- Ох, как хорошо… Так бы и спати сейчас, и спати, – протянул он. Блондин с улыбкой встал. – Но надоть работать! Так! Ух!
Старик бодро поднялся и погладил Дея по плечу.
- Спасибо тебе, милая. Обеспечила ты нас топливом, теперь пора б и размять костошки-то, да? Хорош жених-то у тебя, ох, хорош, помочь старику – это дело такое.
Дей весело скосил на кукольника глаза.
- И правда хорош.
Тот усмехнулся, перехватив его взгляд. Дед со смехом и, как-то покрякивая, пошел к выходу, бросив “жениху хорошему” напоследок: “Нукать, во дворе тебя ждать будуть”. Когда он скрылся, парни тихо прыснули. Наверху слабый шум смолк, а Сасори поднял руку. Правильно, не надо пугать деда. Дей подошел к кукольнику.
- Ты давай только быстрее там силу богатырскую показывай.
Акасуна, усмехнувшись, дернул блондина на себя, усадив себе на колени.
- Скучать без меня будешь? – улыбнулся он, придерживая Дея за талию.
- Конечно, – вернул ему улыбку блондин, обняв за шею. – Хочешь поцелуй на удачу, воин?
Не дожидаясь ответа, Дей поцеловал Сасори.
- Ммм... Теперь мне все по силам. Спасибо, красавица, – засмеялся Акасуна.
- Дурак.
Со двора послышалось кряхтение старика, который уже лез на крышу. Опасаясь, что дед там один сорвется нахер, кукольник отпустил Дея и ушел на улицу. Блондин убрался на кухне и, открыв окно нараспашку, сел на подоконник. Как раз выглянуло солнце. Он бы так может и задремал, пригревшись, но тут перед ним, подпрыгнув на нитях, резко опустилась кукла Сасори. Дей вздрогнул и смерил куклу взглядом.
- Ты, видимо, хочешь, чтобы кондрашку вместо деда схватил я, – тихо проворчал он.
Кукла показала табличку, на которой было написано:
“Невеста моя, не принесешь нам попить? А то я упарился уже. Правда, скорее за дедом следить, чем крышу чинить. И да, я теперь долго буду вспоминать это”
- Вот засранец, – усмехнулся Дей и слез с подоконника. Сзади застрекотала поднявшаяся обратно кукла. Собрав все, что нужно, он раскрыл ладонь, из которой выпорхнула старая добрая птица. С улыбкой погладив ее клюв, блондин отпустил ее и, подхватив поднос, запрыгнул на подоконник, привычно шагнув на спину своего детища. Дед сидел к нему спиной на карачках, вбивая молотком гвоздь, скорее проламывая крышу, чем латая ее. Блондин встал рядом с Акасуной, который с сочувствием смотрел на старика, и протянул ему стакан.
- Ну... По крайней мере, энтузиазма ему не занимать, да? – тихо сказал он. Сасори взглянул на подрывника, закатив глаза, и отвернулся. Дей засмеялся, подошел к старику и легко погладил его по спине.
- Что ж Вы, отец, себя совсем не жалеете? Так и угореть недолго.
Дед обернулся и с улыбкой взял протянутый стакан, тут же его осушив.
- Ох, милая, спасибо, не дала старику помереть.
Подрывник мельком взглянул на кукольника и снова обернулся к хозяину.
- Может, Вы лучше в дом пойдете? Расскажете мне, что интересного в ваших лесах есть, да легенды местные. А жених мой и сам справится.
“Так явно быстрее будет”
Дед задумчиво почесал голову.
- А справится ли он, милая? Справишься, сынок? – обернулся он к Сасори. Вокруг снова послышался кукольный треск, но самих кукол видно не было. Акасуна кивнул, а Дей только улыбнулся.
- Справится конечно.
- Ох да, дочка, не надо мне мешаться тут, правда, стар я уж стал для такой работы...
С помощью блондина встав на ноги, он положил руки на поясницу, выпрямляясь, и пошел к лестнице поддерживаемый Деем.
- Ты сынок, ежели чего, дак зови, прибегу сразу, да и чем смогу, ага…
Он еще продолжал говорить, уже спускаясь, глядя под ноги. Дей встретился взглядом с кукольником, одними губами сказав: “Давай быстрее”, кивнул в сторону тропки, намекая, что они еще хотели прогуляться, и спустился за стариком, успев мельком увидеть знакомых кукол.
Пока Дей слушал рассказы деда (“Вот в мое время...”), Акасуна сидел и любовался лесом с крыши дома, попивая водичку из стакана. За его спиной работали куклы. Справились они быстро, и Сасори вскоре спустился вниз.
