425. Запад алеет, и светится море. Перевод Б. Резникова
Запад алеет, и светится море вдали,Но уже темные краски на воду легли.Южная ночь, опускаясь неслышно с высот,По морю мягко ступает и в горы идет.«Доброго сна», — шепчет женщина, глядя в окно.«Доброго сна. Но смотри: разве море темно?Где она, ночь? В наших душах рассвет и весна!Доброе утро! А ты пожелала мне доброго сна…»
Между 1941 и 1945426. На бирюзовых волнах. Перевод В. Шаламова
Пароходу море стелет бирюзовые ковры,Освещают близкий берег золотистые костры.
Зданий белые фронтоны раздвигают леса мрак,Реют ветви, как знамена и преображенья знак.
Городским огням ответить порывается всегдаСветовым сигналом с неба замерцавшая звезда.
И заботливо укрыта в тишину морская даль,И наброшена на город дымки легкая вуаль.
Сколько силы в черноморской фосфорической волне,Осветившей мягким светом побережье в тишине!
Между 1941 и 1945427. «Подернут лиловым цветом…» Перевод К. Арсеневой
Подернут лиловым цветомПриморский откос, кудаЛюбил приходить с рассветомЯ в юношеские года.
Завеса плюща оделаРасселину той скалы,Откуда кидался смелоЯ в пенистые валы.
Но временем не остуженПыл юности… И поверь,С грозою и морем друженПо-прежнему я теперь.
1945428. Бараташвили. Перевод В. Соколова
Стою и к сердцу прижимаю лиру.Как бесконечен блеск поры ночной…И ветер, спутник всех бездомных мира,Над лирою гремит и надо мной.И обреченно отвечает лира.Стою и к сердцу прижимаю лиру.Бараташвили, я на край роднойГляжу…О где же, гдеТоварищ мой?Где милая моя?Без них так сиро…Лишь обреченно отвечает лира.Стою и к сердцу прижимаю лиру.Раз ты свободна, Грузия, то яИ мертвый тяжесть вынесу земную.О будущем поет струна моя.Прижал я к сердцу лиру дорогую.Писал я кровью, отстранив чернила.Сегодня, тенью зыблющийся весь,Я — прах Мерани, мчавшегося здесь.Таинственно звучит родная лира.
1945429. «Рыбкой комнатной — пестренькою, разноцветной…» Перевод Б. Резникова
Рыбкой комнатной, пестренькою, разноцветной, Вот уже Рица блестит!И апрельское небо зарею рассветной Склоны гор золотит.
В легкой дымке, в тумане сиренево-синем Дремлет зеркало вод,А над ними огромным живым апельсином Наше солнце встает…
День пройдет, и оно за листвою лавровой Вновь исчезнет во мгле!Наше солнце — живее любого живого Существа на земле.
Каждый день как впервые оно начинает На рассвете свой бегИ до вечера щедро горит, полыхает — Ныне, присно, вовек…
Нива, кузница, в море белеющий парус, Конь, табак, виноградИ крутые утесы, над ярусом ярус,— Вот абхазец, мой брат!
15 апреля 1946430. «С тех пор как красоту земли и неба…» Перевод Б. Резникова
С тех пор как красоту земли и небаВпервые опалил огонь войны,На каждой жизненной дороге, где быОна ни проходила, тишины
Всегда страшиться следовало! ГибельНесли поэту мир, покой, уют!Обречены те, кто в эпохи-глыбыОдной лишь зыбкою мечтой живут.
А впрочем, хочешь быть счастливым — что же,Закрой глаза лишь! Как морская гладь,Величественна жизнь для тех, кто можетДорогой бездорожье называть…
Мы помним счастье мира и покоя,Которые давал фальшивый свет,Орудовавший темною рукоюСвоею в наших душах столько лет!
Но всё это в конце концов, в итогеУшло, навеки кончилось. И вотСейчас на каждой жизненной дорогеМир — это вновь лишь радость и полет…
<18 июня 1946>431. Волны шумели. Перевод Б. Резникова
Гулом глухим наполнилась мгла —Буря наш челнок понесла Навстречу цели.И моря рев у прибрежных скалДушу мне на куски разрывал — Волны шумели…
Но каждая капля крови моей,В себя не вмещавшей хаос морей, На самом делеХотела бури! И исступлен,Самоубийствен был древний стон Морской купели!
И понял я только с приходом зари,Что море не вне меня, а внутри. …Волны шумели.
7 сентября 1946432. Утро сорок шестого. Перевод К. Симонова
Опять поставил: сорок пятый,Хотя с утра — сорок шестой.И памяти и пальцам — с датойНепросто расставаться с той!
Она и на небе — в созвездьях,И на бумаге — под пером,Как вслед за молнией — возмездьяДокатывающийся гром.
1946433. «Моя касатка…» Перевод Г. Маргвелашвили
Моя касатка,Глядел я в море.Тебе казалось —Я морю вторю.Но я-то знаю,Как стих внезапен,И мчусь на западЕго стезями:Встречаю солнцеИ провожаю…Я — венценосец!Я — бард и бражник!
1946434. «Рассвет за горою — долина во мгле…» Перевод В. Леоновича
Рассвет за горою — долина во мгле.Плывет в небесах золотая трирема.Олень на скале, и пуля в стволе —Жестокому богу жестокая треба.
Восток пламенеет — чернеет гора,И замер олень, красотой очарован…Без выстрела — видно, такая пора —Охотник задумчиво сходит по тропам.
В тумане долина как путь до креста,А свет накопился — мгновенье — и хлынет…И в жизни спасает меня красота,И в смерти меня красота не покинет!
1946435. Эвкалипт. Перевод В. Потаповой
Надо мною шелест эвкалиптаИ сквозного света кисея.С эвкалиптом сребролистым слитаВ солнечном сиянье мысль моя.
Дерево, в тебе родную душуЯ, поэт, недаром угадал!Если с моря Черного на сушуНочью налетает грозный шквал,
Клонится, шумя, твоя вершина,Листья осыпаются во мгле, —Всё же ты стоишь несокрушимо,Черпая устойчивость в земле.
Сил и соков жизненных набратьсяТы стремишься с помощью корней,А поэт силен корнями братства,Нерушимой верностью своей.
1946436. Поэту-трибуну. Перевод Н. Гребнева
Георгию Кучишвили
Когда для чести и умаБыл лишь один удел — страданье,И покрывала злая тьмаКрай лучезарный Амирани,
Когда кандальный звон в ночиВзвивался над сибирским шляхом,Когда цари и палачиГероев обрекали плахам,
Когда народ встал против злаИ отживающего мира,К оружью песнь твоя звалаИ, как набат, звучала лира.
Твой подвиг не напрасен был.Обрел ты счастье — дар народа:Поэта солнцем озарилОктябрь семнадцатого года.
И вновь ты звал на труд и бой,И песнь твоя врагов крушила.Идут года, и голос твойЗвучит сегодня с новой силой.
Как прежде, будят страсть и гневТвои рокочущие струны,Когда ты, руки простерев,С народом говоришь с трибуны.
Грядет октябрь. Багряный светИ тяжесть лоз он нам приносит.Взгляни, поэт, и дай ответ:Не сон ли дивный эта осень?
Ласкает тысячи сердецЗвучанье струн твоих нелживых.Так будь же радостен, певец,Живи, счастливый из счастливых!
1946437. «Взгляните на небо…» Перевод Г. Маргвелашвили
