– Ты прекрасна, – шептал он снова и снова, – прекрасна!
Его слова действовали на нее так же, как поцелуи, и она не понимала, как могла так долго не слышать их.
Над головой пролетел самолет, но этого было достаточно, чтобы Тру очнулась и, открыв глаза, прошептала:
– Харрисон…
Это прозвучало как мольба. Но разве возможно остановить мужчину, когда хочешь, чтобы именно он целовал тебя? Когда только он способен сказать то, что мечтаешь услышать от него снова и снова?
– Прости, – сказал он будто очнувшись. – …Я так… прости.
Она провела рукой по его лицу.
Несколько секунд они смотрели друг на друга, а затем, поддавшись необъяснимому порыву, Тру буквально вцепилась в его рубашку и принялась расстегивать ее быстрыми торопливыми движениями, даже под воду ушла, прежде чем осыпать поцелуями его живот. Вынырнув на поверхность, она шумно отдышалась и стала целовать его грудь, одновременно помогая ему стянуть шорты, а потом бросила их на доску.
И все это без единого слова.
Теперь пришла его очередь. Пока Харрисон раздевал ее, Тру ласкала его – всюду, куда только могла добраться. Она и глазом моргнуть не успела, как оказалась почти обнаженной.
Он расстегивал ее лифчик и одновременно целовал в губы.
О боже… Как хорошо быть обнаженной, особенно когда его ладонь обхватила ее правую грудь, лаская большим пальцем тугой сосок.
– О Тру… – выдохнул он и улыбнулся, глядя на воду.
Они видели, как в воде вспыхнула золотая застежка, и лифчика как не бывало.
Тру рассмеялась. Харрисон обнял ее за талию, а она обхватила его за шею, и они целовались и смеялись. И наслаждались мягким, тихим звуком поцелуев.
Вытянув руки по обеим сторонам от нее, он ухватился за доску за ее спиной. Она повисла на нем, держась за шею и обхватив ногами талию, чувствуя его мощную эрекцию. Он приподнялся повыше, так чтобы они могли соединиться в самом сладком месте…
И это получилось. Они занимались любовью, не успев до конца раздеться, и он все время целовал ее. Тру раздражали ее наполовину снятые шорты, но это лишь обостряло желание. И когда она подошла к завершению, восхитительное ощущение не стало менее острым даже в воде и накрыло ее с головой… Поцелуи Харрисона поглощали ее стоны.
– Так, – шептал он, – так… – Нежно целуя ее, он убрал мокрые волосы с ее лба.
Она держалась на плаву, обвивая ногами его торс. И вдруг начала плакать, сначала едва слышно, потом…
Он прижал ее голову к своей шее.
– Все хорошо, милая. Все хорошо.
И тогда Тру зарыдала.
– Нет, нет, не хорошо… я выхожу замуж. А все, о чем могу думать, это оргазм, который только что… испытала посреди залива Бискейн. С тобой. А ты нет, и мне кажется это неправильным. Но почему меня это волнует? Ты не мой жених, тогда почему я с тобой? Почему я здесь? – И она снова зарыдала, глотая слезы.
Тру не стала бы рассказывать ему, что после их ночи на Палм-Бич только сейчас она вновь испытала удовольствие. Чего никогда не происходило с Дабзом, который был ее единственным любовником в течение всех этих лет.
Харрисон тихо рассмеялся.
– Ничего, я переживу. Я не жалею о том, что это случилось. И ты тоже не жалей. Думай об этом как о некоем отдохновении. У тебя впереди еще много всего. Но то, что ты пройдешь через это без меня, разрывает мое сердце на части.
Паника тихо подкралась и завладела Тру… Внутри зарождалась неприятная дрожь. И все это водное пространство теперь казалось пугающе огромным. Может быть, где-то в темных глубинах рыщет акула? Приплыла из океана следом за рыбацким судном с ловцами креветок? Может быть, так же как дельфины, она бороздит залив Бискейн?
Течение усилилось – правда, пока чуть-чуть.
– Нам пора домой. Уизи ждет, и Гейдж тоже. И потом, еще столько надо успеть сделать до свадьбы…
– Вот что, – сказал Харрисон, – успокойся.
Она сглотнула слюну.
– Я успокоюсь. – У нее не было с собой бумажного пакета, чтобы засунуть туда голову, но она могла закрыть ее руками.
– Позволь я надену тебе топ, а потом помогу взобраться на доску. Ты в состоянии плыть?
– Я должна.
– Ну вот и умница. – Он улыбнулся. – Возьми спокойный ритм. И не волнуйся! Течение подхватит. И потом, я ведь рядом.
– Хорошо.
Она позволила ему надеть на нее майку. Потом, придерживая доску, он помог Тру вскарабкаться на нее, осторожно подтолкнул, и она с благодарностью приняла его помощь, хотя руки все еще дрожали.
«Все хорошо», – говорила себе Тру. Харрисон не переживает по поводу случившегося, ее смущение тоже ушло, но чувство вины пока еще терзало.
Он тоже привел себя в порядок, застегнул рубашку, и когда они встали и поплыли на досках, нормальные ощущения вернулись к Тру, разве что тепло и тяжесть между ног напоминали о том, что было несколько минут назад. Она изо всех сил старалась сосредоточиться на движениях, маневрируя доской и помогая себе веслом. Харрисон был прав: гребля помогла ей почувствовать себя лучше.
Все сразу изменилось.
– Теперь… после всего… я еще больше утвердилась в мысли, что тебе не стоит приходить на свадьбу.
– Согласен. – Его тон был твердый, но дружеский. – Скажи Уизи, что мне пришлось срочно уехать.
Тру стало жаль и Уизи, и себя, но ничего не поделаешь.
– А что касается твоего пребывания у нас…
– Я уеду утром, и все будет хорошо, – успокоил ее Харрисон. – Мне нужно немножко времени, чтобы подготовить Уизи и Гейджа. Скажу, что мне необходимо побыть одному, в тишине и покое, чтобы сосредоточиться на работе.
– Хорошая идея.
Им обоим было хорошо известно, что даже небольшая перемена способна улучшить ситуацию.
Они приближались к берегу. Харрисон направил свою доску в узкую протоку, через которую они выходили в залив, и Тру последовала за ним.
– Сегодня днем поеду на стройку, и заодно присмотрю себе какое-нибудь тихое местечко. И, потом… Черт! Я же могу жить в трейлере?
– Почему бы и нет? – Она взглянула на него с легким намеком на улыбку, едва заметную, одними уголками губ.
Он усмехнулся.
– Какая ирония! Если я поселюсь там, Гейдж переберется ко мне, и потом его никакими силами не выставишь.
Харрисон так радостно говорил о вроде бы неприятных вещах, что она не могла освободиться от его обаяния и сексуальности. Да что говорить: он просто замечательный, а любовник какой! Дабз ему в подметки не годится, а ведь была она с ним всего два раза…
И потом, второй раз не считается…
«О нет, считается», – возражало ее тело.
Тру сходила с ума, мечтая о нем, но должна выкинуть эти мысли из головы, как миллионы других женщин. Он просто околдовал ее.
– Черт! – воскликнула Тру. – Может, тебе стоит забыть о трейлере и найти тихий отель? Мне жаль, что приходится отказывать тебе от дома!