- Ну, я закончил.
От деда ноль внимания – болтал и болтал без умолку.
- Дедуля! Сына работу закончил!
- Чего орешь, сына? Не глухой я. Шо говоришь, доча? – спросил он, услыхав свист чайника. Дей прыснул и поднялся.
- Чай, говорю, с малиной будете?
- А, да-да, так вот, и пошли мы, значить, за этим грибом...
Блондин, посмеиваясь, заваривал чай, когда кукольник, подойдя сзади, обнял его.
- Ну что ж ты, Данна, погоди.
Вывернувшись, он поставил перед дедом кружку и, наклонившись к его уху, положил руку на его плечо.
- Деда, мы погуляем пойдем.
- Ох, идите, дети, идите, только в лес особо не суйтесь, опасно там, животных бродить много, ох, молодые...
Он все еще говорил, а Сасори уже вытянул Дея с кухни, взяв его за руку. В коридоре кукольник прижал его к стене, целуя. Блондин обнял его, думая, что деревенский воздух, видимо, благотворно влияет на его напарника.
- Давай, пошли, – наконец, тихо сказал рыжий бес и вытянул подрывника на улицу.
====== Глава 21. ======
Рекламная пауза.
- Будь здоров, урод.
- И тебе… ик… того же.
Голова анбушника в следующий момент покатилась по веселой красной травке, а Зецу печально вздохнул, снова икнув. Кисаме покосился на него с другого конца поляны.
- А ты не заболел?
- Ик! – грустно.
- Может, ты увидел свое отражение где-то, и тебя контузило?
- Ик! – задумчиво. – Ик! – возмущенно.
Они пошли через шарахающиеся от них деревья. Хошикаге все гадал, что же такое случилось, пока напарник после каждого следующего “ика” проваливался все глубже под землю. Минут через 15, когда было вспомнено все от ДЦП до обыденного даунизма, Киса хлопнул себя по лбу.
- Вспоминает же кто-то! – восторженно заорал он, обернувшись к Зецу.
Грустный Зецу впечатался башней в его колено и от неожиданности провалился под землю окончательно. Хошикаге задумчиво огляделся, почесав голову, и тут ближайшие заросли сотрясло. Медленно накренившись, с противным скрипом упало дерево, разгромив муравейник. Киса пассивно проводил его взглядом.
- Будь здоров.
Грустный Зецу грустно появился из-за кустов и грустно кивнул. Они пошли дальше. Кисаме задался целью узнать все-таки, кто вспоминает его напарника.
- Лидер, может?
- Ик!
- Или Итачи с Хидом. Они любят тебя.
- Ик!
- Правильно, нахер ты им сдался. А, может, любовница? – Киса окинул его скептическим взглядом. – Да сам себе ты любовница.
- Ик!
- Пятихвостый?
- Ик!
- Да не, вряд ли он так долго внутри себя держать будет. Там и другие деревья есть.
- Ик!
- Мама?
- …
- Что, серьезно? – в шоке Хошикаге даже остановился.
- Ик!
- Уф, слава Посейдону. Я уж думал пол леса вырубать придется, пока мамань твою найдем. Слушай, а может, моя мама?
Зецу покрутил пальцем у виска. Кисаме пристально на него смотрел. Кусточеловек окинул себя взглядом, посмотрел на собратьев вокруг, понюхал комара, поцеловал енота, закусил пчелкой, но так и не понял, на что уставился Хошикаге. Глаза Кисаме радостно округлились.
- Моя мама!!! Доставай плавки, мы идем купаться!!! – счастливо завопил он. Бедный Зецу зашелся в приступе икоты, видимо, врет людская молва, что, мол, испугом все лечится. Хошикаге, схватив просравшегося, в который раз, парня за руку, потащил его вглубь чащи. Звукооператор, музыку из “Пилы”, пожалуйста.
Эфир.
Дождь давно закончился, сменившись жарким солнцем. Парням понадобилась всего пара часов, чтобы облазать все закоулки деревни. Везде их принимали радушно, душевно разговаривали, что-то показывали, что-то рассказывали. Дея больше всего радовало, что с девушкой его больше никто не путал. Иначе было бы жителем в деревне меньше. Только старику прощалось в силу возраста. Вообще, блондина больше интересовали прилегающие леса, но кукольник твердо заявил, что их они посмотрят позже. В данный момент они шли к этому легендарному дому, о котором жители отзывались с благоговейным ужасом.
