В Редерне, помимо Таера, было еще несколько охотников, которые зимой уходили за шкурами, но большинство оставались в лесу ненадолго. И потом рассказывали о каких-то существах, которые преследовали их неделями, не оставляя следов. У Таера здесь тоже было несколько необычных встреч.
Хотя двигались они по ровной тропе, вокруг возвышались горы. Оглядываясь, Таер видел самую высокую из них – длинный хребет с голым красным верхом, обрамленным белизной снега; посредине этого хребта пролегала узкая щель – тот самый проход, по которому они пришли сюда.
Скью перешел вброд мелкий ручей. Таер надеялся, что обратный путь они проделают за несколько недель и вернутся в Редерн – точно как те, кто пережил падение Черного короля и по этому самому проходу добрался до безопасных мест за Рваными горами.
И тогда он снова сможет петь.
Скью махнул головой, и Таер ослабил повод, давая коню свободу.
Прошлым вечером Таер снова пел и потерял сознание – во всяком случае, так это выглядело. Одно мгновение – он пел, следующее – он лежал на земле, и Сэра шлепала его по лицу.
Говорят, он перестал петь, замолчал и сидел совершенно неподвижно. Потом у него начались конвульсии. Форан и Джес держали его, пока припадок не кончился. Хенна и Сэра потом долго совещались ночью и пришли к выводу, что припадок вызван тем, что Таер использовал свой орден, затронутый заклинаниями магов.
Таер не хотел когда-нибудь снова увидеть такое выражение в глазах Сэры, поэтому решил прекратить петь и рассказывать истории – ну, на время, конечно.
Сэра старалась не смотреть все время на Таера, не пытаться видеть. Большую часть вечера они с Хенной старались найти магию, уничтожающую орден Таера, но так и не смогли. Ничего не было, как ничего не было и тогда, когда они очищали Таера от заклятий после освобождения его от Пути.
Хенна кое-что знала о заклятиях, которые использовали маги, потому что была там. Таер тоже немного помнил, хотя мастера попытались стереть его память.
Руфорт, который был старше остальных троих бывших Воробышков, побывал на церемонии, когда в присутствии зрителей колдуны привязывали орден к камню. Он рассказал, что мог вспомнить, но он не колдун, и, как сухо заметил Таер, большинство из того, что делали колдуны на сцене, не магия, а театральные жесты.
Если бы снова показалась Память Форана, она могла бы сказать больше. Однако после того, как она убила нападавших на Форана в Таэле, Память не приходила кормиться, хотя почему – Сэра не знала. Память встречается очень редко, она возникает только тогда, когда Ворона предательски убивают, и поэтому о ней почти ничего не известно. Она возникает сразу после смерти Ворона, обычно когда убийца еще в комнате. Отомстив за мертвого Ворона, она исчезает. Мастера были защищены от Памяти магией, и если бы поблизости не оказался Форан, у которого Память могла бы кормиться, она была бы прикреплена к камню, а этого колдуны и добивались. И тогда она стала бы еще одним камнем из тех, которые колдунам не удавалось использовать.
Сэра никогда не слышала, что бы Память кормилась от кого-то, кроме своей добычи, и поэтому не знала, какими правилами она руководствуется в отношениях с Фораном. И пока Память не вернется, они с Хенной могут пользоваться только тем, что имеют, чтобы понять заклятие, которое действует на Таера.
Судя по сведениям, которые сообщили бывшие Воробышки, заклятие состояло из трех частей. Первая, которую наблюдала Хенна, это связывающая церемония. На Хенну она не подействовала, и ни Хенна, ни мастера не знали почему. Хенна не видела, как ее орден привязывали к камню, и поэтому не знала, как им это удавалось. Таер, будучи Бардом, знал только, что ему больно и у него гаснут чувства.
Путь держал своих обладавших орденом пленников год и один день, прежде чем успешно похитить орден и привязать его к камню. Отчасти это происходило потому, что магия лучше действует на человека, который хорошо известен тому, кто эту магию применяет. Магия Сэры гораздо легче действовала на членов ее семьи, чем на людей, которые ей не знакомы. Но иногда магии просто нужно много времени, чтобы подействовать. Связь ордена с камнем должна была быть по крайней мере не слабее связи ордена с носителем; на установление такой связи необходимо время.
Вторая часть, вероятно, заключалась в том, что камень начинал постепенно притягивать к себе орден. По-видимому, Таер находится в этой фазе. Тоарсен рассказал, что оба Ворона, которые были в заключении до Таера, к концу заключения переживали такие же припадки. Хенна считала, что после того как они покинули Таэлу, кто-то проделал эту вторую часть заклинаний. После того как Память покончила с колдунами, в живых оставался только один – сам Черный. И у него должен быть камень, к которому привязан орден Таера.
В третьей части заклинания Пути колдуны перерезали связь между орденом и носителем ордена. Для этого магия могла быть и не нужна, достаточно смерти носителя.
Судьбы Форана и Таера связаны друг с другом: если уничтожить Черного, они оба будут свободны. В последнем сообщении Брюидд говорилось, что либо Черный в Колоссе, либо они найдут там способ уничтожить его. Сэра взглянула на Таера и сразу отвела взгляд, чтобы он не заметил. Она найдет Черного, молча поклялась она. Найдет и позаботится, чтобы он больше никогда не беспокоил ее и ее близких. Сегодня Таер ехал впереди один. Он почти не разговаривал, и хотя Сэра знала, что молча он чувствует себя так же уверенно, как общаясь с окружающими, она тревожилась за него. Однако понимала, что ее заботливая суета скорее навредит ему, чем поможет, и поэтому позволила ему избегать себя.
Звериная тропа, по которой они двигались, привела к широкому плоскому лугу в пол-лиги шириной и, насколько могла судить Сэра, в три или больше лиг длиной. Лошадь Сэры сделала несколько шагов по лугу и остановилась. Сэра поняла, что сама ее остановила, но не могла понять, почему.
– Я знаю это место, – сказал Джес, который шел рядом с Хенной сразу за матерью.
Следующим подъехал Форан и остановился за Сэрой. Он быстро развернул Блейда и посмотрел на деревья, как будто ожидал увидеть наступающую армию. Но ничего не было, только мягкий ветерок шевелил вершины вечнозеленых деревьев.
Таер оглянулся и увидел, что они остановились. Он повернул Скью и поехал назад.
– Падение Тени, – сказал Иелиан благоговейно, когда Таер подъехал.
– Где-то впереди есть развалины зданий, – сказал Таер. – Не знаю, проедем ли достаточно близко, чтобы увидеть их. Согласно карте, наш путь лежит прямо через эту долину. Когда я был здесь в первый раз, пришел прямо с севера примерно в двух лигах отсюда и повернул домой, не заехав глубоко.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
