– Кто угодно мог его найти, – сказал Иелиан.
Хенна повернула голову и посмотрела на самого низкорослого из охранников Форана.
– Нет, – сказала она. – Только Странники.
– И только если город захотел быть найденным, – странным голосом добавил Джес. Это говорил не Защитник.
Ворота города колдунов из полированной меди и высотой почти такие же, как стены. Выглядели они так же, как в тот день, много столетий назад, когда колдун Хиннум запечатал их своим заклятием. На левой стороне ворот на языке колдунов Колосса были вытиснены прозаические слова: «Нижние Врата».
Хенна взглянула на высокие башни по обе стороны ворот, и ей почти показалось, что оттуда на них смотрят какие-то лица.
В империи мало городов старше Колосса, да и за ее пределами их тоже немного: когти Безымянного короля вонзались далеко за границами его государства. Предполагалось, что древнейший район Таэлы построен первым Фораном, и этот район свидетельствовал, что даже каменные здания за долгое время могут измениться или передвинуться. Камни стен Колосса лежали один на другом, и казалось, их так положили только вчера.
Хенна вздрогнула, и Джес обнял ее теплой рукой; это движение уже стало привычным.
– Замерзла?
– Нет, не в этом дело, – ответила она. – Что-то здесь не так. Где трещины в стенах? Почему медь все так же блестит: ведь натирать ее некому?
Она чувствовала силу, но та казалась страшно далекой – скорее воспоминание о магии, а не подлинная магия.
– Иллюзия? – спросила Сэра, спешившись. – Не похоже, хотя здесь есть магия.
Она прикоснулась к воротам и отскочила: ворота начали раскрываться. Створки не поворачивались наружу или внутрь, как в большинстве городов, и не поднимались, как ворота небольших крепостей. Эти створки, стоявшие на промасленных роликах внизу, под поверхностью дороги, уходили прямо в стены, и вскоре единственным напоминанием о них остались медные стержни в ладонь шириной, виднеющиеся в стене.
Прямо перед ними, на расстоянии в фургон, находилась вторая стена. Она преграждала доступ в город, так что входящим приходилось поворачивать направо или налево. По обе стороны, между наружной городской стеной и внутренней, находились деревянные ворота, какие могут быть на ферме в загоне для скота. Одни ворота были открыты, другие нет.
Таер спешился, наклонился к медному краю створки и принюхался.
– Если это и иллюзия, то совершенная, – сказал он. – Свежая смазка пахнет маслом.
– Здесь есть люди, – сказал Кисел. Он высвободил меч и поворачивал голову по сторонам, расслабляя мышцы шеи в подготовке к схватке. – Не может город быть покинутым. Совсем непохоже.
Он показал на землю у дальней стороны ворот, и Хенна поняла, что он имел в виду: на земле видны были следы, как будто кто-то только что кончил убирать этот участок от мусора.
– Слишком тихо, – возразил Тоарсен. – Город никогда не бывает таким тихим, Кисел. Даже город размером с Легей. А звуки Таэлы можно услышать за милю до города.
– Это магия, – негромко сказал Джес. – Город таким оставили. Так говорит Защитник.
– Он здесь был?
Таер бросил на сына вопросительный взгляд.
Хенна тоже была удивлена. Она знала, что Защитник может помнить то, чего знать не может, если орден не был очищен после смерти предыдущего Защитника, владевшего им. И начинала думать, что, возможно, это самая серьезная проблема ордена Защитника.
Но если это так, то когда она и Сэра поймут, что делать с камнями орденов, они в то же время могут наткнуться на способ помочь сделать орден Защитника менее опасным для его носителя. Она не собиралась изменить Джеса или Защитника, просто хотела обеспечить их безопасность. Но если Защитник знает о Колоссе, значит, он владеет не просто обрывками того, что знал предыдущий носитель ордена: это знания самого первого Защитника, того, кто пережил гибель Колосса.
Джес так долго смотрел на землю, что Хенна решила, будто он знает ответ на вопрос Таера. Но наконец Джес сказал:
– Он не знает. Просто помнит, что колдуны оставили город именно таким.
– Идем, – сказал Форан с нетерпением молодого человека; Хенна вспомнила, что, несмотря на свой ум, Форан всего на несколько лет старше Джеса. – Посмотрим, как выглядит город колдунов.
Таер встал, посмотрел на следы грабель на земле и кивнул.
– Хорошо. Парни, держите мечи наготове – у кого они есть. Будьте внимательны. Помните, что, по рассказам Странников, здесь есть что-то злое. Оно может быть связано, но Странники не доверяют прочности этих пут.
Джес не стал ждать остальных, но подошел к закрытым воротам сбоку от второй стены и перепрыгнул через них; собака последовала за ним. Сэра провела лошадь через другие ворота, открытые.
Хенна задержалась. Пусть Джес и Сэра идут впереди, она будет замыкать. Но другие тоже подумали о безопасности. Она заметила, что Тоарсен встал перед Фораном, а Кисел – за ним. Поскольку Ринни, как обычно, ехала рядом с Фораном, самые уязвимые члены группы оказывались защищенными от опасности. Руфорт и Иелиан посмотрели на Хенну, и она жестом послала их вперед, перед собой.
Лер ждал.
– Иди вперед, – сказала она ему. Он улыбнулся.
– Не могу сказать Джесу, что оставил женщину в арьергарде.
Она напряглась.
– Я могу позаботиться о себе.
– Несомненно, – согласился он и подъехал к ней. Хенна улыбнулась, покачала головой, но тем не менее проехала в ворота перед ним.
Узкий проход вывел их на широкую площадь, мощенную тем же розовым камнем, из которого сложены стены. Между камнями стояла вода, она плескалась под копытами лошадей.
Небольшие дома, окружавшие площадь и уходящие по узким улицам, несли на себе некоторые следы возраста, чего ожидала Хенна от всего города. Дерево дверей и окон потрескалось, тут и там вокруг домов росла сорная трава. Крыши выглядели так, словно уже десятилетиями требуют ремонта. Но все же десятилетиями, а не столетиями.
К тому времени как подъехали Хенна и Лер, остальные спешились и оглядывались по сторонам.
– Все равно город не выглядит брошенным, – сказал Форан, с отсутствующим видом потирая шею своего жеребца. – В Таэле есть районы, которые выглядят хуже.
– И запахов нет, – согласился Тоарсен.
Лер тоже спешился и подошел к одному из домов.
– Не могу открыть дверь, – удивленно сказал он.
– Закрыта? – спросил Таер, подходя посмотреть. Хенна медленно спешилась; она по-прежнему ждала опасности или нападения. Пустота большого города действовала на нее угнетающе.
– Пробовал. Я чувствую замки, но здесь вообще нет замка, папа, – сказал Лер. – Дверь просто не открывается.
Хенна нагнулась, разглядывая траву, которая росла между стеной и воротами. Дождевая капля упала на лист и стекла вниз, в образовавшуюся лужу. Трава высотой по колено и выглядит очень непрочной, но под тяжестью дождя она не шелохнулась. Она вообще не двигалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
