446. Ода Никорцминде. Перевод М. Синельникова
Лиру держа на груди,Остановившись в пути,Вижу я луч впереди,Словно во мгле лабиринта.Чудо твой зодчий воздвиг,С благостью отчей воздвиг,Небом венчая твой лик,Тебя, Никсрцминда!
Стены украсил резьбой,Вещим сплетением чиселИ горизонт голубойС мыслью о вечности сблизил.Кто же зажег здесь для насЯростный твой хризопраз,Блеск, нестерпимый для глаз,Твой столп, Никорцминда?
Что за бесценный заветБыл нам оставлен веками!И безграничен свет,И гармоничен камень.Кто же над миром вознесГраней суровый тес,Вытесал твой утес,Тебя, Никорцминда?
Словно из области сна —В облаке благодатиПламенная белизна,Плавных порталов объятье.Кто же тебя сотворил,Гору, любя, сотворил,Волею горних сил,Гора, Никорцминда?
Ровно двенадцать лампадСмотрят в двенадцать окон.Что за огни горятВ доме твоем высоком?Чьим же во тьме временДухом воспламененФакел земных племен,Твой свет, Никорцминда?
Высекло здесь ремеслоДивную фресок поэму.Благоговейно сплелоВремя из них диадему.Кто же тебя расписалИ по узорам зеркалИскры свои разбросалКостер — Никорцминда?
К почве сведя божество,Линий слиянье изведав,Славишь свое торжество,Как исполненье обетов.Свиток твой величав.Смерть и забвенье поправ,Крепко стоит архитрав —Собор Никорцминда!
Словно шумящий лес —Купол широкой крыши.К вольным блаженствам небесВыше восходишь, выше.И — за пролетом пролет —Шаг переходит в полет,Вышнее благо лиетСама Никорцминда.
Здесь твой грузинский взгляд,Пьющий простор, всемирен,Заревом красок богат…Крылья простер Сирин!Крыльев бы, крыльев нам,Силы — живым крылам,Правь же пространством, храм,Цари, Никорцминда!
Храм твой громокрылат,Своды его непреклонны,Годы его хранят,Гулко поют колонны.Времени круговоротЗодчества не зачеркнет.Славя родной народ,Свети, Никорцминда!
1947447. «С далью, с ветром, с холодной водой…» Перевод Б. Резникова
С далью, с ветром, с холодной водойСмело, самоотверженно споря,Пронесется большой голубойАльбатрос над поверхностью моря.
Как в далеком и призрачном сне,На мгновенье в бескрайних пустыняхНебосвода почудятся мнеДве фиалки гигантских и синих…
Заколотится сердце сильней,И душою, полетом охваченной,Вдруг пойму я, что песне моейНе в пустыне звучать предназначено.
19 декабря 1947448. «Какие еще суждены мне…» Перевод Б. Резникова
Какие еще суждены мнеРадость и боль?Каким еще цветом забрезжитМорской прибой?
В каких еще водах омоюРубцы от ран?Спасибо за то, что твой путь мнеВ образчик дан.
На лбу у меня чернеютСледы огня.Прохладной своей ладоньюКоснись меня.
1948449. Девятая симфония. Перевод Г. Маргвелашвили
Там, где волны в отчаянье Дробятся, змеясь,Мы сегодня встречаемся — Бетховен и я.
И, грозой осененная, Несется, взъярив,Девятая симфония — Грузинский мотив.
1948450. Отрывок. Перевод Г. Крейтана
О Пушкин, твой с Арагвой договорНавеки заключен, и, путник вольный,Идешь ты в прежней славе между гор,В долине, где бегут Арагвы волны.И счастливы суровые хребты,Что вольный ветр ласкает твои кудри,И с новою надеждой смотришь тыНа холмы Грузии, встречающие утро.Беседуешь с Арагвой, словно друг,И голос твой, в веках неповторимый,Торжественно разносится вокругНад берегом Арагвы нелюдимой.Светлеют скал гигантские тела,Ты очарован далью голубою…«Мне грустно и легко, печаль моя светла,Печаль моя полна тобою».
1949451. «Почему я при виде…» Перевод Б. Резникова
Почему я при видеПокрытых росою стеблейВспоминаю всегдаСлезы юности ранней моей?
Солнце сушит росу,Тишина вечереющих днейОтпускает грехиТой поры неуемной моей.
Скажешь: всё это былоИ ярче всего и светлейТолько из-за нее —Из-за юности бурной моей…
Даже след той весныИсчезает. Уйдем же скорейОт весны отшумевшей,От юности чистой моей.
1950452. Необыкновенная зима 1911 года. Перевод И. Дадашидзе
Какой в Батуме снег! По плечиВ сугробах утлые дома,Шального ветра кутерьма,И спозаранок топят печи,И вьется дыма бахрома.
Метет зима. И сыплет с неба…И, пеленая смутный сад,Колоду крыш, крапленных снегом,Тасует вьюга наугад.
Седые хлопья застят свет,Летят, пока хватает силы…«К восстанью, к смуте этот снег!» —Сулят угрюмо старожилы.
И, ветру за окном внимая,Запрусь в дому,Средь тишиныГотовить взрыв — во имя мая,Во имя солнца, в честь весны!
Между 1948 и 1951453. «Легли у порога нечистые силы…» Перевод Л. Люблинской
Легли у порога нечистые силы,Осень и лето, зима и весна.
Скулили у двери и крова просилиОсень и лето, зима и весна…
О, сколько я выдержал с вами баталий,Осень и лето, зима и весна…
Рыдал я, а вы мне в лицо хохотали,Осень и лето, зима и весна!
1951454. Гора Махата. Перевод К. Арсеневой
Самгори
Крута, уныла старая Махата.На ней ютится одинокий пшат.И ветер с пшата, с трепетного пшатаСрывает листья, и они шуршат.Вкруг древней церкви ветер всё кружится.Ее коснулось легкое крыло.А время мчится, неуклонно мчится,И с древней церкви купол сорвало.И пшат, и церковь в мире одиноки.Они стареют, им исхода нет.Они в потоке, в бешеном потокеЧасов летящих, быстролетных лет.И вот исчезли… На горе пустынноЯвилась утром новая заряИ над вершиной, над седой вершинойЗаполыхала блеском янтаря.
И вдруг Махата позабыла горе,Увидев чудо: к ней издалекаСпешит Иори, милая Иори,Сестра Иори, буйная река.
<1952>455. Старые жернова. Перевод Д. Джаниашвили
