привести какие-либо ссылки, пишет: “В германских сводках того времени — тихая паника: германские танкисты привыкли к тому, что их танки лучшие в мире, а тут вдруг — КВ. Такого они не ожидали […] Противотанковые пушки против них бессильны.” По моим наблюдениям, немцы начинают петь про неуязвимые Т-34 и КВ, когда дела идут плохо и легче свалить проблемы на вражескую технику, чем на свои промахи. Блюменрит пишет о том, что мешали Т-34, описывая битву под Москвой, — странно, не правда ли? Сотни КВ не заметил, а вот куда более скромные количества новых советских танков под Москвой заметил.”
Подвела Алексея Валерьевича его… наблюдательность.
Во-первых, опубликованные воспоминания генерала Гюнтера БлюменТрита называются “Московская битва”. Почему, рассказывая о Московской битве, БлюменТрит должен во всех подробностях расписывать свои впечатления о предшествующих боях?
Ежели дело касается конкретных слов БлюменТрита о том, что якобы танки Т-34 в битве под Москвой были для него НОВОЙ НЕОЖИДАННОСТЬЮ, то тут посоветую Алексею Валерьевичу обратиться к оригинальному тексту, а именно “The fatal decisions” (N-Y, 1956), из чтения которого станет ясно, что для БлюменТрита НОВОЙ НЕОЖИДАННОСТЬЮ стали не сами танки, а способ их применения. В русском издании, увы, весьма корявый перевод, исказивший смысл авторских слов.
Во-вторых, для тех кто не в курсе, сообщу, что первой достойной упоминания печатной работой нашего “энциклопедиста” являются комментарии и послесловие к книге М.Е. Катукова “На острие главного удара” 2003 года издания. Предположу, что Алексей Валерьевич всё же читал то, что комментировал. Почему же не заметил Алексей Валерьевич в самой первой главе описание Катукова боёв второй недели войны? Цитирую Катукова: “Прослышали мы, что гитлеровцы боятся наших танков Т-34 и КВ. Но где их взять? Не помню уж, у кого в дивизии родилась мысль сделать макеты тридцатьчетверок. Обшили мы несколько транспортных машин фанерой, приделали деревянные пушки, покрасили в защитный цвет. Стоят такие пугала, замаскированные, в кустах или на опушке леса, а рядом ведут огонь настоящие пушки. На пехоту противника это производило впечатление, и на этих участках она не лезла напролом…”
